Эта тема меня волнует уже очень давно, еще со времен работы на Лабинском маслоэкстракционном заводе. Тема интересная, важная, обсуждаемая. Но я хочу подойти к ней с необычного ракурса. Как по мне – ракурса главного, но упорно не замечаемого ни нашим дорогим правительством, ни законодателями. В чем-то очень пассивно, неоправданно пассивно в этом вопросе ведет себя и общество. А вопросы-то важнейшие, наиглавнейшие.
И вопросы эти такие:
Что мы сегодня употребляем в пищу?
За что мы платим, покупая продукты в супермаркете?
Что мы будем употреблять в пищу завтра?
Что будут есть наши дети?
Каковы последствия употребления этих «продуктов»?
На что тратятся ресурсы нашей страны, ресурсы в широком, в природоохранительном смысле?
И еще один вопрос, который, на первый взгляд, совершенно не связан с предыдущими, но ответ на который мы сможем получить только в том случае, если честно ответим на них.
Где мы будем работать завтра?
Прежде чем приступить к теме, расскажу одну любопытную историю, которая приключилась со мной много лет назад. Собственно, эта история и побуждает меня писать на тему продовольствия.
Я работал в то время на указанном выше заводе. Руководством было принято решение расширить линейку производимых на заводе продуктов и приступить к выпуску майонезов. Решено-сделано. Купили производственную линию, отдельно упаковочную машину, определились с торговой маркой, запустились. Майонез выпускался натуральный, рецептуры «Провансаль» с 67 процентами жирности, без загустителей, стабилизаторов, усилителей и имитаторов вкуса. Сроки годности соответствующие. Начали торговать. Дело вначале шло ни шатко ни валко, прирост по несколько процентов в неделю, но худо-бедно одну смену продажами обеспечивали. Нарисовалась главная проблема – короткий срок годности при соответствующих условиях хранения. Но с этим поделать было ничего нельзя – мы сами вполне осознанно выбрали путь выпуска только натурального продукта. Крутились как могли. Появились доставки оптовым и не очень покупателям, отсрочки платежей, скидки и т.д..
И тут я вспомнил об одном моем армавирском товарище, он занимал к этому времени пост регионального руководителя в только нарождавшейся сети «Магнит». Поехал к нему, взял с собой образцы. Посидели поговорили. Он сказал, что в связи с началом пути своего развития сеть пробует разные методы работы с поставщиками и у него есть право включить в состав ассортимента местные продукты. На том и порешили. Заключили договор, повезли продукцию. Не было еще такой системы региональных складов, возили на какой-то склад в Армавире, а дальше они уж сами. Сразу оговорюсь – никаких взяток, поборов, кабальных условий – ничего этого не было. Открытые и честные отношения. Может, в силу того, что общался я с товарищем.
И тут пошло. Вернее, поперло. Продажи росли под 20 процентов в неделю. Через пару месяцев запустили вторую смену, потом перешли на круглосуточный режим работы. Все шло отлично. Платил нам «Тандер» исправно, день в день. Отгрузки по плану. Мы стали отказывать другим покупателям. Техотделу было приказано подыскивать более производительное оборудование ввиду того, что мы с заказами явно не справлялись. Службы завода совместно с краснодарским технологическим институтом стали прорабатывать более дешевые, но в то же время более полезные рецептуры с использованием выпускавшегося заводом лецитина. Представьте себе – майонез, но диетический и реально, медицински полезный. При этом даже вкуснее, чем обычный «Провансаль», да еще процентов на 20 ниже стоимостью. Планов было – громадьё.
И тут звонок от товарища: «Иваныч, прости, закрываем договор и снимаем вашу продукцию с продажи. Не волнуйся, за поставленное рассчитаемся полностью и в срок. Сделать ничего не могу». Я растерялся: как же так? Рекламаций нет, заявок столько, что мы исполнить их не в состоянии, претензий нет, и тут такое…
Наутро поехал в Армавир, завалился к нему в кабинет и сказал: «Колись, в чем причина, что можно сделать?».
Тот в отказ: это наши внутренние корпоративные причины, вы тут совершенно ни при чем, но сделать ничего нельзя.
Что бы вы сделали на моем месте? Правильно, потащили бы товарища в ресторан отметить совместную работу и по-человечески расстаться. И при этом попытаться выдрать из него причину расторжения контракта, естественно. Так я и сделал. Сидим мы, помню, у «Симона» в лесу на берегу Кубани, выпили водочки, и товарищ мой по большому секрету поведал:
- Ты понимаешь, вляпался я с вашим майонезом по самое не горюй. Хоть вешайся. У нас же как все устроено. Есть корпоративные контракты с крупнейшими производителями. Ну хоть по тому же майонезу. Они должны поставить нам по графику тысячи тонн. Ну хоть московский, екатеринбургский или нижегородский масложиркомбинаты. Мы должны по графику принять и продать их продукцию (кстати, товарищ мой отвечал за магазины примерно на трети Краснодарского и на половине Ставропольского краев – что-то за более чем сотню магазинов). А тут вы со своим самым натуральным на свете майонезом. Результат – берут только ваш, а у меня планы по продаже корпоративных рухнули. Мы второй месяц без премий из-за вашего «Южного солнца» сидим. Теперь ты понимаешь, что сделать ничего нельзя. Вы просто со своим продуктом не вписываетесь в наше политику. Я тебе больше скажу, вы ни в чью политику не впишетесь. Производить его десятками тысяч тонн в натуральном виде вы не сможете, вам его возить далеко, чтобы продать, придется. А в маленьком объеме производить его невыгодно. Грустно, Иваныч, но ничего не поделать.
Я расстроился. Тут надо понимать, что с майонезом была еще одна засада под названием НДС. Дело в том, что у масла, сахара ставка НДС была 10 процентов, как у социально значимых товаров. Майонез же к таковым не относился, и ставка по нему была уже 18 процентов. То есть взял масло, сахар, смешал, продал – и, будь добр, почти 8 процентов с оборота просто отдай государству в дополнение к налогу на прибыль. И если нет поточного производства, то все, трындец. Приплыли.
На этом наша эпопея с выпуском натурального майонеза (и майонеза вообще) закончилась.
А теперь давайте попытаемся проанализировать внутреннюю кухню ритейлеров, приоткрывшуюся нам на этом примере.
Главная цель ритейлерских компаний не накормить нас вкусной, здоровой и натуральной пищей. Главная их цель, естественно, получить прибыль. Это просто объективная данность. Поэтому там действует одна основная бизнес-модель:
1. Заключить договор с производителем с поставкой товара по максимально низкой цене. Возможно это только с крупнейшими производителями – мелкие и средние такие поставки просто не потянут. Тут появляются загустители, водопоглотители, усилители вкуса, заменители и т. д и т. п..
Кроме того, низкая цена поставки должна компенсироваться огромными объемами поставленной продукции.
2. Ввиду того, что, исходя из п.1 товары подлежат длительной перевозке и тасованию на перевалочных пунктах, товар должен быть готов выдержать длительные сроки хранения и даже в исключительных случаях пережить сбои в доставке (поломка рефрижератора, к примеру). Вот ту и появляются всякие стабилизаторы, всякие убивающие кишечную палочку умертвители и т.п..
3. Быстро продать товар, рассчитаться с поставщиком и заказать новую партию товара. И вот именно в этом пункте мы вывалились из общей схемы. Наш продаваемый в части магазинов товар стал просто-напросто мешать зарабатывать сети настоящие деньги. И совершенно неважно, что он нравится покупателю, что он здоровый и не содержит вредных добавок. Это при работающей бизнес-схеме просто совершенно неважно.
Какой общий вывод можно сделать из всего сказанного выше? Вывод простой и безрадостный. Вы можете выпускать замечательный, здоровый, полезный и недорогой товар, но, если вы не можете придать ему свойства, позволяющие хранить его долго и желательно без особых условий хранения, он сетям не нужен. Совершенно не нужен. И еще одно. Вы прекрасно понимаете, что выпускать здоровую, не содержащую искусственных добавок продукцию в грандиозных количествах просто невозможно. Вы не сможете ее выпустить, и вы не сможете ее вовремя развезти и продать.
Давайте теперь посмотрим объективно на существующие возможности продать продукты минуя сети. Они, к сожалению, стремятся к нулю. «Магниты», «Пятерочки», «Перекрестки» и прочие магазины расположились на каждом углу. Народ уже привык отовариваться в сетевых магазинах, все остальные торговые базы и точки просто вымерли, и это факт. В моем городе на одной улице Мира на расстоянии примерно километра стоят три «Магнита» и две «Пятерочки». Вопросов нет, это удобно. Близко, все в пешей доступности. Зашел и все, что надо, купил.
Проблема еще и в том, что входит в рецептуры этого самого «всего». Загустители, ароматизаторы, усилители вкуса, стабилизаторы, заменители и т.д. и т.п... «Там безопасный уровень», скажете мне вы, что подтверждается сертификатами и паспортами качества.
Может, и так, скажу я вам, да только этот уровень химии может быть безопасен при употреблении данного конкретного продукта, на который выписан паспорт качества. А в комплексе? С учетом всего, что мы употребляем в пищу? За какой-то значимый период времени, за жизнь, например? Кто-нибудь это исследовал? Когда-нибудь?
Я вам косвенно отвечу на этот вопрос. Как-то мне наш местный врач сказал, что в советское время подагра (неизлечимое заболевание, отложение солей вследствие нарушения обмена веществ, приводящее в перспективе к инвалидности и потере трудоспособности) была у человек пяти-шести в районе, и они знали их всех наперечет. Сегодня они диагностируют ее у пяти человек в день! Да что там говорить, в моем личном окружении подагра примерно у 10 человек. И эти люди ведут вполне себе здоровый образ жизни, не пьют много красного вина и не едят много мяса (раньше подагра считалась болезнью королей, имевших все возможности (и склонности) к таким злоупотреблениям).
Я не врач и не химик-биолог. Но вывод лежит на поверхности: наш человеческий организм не знал таких веществ (многие из них синтезированы, природа к ним тоже не готова), и не может их переработать. А они сплошным потоком буквально захлестывают нас.
Кроме того, возникает еще один вполне себе закономерный вопрос:
- А за что мы, собственно, платим в магазине Краснодара, покупая колбасу, выпущенную в Москве или сыр, произведенный в Вологде?
Так платим мы не только за содержимое. По логике вещей получается, что мы платим еще за вполне себе осязаемые вещи:
- за перевозку продукта за сотни и порой тысячи километров;
- за добавки, позволяющие продукту выдержать сроки пребывания в дороге и позволяющие продукту выдержать сбои в поставке без потери его свойств (поломка холодильной установки рефрижератора, к примеру);
- за вышеуказанные добавки, в том числе за добавки, позволяющие нарастить выпуск продукции при конечном количестве необходимого сырья (всякие объемо-и весодобавляющие, водоудерживающие вещества);
- за работу огромных логистических центров, «переваривающих» и перераспределяющих продукты по магазинам.
И платим достаточно много.
Именно вследствие этого происходит постепенное «вымывание» из состава продуктов натуральных, необходимых и полезных компонентов, например, натурального мяса из колбасы. Им просто не хватает места в составе других затрат.
Но есть еще один крайне неприятный эффект от засилья на наших улицах торговых сетей. Экономический.
Сегодня умерли практически все производители продуктов на местах. ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕ!!!
Вы понимаете, как сегодня выглядит наша экономика в части производства продуктов питания. Вы там на вашей Кубани сейте и собирайте зерно, ну, может, скот на мясо там выращивайте. Все остальное вам там, на месте, производить не надо. Мы вам все привезем и продадим. Из Москвы, из Нижнего Новгорода, из Белгорода (я называю места работы крупнейших в стране производителей того же майонеза). А ваша продукция никому не нужна. Никакая. Точка.
Ритейл паровым катком прошелся по местной пищевой промышленности страны и просто убил ее. Не специально, не намеренно. Но именно так обстоит дело.
В нашем 65-тысячном городе работает сегодня всего три пищевых производства – маслоэкстракционный завод, птицекомбинат и молзавод системы «Данон».
Ни о какой глубокой переработке пищевого сырья, ни о выпуске каких-либо готовых изделий, да еще не дай бог натуральных, и речи не идет.
Соответственно, и работать людям негде. Работы просто физически нет.
Получается, даже Кубань в сложившихся обстоятельствах прокормить себя не может. Не в том смысле, что нечего е сеть. Нет, нам все привозят. В том, что почти нет местных продовольственных производств. Вот так постепенно такие благословенные города, как мой родной Лабинск, становятся депрессивными.
И здесь ни глава края, ни глава района или города сделать ничего не могут. Такова жестокая объективная реальность. При этом есть масса знакомых, которые, имея средства и деловую хватку, не могут никуда приткнуться со своей продукцией, а ведь вполне могли бы.
Можно ли что-то сделать, спросите вы?
Наверное, да, можно. Поздновато, конечно. Государство пустило это на самотек еще лет 18 назад, увлекшись победными реляциями о росте производства яиц, масла, мяса и т.д... А вот что этот рост дает жителям таких вот малых и средних городов, сел, как он сказывается на здоровье нашей нации – этот вопрос деятелей нашего правительства и депутатов совершенно не волновал (да и сейчас не волнует).
Что можно было бы сделать, моя старшая дочь предлагала еще лет16 назад в своем проекте на конкурсе «Моя законотворческая инициатива», проводимом Госдумой. Это был проект закона «О продовольственной безопасности Российской Федерации».
Она, кстати, выиграла этот конкурс, и награду ей вручал лично Председатель Госдумы. Но дело не в этом.
Дочь рассказывала, что на конкурсе проекты законов, предлагаемые студентами и аспирантами, обсуждались с привлечением экспертов на заседаниях с участием членов профильных комитетов думы. Так вот она говорит, что в среднем обсуждение проектов длилось минут двадцать-тридцать. Ее законопроект обсуждался часа три, эксперты переругались с депутатами, требуя немедленно принять хоть что-то на основе ее предложений. Депутаты заняли оборонительную позицию – все норм, производство продуктов растет, Россия сыта, отстаньте. Ну на тебе, девочка, первое место, чтобы эксперты заткнулись.
Друзья, я решил разделить тему, чтобы не делать статью совсем уж неподъемной. Дочь обещала прислать мне (она сейчас за границей, а я в отъезде) текст того ее законопроекта. Я планирую выложить его с комментариями в следующей части статьи. Если не пришлет, сделаю это по памяти.
Пишите, пожалуйста, в комментариях, интересна ли вам эта тема, согласны ли вы с нашим взглядом.