В рамках культурного движа отправились семейством на очередную экскурсию по родному городу. Супруга увидела рекламу и заинтриговалась, что такого интересного натворили лютеране вообще, каким боком они продвинули прогресс в части книгопечатания и чем запомнились в истории города.
И, хотя я больше люблю несколько другие виды активного отдыха, фактическое межсезонье вместо настоящей Зимы более располагает к культурному развитию. Тем более, что никогда не знал, что можно экскурсию совместить с уроком каллиграфии.
Соответственно, всем семейством прибыли на двухчасовую прогулку по центру города, а потом в лютеранскую часовню Иоанна Богослова.
Саму экскурсию организовал проект «ГоловаНоги» (t.me/golovanogi). Занятное название, от невнимательности прочитанное сначала как «головоногие». Хотя сразу понятно, что осьминоги, каракатицы и кальмары тут совершенно не причем. Вероятно, создатели посчитали правильной гармонию движения и умственного развития. Оставим генезис названия на потом и следуем за экскурсоводом.
По ходу экскурсии в очередной раз подосадовал, как родная богатейшая история странно сочетается с радикальным к ней пренебрежением. Последние поколения, словно буквально взяли обязательства «до основанья, а затем». Из построенного саратовскими купцами за столетия существования города сохранилось не чрезмерно много, а состояние некоторых построек: от очень плохого – до ужасающего.
Не секрет, что немцы Поволжья дали развитию Саратова чрезвычайно много. Могла ли в конце концов их история привести к созданию в родном краю некоего аналога Швейцарии, Лихтенштейна или чего-либо "бенелюксоподобного" не ясно. Самое интересное в том, что надежда на новое бурное развитие области вовсе не утеряна и зависит от сущей мелочи – проживающих на ней людей. Захотят они жить здесь, будут ли стараться сделать свою жизнь лучше – и все вновь расцветет пышным цветом. Пока не хотят, но возможно всё. Волей случая, трудами начальства и стараниями граждан – главное, чтобы все это было.
Ладно, пока путь проходит мимо лютеранской кирхи, от которой остались лишь воспоминания старшего поколения и фотографии. Интересный штрих – сама кирха довольно долго была деревянной. А, построенная позднее при ней школа – уже каменной. Не переносящий непорядка немецкий ум подвиг прихожан к мысли исправить это несоответствие. Как современникам не хватает именно такого отношения – не ныть ежечасно и повсеместно о чем-то неправильном, а засучить рукава, открыть кошельки и прочая… Что-то не то с духом у современников, определенно.
Взглянуть на остатки былой роскоши получилось только через заглядывание во дворы домов по Радищева и Большой Казачьей. Супруга иронично спросила – вот когда бы тебя иначе заставили полазить по дворам? Да, со времени детства, развлечение посещения любопытным носом дворов и, правда, исчезло напрочь. Спасибо экскурсоводу за этот шаг, обратно в детство.
Что еще отметили, так старание не просто подать материал, а дополнить его собственными поисками по источникам. Весомый плюс к качеству.
Посмотрели место, где располагалось первое печатное производство города. Узнали, что тогда было интересно публике, не знавшей великого и ужасного Интернета. Потом прогулялись к особняку Бореля (не этого, который «бывый прохвост», глава евродипломатии и обладатель двух «р» в фамилии). Потом – в обратную, мимо долгостроя Оперного театра к особняку Зейферта.
Их многочисленное семейство неплохо потрудилось на ниве мукомольного, и, немного неожиданно, цементного производства. И очень сильно пострадало в бурной отечественной истории. Продолжая движение, добрались еще до одного сомнительного памятника – руин гостиницы «Россия». Сочетание современной частной собственности, жадности при ограниченных средствах, законодательных строгостей и невезения – сплавилось в очень печальное зрелище, никак не украшающее центр города. При Зейферте все было на этаж ниже, но намного веселее. По воле случая, появление на углу Горького и Кирова, пардон, Столыпина совпало с полднем, и мы посмотрели на маленькое механическое чудо - появления фигур птиц из слуховых окон здания напротив развалин гостиницы, под мелодию «Огней так много золотых».
Наконец, последний отрезок пути – и спускаемся в подвальное помещение часовни, напротив бывшего же кинотеатра «Пионер», построенного на месте еще одного католического собора, интернет подсказывает – Святого Климента. Порывшись в памяти вспомнил, что на вывеску часовни на проспекте внимание обращал, но и тотчас забывал про нее. Напрасно, там оказалось интересно. Пройдя небольшой и весьма строгий в отделке молельный зал попали в нечто, назовем так, учебный класс. В принципе, легко трансформируемый в конференц-зал, трапезную или мастерскую. Там уже ждали соорганизатор экскурсии и художник – каллиграф. А на столе – кисточки, красная и черная тушь и заготовки шрифтов, которые предстояло обводить перьевыми насадками согласно определенной "технологической карте". И опять я оказался обрадован - всегда приятно видеть людей, которыми движет идея. Весьма редкое зрелище по нынешним временам.
Не без удовольствия порисовали, по пути узнав немало занятного про историю книгопечатания. Например, что считающийся первопечатником Гутенберг, строго говоря, не изобрел книгопечатание. Зато он сумел обобщить опыт предшественников, и, добавив собственных идей, сумел чрезвычайно повысить производительность. Замена деревянных матриц на металлические, переход на единообразные однобуквенные печатные клише в наборной строке, нахождение оптимальной для металла типографской краски, опытно определенный "стандарт" 42 строк на печатном листе и т.п., позволили необычайно ускорить книгопечать по сравнению с имеющимися аналогами. Увы, «товарищ Иоганн» был отличным механиком, но совершенно не имел дара предпринимателя. Кроме того, он имел несчастье опередить нужду в массовой печати примерно на сто лет.
Вполне вероятно, что труды Гутенберга остались бы забытыми и на больший срок. Но Европу сотрясла Реформация. Стоит понимать, что в тот момент времени, книги носили подавляюще религиозный характер. И в ходе раскола возникла острейшая нужда в изложении своей позиции, аргументации. Посредством проповедников и письменными грамотами излагать большие объемы вызывающих споры трактовок Священного писания было чрезмерно дорого и долго, хотя и этот способ не исключался совсем. Но, безымянным гениям протестантизма помогло книгопечатание. Они использовали технический прогресс как один из способов распространения своего мнения. Попутно породив нужду в массовой грамотности и оказав услугу купечеству и ремесленникам. Фактически разрушив естественную монополию католической церкви на образование. Очень интересно и то, что примерно в это же время, Россия подала вполне весомую заявку на участие в европейских делах. И, Иван Васильевич, том самый, Грозный, договорился о найме мастера книгопечатания и соответствующего оборудования для устроения книгопечати в отечественных условиях.
И вновь в голове звучит мысль что, несмотря на высокомерие отдельных товарищей, с Европой имеет смысл взаимодействовать. Торгуя, воюя и ведя дискуссии. Только разница обеспечивает движение. Только движение способствует жизни. А там, многое зависит от усилий и квалификации.
Еще один интересный факт, конкретная лютеранская община относится в т.н. «ингермаландской лютеранской церкви». Хотя термин «Ингермаландия» мне знаком, но до сего момента он был строго географическим. Правда, есть и печальная нотка, лютеран тоже не избежал свой раскол. Изменив доктринальные документы, в общем-то посягнув на догматы собственного учения, «классическая», так сказать, лютеранская церковь встретила, скажем так, непонимание своих восточных образований. Строго говоря, и на Западе тоже есть существенные отличия внутри конфессии, в зависимости от территории. Возможно, это цена за то, что попытка приблизить христианское учение ближе к обществу, помимо очевидных преимуществ, привело и к «заражению» местами совершенно неуместным приспособленчеством. Почему лютеране Востока оказались более консервативны, отдельный интересный вопрос. А вот на Западе – тактические выгоды нанесли явный урон самому стержню учения. Хорошо, оставим кесарю кесарево, а богословам – "богословое". Для рассуждений на такую серьезную тему – категорически не хватает знаний.
Кстати, отмечена любопытная подробность в разном подходе лютеран и православия к вопросам финансирования своей жизнедеятельности. Православие отрицает участие служителей в коммерции. Но, зато каждое культовое здание начинается с церковной лавки, где торгуются предметы церковных ритуалов. Да и сами культовые услуги оказываются платно. Напротив, нарочито аскетичные обряды протестантов не требуют значительных сумм. Но, что прямо признается, пожертвования не могут обеспечить выживание. Соответственно, под крылом лютеран вполне даже приветствуются абсолютно коммерческие проекты. У каждого способа есть достоинства и недостатки, и меж конфессиями идет вялый спор, какой метод лучше и правильнее. При этом, кризис веры признается и там и там. А паства утекает во всегда распахнутые объятья шарлатанов, сектантов и мошенников.
Есть и собственное мнение о религии и обществе. Приведу несколько кривую но, по сути, верную аналогию. Если человек умеет не просто ездить верхом, но и обладает хорошими знаниями, умеет безупречно владеть собственным телом, а его лошадь достаточно устойчива психически и не менее безупречно выучена, то это пара вполне может обойтись без седла, уздечки, тем более, плети или шпор. Особенно если выполнено еще несколько важных условий. Точно также и безупречный в моральном отношении человек не нуждается в служителях культов. И, опять же, при выполнении ряда обязательных условий. Увы, ни в массе, ни в среднем, такое не наблюдается. Люди «оседлали» совершенно невообразимую раньше мощь. И есть обоснованные сомнения, что достойно развиты в нравственном аспекте. Значит, без узды им никак не обойтись.
Так что, время и деньги потратили совершенно не зря, день принес немало свежести и новизны, так нужной в серой хмари бытия.