Здравствуйте, уважаемые читатели. Меня зовут Наталья, я филолог, редактор, журналист. Много лет занимаюсь сбором, изучением и редактированием воспоминаний о жизни нашей страны в советское и постсоветское время. Мои авторы – простые люди, пережившие разные вехи двадцатого столетия. Многих из них уже нет с нами, но мне хотелось бы, чтобы их рассказы продолжали звучать и знакомить нас с событиями ушедшего века. Жизнь каждого человека является частицей большой истории России, каждая биография уникальна и интересна.
Сегодня своими воспоминаниями делится ветеран Великой Отечественной войны Рэма Борисовна Жохова (в девичестве Бирюкова) из Москвы.
«Я родилась в Севастополе в 1924 году и прожила там до семи лет. Потом мы с семьей переехали в Москву. В школу пошла в пять лет. В классе все были старше меня почти на три года. Дружила в основном с мальчиками.
22 июня 1941 года было воскресенье, я собиралась в пионерлагерь, складывала вещи. В 12 часов дня по радио сообщили о вероломном нападении фашистов. Все: и взрослые, и дети - выбежали на улицу. Многие сразу же помчались в военкомат, в основном это были мальчишки чуть постарше меня. Но их, конечно же, на фронт не брали. В Москве начали возводить противотанковые укрепления (надолбы, ежи), недалеко от моего дома был оборонительный рубеж. Первые налеты гитлеровской авиации на Москву начались только в июле.
- Уже в августе сорок первого учеников младших классов эвакуировали в Рязанскую область. Ребят постарше, в том числе и меня, оставили в Москве. Мы дежурили на чердаках, гасили зажигательные бомбы. Там устанавливали бочки с водой, нужно было быстро схватить клещами залетевшую под крышу бомбу и бросить ее в воду.
Нашу школу в том же августе срочно преобразовали в эвакогоспиталь. Из Яхромы и Дмитрова, где воевала 16-я армия, стали привозить по воде раненых в Северный речной порт. Тяжелораненых отправляли куда-то дальше, а тех, кто был не очень тяжело ранен, привозили в нашу школу. Девочки стали помогать санитаркам в госпитале: они приносили еду, сворачивали бинты, мыли полы в палатах. Потом, ближе к октябрю, раненых стало так много, что мы начали ездить в порт и помогать медработникам прямо там. Там же была столовая, которая работала круглосуточно. И мы почти круглосуточно трудились в госпитале. Вскоре рядом с Северным портом начали рыть окопы и кроме помощи раненым мы стали носить еду солдатам из инженерных частей.
Когда фашисты подошли совсем близко к Москве, было решено увезти детей на восток страны. Нас погрузили на баржу, и с Южного речного вокзала теплоход «Яков Свердлов» повез нас сначала по Оке, а затем по Волге до города Вольска. Доплыли мы спокойно, не было совершено ни одного авианалета. В Вольске организовали школу-интернат, где и начались занятия. А нас, меня и еще пятерых мальчиков, как старшеклассников, отправили в районное село. Утром мы шли учиться, а вечером — на курсы трактористов при МТС, за хорошую работу там нам давали талоны на хлеб.
- Тогда каждый из нас хотел помочь стране в боях с фашистами. Мальчишки рвались на фронт, убегали, но их находили и привозили обратно. Я тоже хотела попасть на передовую и поступила хитрее ребят. Чтобы добраться до Москвы, мне пришлось обманывать милиционеров. Я говорила им, что еду к маме. Ехала в основном автостопом, а поскольку я была маленькой, никто не отказывался меня подвезти.
Добиралась до Москвы девятнадцать дней. Очутившись в Москве, я сразу пошла в военкомат, где мне жестко сказали, что фронт — это не ясли и даже не детский сад, и отправили восвояси. Но я не хотела возвращаться и тут же, не теряя времени, отправилась на станцию Лихоборы, где стояли военные эшелоны. Нашла вагон, в котором везли сено для лошадей, и спряталась в нем. Обнаружили меня только на станции Щигры Курской области. Все очень растерялись и не знали, что со мной делать. Я говорила, что хочу быть танкисткой, но мой юношеский пыл быстро охладили, объяснив, что попала я в самую что ни на есть пехоту. Возвращать домой меня не стали - зачислили телефонисткой. Для этого мне пришлось наврать и к своим тринадцати годам прибавить еще три.
Сейчас из всего состава дивизии в живых осталась только я».
В декабре прошлого, 2024-го года Рэма Борисовна отметила столетний юбилей.