Машина остановилась недалеко от блиндажа. Майор открыл дверь и вышел наружу. Не успел он сделать и шага, как к нему подбежал Арчи и чуть не сбил с ног. Пёс каким-то образом научился отличать приезд мужчины по звуку автомобиля.
– Ну, привет! – сказал майор, поглаживая пса. Арчи, как и всегда, описался от радости и перевернулся на спину, чтобы ему почесали грудь. Ни с кем другим пёс так себя не вёл.
Игорь пошёл в блиндаж. Арчи вертелся рядом. При майоре из боевого пса он превращался в какую-то деревенскую дворнягу.
Майор, лейтенант Ермаков и ещё несколько человек ушли в одну из комнат и начали что-то обсуждать. Пёс сидел неподалёку и внимательно слушал мужчин. Арчи, разумеется, ничего не понимал, но он различал интонации голосов. Они были беспокойные, напряжённые, задумчивые.
Закончив разговор, Игорь вышел из блиндажа и направился к машине. Он попрощался с Арчи, потрепав того за шею. Пёс жалобно заскулил, чувствуя скорое расставание. Автомобиль развернулся и поехал по грунтовой дороге.
Машина ещё не успела набрать скорость, как вдруг из-за деревьев вылетел дрон-камикадзе. Майор схватился за ручку двери, но было уже поздно. Дрон пикировал прямо на них. Водитель в последний момент резко крутанул руль в сторону, но это не помогло. Оператор угадал направление манёвра и направил жужжащую смерть прямиком в автомобиль.
Игорь успел потянуть за ручку двери и перед самым ударом отвернулся и прикрыл голову рукой. Через секунду раздался оглушительный взрыв. В какой-то момент сквозь адскую боль майору показалось, что кто-то тянет его за плечо. Затем, совершенно неожиданно ему явилась мама. Женщина стояла прямо перед ним. Он видел её так ясно, как никогда в жизни. А потом пришла всепоглощающая тьма…
…Арчи навострил уши, а затем залаял на уезжающий автомобиль. Солдаты побежали в блиндаж, думая, что сейчас начнётся обстрел.
– Дрон! – крикнул один из солдат. Он вскинул автомат и попытался прицелиться. Но уже через пару секунд дрон влетел в машину.
Пёс залаял ещё истошнее и побежал к горящему автомобилю. Не обращая внимания на огонь и боль, Арчи схватил наполовину вывалившегося из машины майора за плечо и потянул на себя. Изуродованное тело оказалось на земле. Пёс хотел лизнуть лицо, но на месте лица было кровавое месиво. Левая рука была оторвана по локоть. Вся одежда пропиталась кровью. Только еле слышный запах говорил Арчи о том, что это человек, которого он очень любит.
Два солдата взяли тело Игоря и понесли в блиндаж. Позади другие два солдата несли тело водителя. Арчи держался как можно ближе к майору, но в комнату, куда унесли тела, пса не пустили.
Всем, кроме преданного животного, которое терпеливо сидело напротив двери комнаты, было понятно, что майор и водитель погибли.
Арчи не отходил от двери ни на секунду, терпеливо ожидая майора. Но Игорь так и не вышел. Из комнаты выходили совершенно другие люди. В какой-то момент они вынесли два чёрных мешка…
Только спустя день пёс начал понимать, что больше никогда не увидит Игоря. Не учует его запах. Не ощутит прикосновение его руки на своей шерсти. Уже в третий раз Арчи теряет близких ему людей.
Прежде чем уйти от двери, пёс завыл так, как никогда не выли даже волки. У солдат, услышавших этот вой, по спинам побежали мурашки.
Арчи пришёл в одну из комнат и лёг в углу. Именно здесь несколько месяцев назад пёс также лежал и грустил о прежних хозяевах – Сергее и его семье. А теперь животное грустило о майоре.
Два дня пёс не ел и не пил, а только лишь неподвижно лежал. Все думали, что он так и умрёт от грусти. Но во время очередного обстрела у Арчи словно что-то переключилось в мозгу. Пёс выбежал из блиндажа и, не слушаясь команд, понёсся по окопам, хотя во время предыдущих обстрелов он сидел внутри. Было такое ощущение, что у него отключился инстинкт самосохранения.
Арчи неистово лаял на небо и не боялся раздававшихся поблизости взрывов. Он словно хотел поймать эти проклятые снаряды зубами, чтобы потом их запустили обратно во врага.
Теперь Арчи был по-настоящему зол. Он больше не привязывался ни к одному человеку. У него не было ни хозяина, ни любимчиков. Пёс считал всех боевых товарищей равными. Он был готов отдать жизнь за каждого из них.
***
Отделение под командованием лейтенанта Ермакова возвращалось с боевого задания. Пять человек и собака.
Арчи шёл рядом с лейтенантом. Вдруг пёс остановился. Он навострил уши и посмотрел на небо. Затем животное злобно залаяло. Звук полёта дронов Арчи ненавидел больше всего на свете.
– Справа! – крикнул один из мужчин.
В небе показалась чёрная точка, которая стремительно приближалась. Солдаты начали стрелять. Дрон-камикадзе с подвешенным снарядом петлял из стороны в сторону. В него было очень трудно попасть. Но в какой-то момент дрон камнем полетел вниз и взорвался на земле. Одна из пуль попала точно в цель.
Пёс некоторое время прислушивался, а затем опять залаял.
– Уходим отсюда! – скомандовал лейтенант, и отряд, постоянно оборачиваясь на небо, трусцой побежал к своим позициям. Мужчины, чтобы минимизировать потери, держались на расстоянии друг от друга.
На небе снова появилась чёрная точка. Солдаты открыли огонь, но на этот раз ни одна пуля не попала в цель. Оператор, выбрав жертву, направил дрон в одного из солдат. Тот сумел увернуться от жужжащей смерти в последний момент.
Солдаты, тяжело дыша, побежали дальше.
И снова раздался собачий лай, и появилась ненавистная чёрная точка в небе. После бега в полной экипировке, когда пот заливает глаза, попасть по такой цели крайне сложно.
У лейтенанта закончились патроны в магазине. Он-то и был выбран целью. Владимир отошёл в сторону, слегка пригнулся и прикрыл голову руками в надежде на какое-то чудо. Сил, чтобы попытаться увернуться, уже не было.
Арчи быстро сообразил, к чему всё идёт. Пёс неистово залаял и побежал на стремительно снижающийся дрон. Когда лейтенанта от смерти отделяло всего каких-то несколько метров, Арчи в невероятном прыжке взмыл в воздух и попытался вцепиться в дрон зубами. Но получилось так, что пёс сбил дрон, и тот упал на землю и взорвался.
Лейтенант, ещё не до конца веря в то, что остался жив, хотел было побежать дальше, но услышал собачий визг. Недалеко от места взрыва лежал Арчи. Пёс громко визжал и дёргал лапами. Ему было очень больно.
Владимир подбежал к Арчи. Было видно, что животное тяжело ранено. Мужчина начал гладить собаку по кровавой шерсти.
– Лейтенант! Надо уходить отсюда! – сказал один из солдат.
Ермаков, не раздумывая ни секунды, несмотря на дикую усталость, взял Арчи на руки. Пёс истошно заскулил.
– Прости, дружище. Но так нужно, – сказал мужчина.
Отряд побежал дальше. Все чуть ли не ежесекундно смотрели на небо, но дронов больше видно не было.
– Ты главное не умирай, Арчи, – разговаривал с псом Владимир. –Продержись ещё немного. Мы тебя отнесём к нашему доктору. Он ещё и не таких спасал. Он и мёртвого оживит…
…Вначале Арчи было очень больно. Он пытался встать, но тело не слушалось. Затем пёс почувствовал прикосновение чей-то руки.
Когда Арчи взяли на руки, то всё тело животного – от головы до задних лап, – пронзила острая и резкая боль. Потом пёс, словно издалека слышал голос лейтенанта.
Последнее, что чувствовал Арчи – это то, что его везут в машине. В какой-то момент нестерпимая боль ушла, и боевой пёс увидел перед собой майора, Сергея с его семьей, первых хозяев и маму овчарку с братьями и сёстрами. А потом Арчи больше никогда и ничего не чувствовал…
***
Машина эвакуации остановилась у блиндажа. Лейтенант взял Арчи на руки и побежал под землю. Он не знал, жив ли ещё пёс или нет, потому что по дороге машину трясло и невозможно было определить состояние животного.
Владимир забежал в одну из комнат и положил пса на стол. Следом зашли четыре солдата, которые были с ним на боевом задании. Доктор начал осматривать животное.
Закончив осмотр, мужчина посмотрел на лейтенанта и отрицательно покачал головой.
В комнате наступила гробовая тишина.
– Где… похороним? – прервал молчание один из солдат.
– Может, в лесу? – предложил другой.
Снова тишина.
– Что скажете, лейтенант? – спросил солдат.
– Да… Давайте в лесу… – ответил Ермаков. Почти вся его экипировка была в крови животного, но мужчину это нисколько не беспокоило.
Лейтенант вышел из комнаты. Перед ним стояли солдаты. Новость о ранении четырехлапого боевого товарища разнеслась очень быстро, и поэтому все, кто был свободен, пришли сюда.
– Товарищ лейтенант. Мы слышали, что Арчи ранен… – сказал один из мужчин.
Владимир набрал воздуха в грудь и сказал, как отрезал:
– Арчи не выжил.
И опять эта гнетущая тишина…
Лейтенант прошёл сквозь толпу. Позади слышались грубые ругательства, направленные в адрес врага.
Ермаков взял из ящика лист бумаги и положил его в карман. Затем он вернулся в комнату, в которой лежал Арчи. К этому времени с пса сняли ошейник и завернули тело в брезент.
Владимир взял свёрток на руки и вышел из комнаты. Их провожали гробовым молчанием. Одни отворачивались, не в силах видеть мёртвого товарища. Другие смотрели на свёрток, не отводя взгляд. Но все без исключения сняли свои головные уборы в знак уважения к погибшему сослуживцу.
На похороны, несмотря на сильную усталость, пошли все пять человек, которые были с Арчи на боевом задании. Конечно, в лес сейчас пошли бы все солдаты, которые были свободны, но лейтенант запрещал собираться толпой, ведь они находились в зоне действия вражеских разведывательных дронов и дальнобойной артиллерии. Пусть лучше потом солдаты сходят на могилу небольшими группами.
Владимир, несмотря на возражения товарищей, сам выкопал глубокую яму. Мужчина положил тело Арчи на дно и, прежде чем снова взяться за лопату, положил на тело пса листок бумаги с детским рисунком, на обороте которого, корявыми буквами было написано: «НАРИСОВАЛА ЛИЗА». Только теперь в некоторых местах бумага пропиталась кровью. Кровью майора…
Лейтенант закопал яму, оставив на земле небольшой холмик, в который воткнули крест, сделанный из веток деревьев. Затем к кресту привязали небольшую дощечку с надписью «АРЧИ» и повесили чёрный ошейник, принадлежавший животному.
Мужчины стояли молча, с опущенными головами.
– Ар… Арчи… Арчи был… – начал было лейтенант, но он никак не мог выговорить ни слова больше. Ему мешал ком в горле, который мужчина пытался сдержать изо всех сил.
Но у него ничего не вышло. Слезы полились из глаз. Как и у остальных. Пятеро мужчин стояли в лесу и горько плакали.
Один из солдат присел у могилы, коснулся рукой свежевскопанной земли и сквозь слёзы сказал:
– Спасибо, друг!
Затем мужчина, всхлипывая, пошёл в блиндаж.
Его примеру последовали остальные. Они по очереди поблагодарили боевого товарища за службу и по одному пошли назад.
Последним был лейтенант.
– Ты спас мне жизнь. Спасибо тебе, Арчи, – сказал Владимир сквозь слёзы. Затем он приложил ладонь к виску и, развернувшись, пошёл к остальным. В душе мужчины сражались большая грусть от потери и неистовая ненависть к врагам.
В этот день у всех солдат было унылое настроение. Но, несмотря на это, они выполняли приказы и делали свою работу. Потому что таков их долг.
Каждый, кто знал Арчи, минимум по нескольку раз побывали на его могиле. Некоторые, кто особенно сильно привязался к животному, проведывали боевого товарища даже тогда, когда его могила была уже глубоко в тылу, ведь передовые позиции после тяжелейших и кровопролитных боёв сместились далеко вперёд.
Тем из солдат, кому суждено было выжить на этой войне, в последствии до конца жизни помнили о боевом товарище – псе по кличе Арчи.
Эпилог
Владимир вместе со своей семьёй ехал за грибами. На переднем пассажирском сиденье находилась жена, а сзади расположилась дочка.
Автомобиль свернул на грунтовую дорогу и поехал вдоль посадки. Справа находилось поле, на котором росла пшеница. Владимир вдоволь насмотрелся таких пейзажей на войне. Только вместо пшеницы, поля были усеяны минами, а посадки изрыты окопами.
Руки мужчины начали слегка трястись. Взгляд каждые несколько секунд невольно поднимался на небо, ища вражеские дроны, хотя в этом месте их никогда не было и быть уже не могло.
Неужели снова начался приступ?..
Машина ехала минут десять, а затем остановилась возле небольшого леса. Люди вышли из автомобиля и, взяв из багажника корзинки, отправились искать грибы.
Владимир никак не мог сконцентрироваться на поиске грибов. Мужчина невольно бросал взгляд под каждое дерево, каждый куст, каждую травинку в поисках мин и растяжек. Он понимал, что их здесь быть не может, но привычка была сильнее, чем разум.
Вдруг мужчина увидел, что его дочка идёт к какой-то жестяной банке.
– Стой! Не трогай! – закричал он и побежал к девочке, которая испугалась и встала на месте.
– Что случилось? – спросила не менее перепуганная жена.
Владимир и сам не мог сказать, что случилось. Перед ним лежала обычная жестянка из-под газировки. Примерно такую же жестянку однажды поднял с земли его сослуживец и в ту же секунду лишился не только руки, но и половины головы.
Тогда минировали всё, что только можно. Жестянки, еду, трупы, оружие, бутылки, пачки из-под сигарет, лампочки и многое другое. Абсолютно любой, даже самый безобидный предмет, который можно было взять в руки, мог стать последним, что ты видел в своей жизни.
– Показалось, что там гадюка… – ответил Владимир.
Женщина с укоризной посмотрела на мужа и взяла девочку под руку. Владимир так и стоял, смотря на жестянку. Он понимал, что жене приходится нелегко. Когда он вернулся с войны, первый месяц был самым трудным. Он каждый день кричал и дрался во сне. Спать им с женой приходилось в разных комнатах. Сейчас, конечно, стало получше, но война до сих пор не отпускала мужчину, вцепившись в него мёртвой хваткой.
Жена настаивала на том, чтобы обратиться к психологу, но Владимир лишь отмахивался.
«Да ну их, этих мозгоправов» – говорил он. Многие, в том числе и его сослуживцы, заглушали это с помощью алкоголя. Владимир попробовал было тоже, но быстро отказался от этой, как ему показалось, губительной затеи.
Жена Владимира выдержала испытания, выпавшие на её долю. Она поддерживала своего мужчину изо всех сил и не бросила его. Но, к сожалению, бывает так, что некоторые жены уходят от мужей, вернувшихся с войны, не в силах разделить те ужасы, которые пережили воины, защищая свою Родину.
Мужчина всё ещё смотрел на жестянку. Жена и дочка ушли вперёд. Он знал, что если сейчас поднимет голову, то снова увидит Их…
Владимир поднял голову. Недалеко, среди деревьев, стояли люди в военной форме. Майор и другие боевые товарищи, которым не суждено было вернуться домой с войны. Ну и, конечно, пёс Арчи, который спас лейтенанта ценой собственной жизни.
Мужчина понимал, что такие видения – это не совсем нормально. Но он никому об этом не рассказывал. Боялся, что его попросту отправят в психушку.
Владимир посмотрел на каждого боевого товарища, отвёл взгляд и пошёл к жене и дочке. Он не оборачивался, но знал, что Они всё ещё стоят там и наблюдают за ним.
Такое случалось с мужчиной нечасто. Мёртвые сослуживцы могли появиться когда угодно и где угодно. Даже в квартире. Появление в квартире было самым страшным. Чтобы избавиться от этих видений, Владимиру приходилось закрываться в комнате на пару часов и лежать на диване с закрытыми глазами, обливаясь холодным потом. При этом в голове у мужчины прокручивались все ужасы войны, которые он пережил.
Жена набрала две корзинки грибов, а Владимир смог собрать всего несколько штук. Да и те оказались поганками.
Назад они поехали по кругу, по другой дороге. Автомобиль уже было выехал на асфальтированную дорогу, как вдруг под колёса бросилось какое-то маленькое животное.
Владимир успел затормозить. Он, жена и дочка вышли из машины. Перед ними стоял маленький щенок, которому был примерно месяц-полтора отроду. Животное, казалось, смотрело на всех одновременно и при этом жалобно тявкало.
– Выбросили… – грустно сказала женщина.
Девочка начала гладить щенка, а тот стал облизывать ребёнку руки.
– Давай возьмём его с собой, мам! Он же умрёт здесь! – жалобно просила девочка.
Женщина посмотрела на Владимира и спросила:
– Возьмём?
– Ну, пожалуйста, папа! – умоляюще просила девочка.
Мужчина посмотрел на поле. Там стоял Арчи и внимательно смотрел на лейтенанта.
– Конечно, возьмём, – улыбнувшись, сказал Владимир.
– Ура! Ура! У нас теперь будет собака! – обрадовалась девочка.
Женщина усадила щенка себе на коленки. Она осмотрела животное и сказала:
– Мальчик.
– А как мы его назовём? – спросила дочка.
Владимир после некоторых раздумий сказал:
– Мы назовём его Арчи.
Прежде чем выехать на дорогу, мужчина посмотрел в зеркало заднего вида. На поле стояли его мёртвые сослуживцы и боевой пёс Арчи. Через мгновение они исчезли. Больше они никогда Владимиру не являлись.