ЧТО ОБЩЕГО МЕЖДУ КАТЕЙ МАРГОЛИС, АНАСТАСИЕЙ МИРОНОВОЙ, ДИЛЯРОЙ ТАСБУЛАТОВОЙ И ГРЕТОЙ ТУНБЕРГ?
Этот текст будет состоять из двух частей. Вторая часть более теоретическая, о проникновении культуры отмены в нашу с вами современную культуру дискуссий. И, в принципе, я собирался только ею и ограничиться. Но, по здравом размышлении, я решил начать с первой части, с примеров. Так как эти примеры характерно безумные, и они будут совершенно не лишними для моих выводов. Итак!
-1-
Начну первую часть с того, что все три упомянутые русские блоггерши поместили меня в бан. В разное время.
Например, вот история с Анастасией Мироновой. Я прочитал книгу Бена Блатта «Любимый цвет Набокова лиловый. Что числа говорят о классике и бестселлерах». Книга об анализе литературы с помощью численных методов.
По этому поводу среди литературоведов широко распространено мнение, что числа для литературного анализа бесполезны. Мнение это распространилось несколько десятков лет назад, в связи с тогдашними попытками численно определить авторство «Тихого Дона». Многие тогда решили, что это невозможно, и с тех пор они мнение свое не меняют.
Но посмотрите на состояние дел с искусственным интеллектом. Что ИИ мог в 1960 году, и что он может сейчас? Тогда компьютерный анализ литературы был слабоват, а сегодня это уже довольно мощная наука.
Короче, автор книги, Бен Блатт – это просто студент, который прослушал курс по NLP (Natural Language Processing) в одном из университетов Новой Англии. И, изучив всю эту математику, он наскоро прогнал через свои программы несколько десятков произведений классиков. И записал свои очень забавные выводы.
Например, в англоязычных странах все знают о книге 1918 года «Элементы стиля» Странка и Уайта. Хочешь говорить интеллигентным языком? Читай «Элементы стиля». Одной из рекомендаций в этой книге было – употребляй меньше наречий. Так вот, Неб Блатт прогнал через свой софтвер около 30 классических произведений и современных бестселлеров. И оказалось, что у ряда авторов, которые сами рекомендовали не использовать наречия, в их книгах полно этих пресловутых наречий. Больше, чем в среднем по книгам и журналам. Понимаете? Книга о таких мелких но забавных наблюдениях.
Кстати, есть мнение, что Пинчон – это Сэлинджер. Гипотеза в чем-то естественная, Сэлинджер перестал публиковаться, а кто такой Пинчон никто не знает. А может, Сэлинджер пишет под псевдонимом? Но Бен Блатт проверил, их книги отличаются по ряду параметров существенно. Это разные люди однозначно.
Набокову в этой книге посвящено полстраницы. Скажите, как определить у писателя его любимое слово? Это наиболее часто употребляемое им слово? Нет. Нужно сравнить частоту употребления слова в среднем в нашем языке, и частоту его появления у этого конкретного писателя. И у Набокова частота слова «лиловый» раз в 10 больше, чем у нас у всех. Любил Набоков этот цвет.
Словом, надеюсь, вы разделяете мои впечатления. Забавная книга. И я о ней написал в фейсбук.
И тут вдруг появилась Анастасия Миронова, которая сообщила мне, что я бездарный графоман, а она писательница. Она написала ряд рассказов, которые пока не вышли, но уже приняты к публикации в ряде толстых журналов. Более того, она, Анастасия Миронова, в свое время училась (но не закончила) в каком-то европейском университете, в котором она изучала именно Набокова. И все, что я пишу о Набокове – чушь собачья. Потому что она поездила по Европе и видела там все гостиницы, в которых когда-то жил Набоков. (В скобках: вы, подозреваю, в это не поверите, подумаете, что я сгустил краски. Но она именно это и написала. Это не мой вольный пересказ, это ее слова без передергивания.)
Скажите, как вы поступаете, когда с вами кто-то разговаривает неадекватно? У нас в Америке принят метод «хе-хе», описанный еще Фейнманом в его книге. Считается, что нельзя говорить человеку прямо, что его поведение бесноватое. Это будет невежливо. Вместо этого следует пошутить. Послать сигнал, мол, остановись. Вот. И в Америке люди тренированные, увидев иронию, они сразу сдают назад.
Но не раз и не два я убеждался, что метод Фейнмана не действует с выходцами из нечерноземной полосы России. Этих шутка приводит в бешенство, и ведет к эскалации. Так и произошло с Мироновой. Она написала обо мне разгромный текст, о том, что я подлец. Что с женщинами так нельзя. И что если бы она жила в Америке, она могла бы подать на меня в суд. А подлость моя заключается в том, что я, житель США, оскорбляю ее, жительницу Российской Федерации. Это мерзко, бить по людям, находящимся вне правового поля. С этими словами она забанила меня.
Теперь, что я тогда подумал? Мне показалось, что либо Миронова постоянно находится в состоянии алкогольного опьянения, либо принимает какие-то психические таблетки. Потому что ее восприятие мира очень сильно этому миру не соответствует. Ведь для моего с ней конфликта не было не только причины, но и повода. И был я с ней предельно вежлив. Я это все проанализирую ниже, во второй части.
Но пока я свою первую часть продолжу, и перейду к Диляре Тасбулатовой. Месяц назад весь фейсбук зациклился на одной теме – на факте использования чужих текстов писателем Иличевским. Я написал об этом, и привел несколько аналогичных случаев. Например, Лев Толстой включил в «Хаджи Мурата» абзац из опубликованных воспоминаний современника. Другой случай – Лоренс Стерн делал то же самое. Обвиняли в плагиате и Иэна Макьюэна. Еще один случай – кусок из статьи Малколма Гладвелла был включен в одну бродвейскую пьесу. И, что интересно, Малколм Гладвелл написал об этом статью в Нью Йоркер, где признал, что это не плагиат, так как в контексте пьесы его отрывок приобрел «прибавочную стоимость».
Словом, в этой истории с Иличевским я не выступил его бескомпромиссным критиком.
Прошло пару недель, и где-то у кого-то в очередном посте об Иличевском я ответил на чей-то комментарий шутливым двустишием. На что Диляра Тасбулатова ответила мне: «Юмор и сатира – не самые сильные ваши стороны». Переход на личности, так сказать.
Я сделал скриншот ее ответа и разместил его у себя. Дело в том, что на мои тексты обычно читатели ставят смеющиеся рожицы. Многие пишут открытым текстом, что смешно. И я подумал, что многих мнение Диляры может и позабавить. А что у меня еще есть, кроме юмора и сатиры? Кроме них у меня дубль пусто.
Диляра Тасбулатова тут же появилась и принялась методично оскорблять всех комментирующих, и сообщать им, что помещает их в бан. Написала и мне, что она меня забанит. Ведь я участвую в травле Иличевского. (Ну, тут она промахнулась, я как раз его скорее защищал, но неважно.)
Я тогда написал о Диляре текстик по методу Фейнмана. Послал ей сигнал «хе-хе». Остановись! В ответ Диляра написала у себя текст обо мне, где прокомментировала, что я подлец, мерзавец и пiдop. Текст свой она озаглавила «ВАЖНО» заглавными буквами. Диляра писала, что я подверг травле сначала Иличевского, а потом ее. И что я не мужчина.
Мои чувства были такими же, как и в случае с Мироновой. Вся эта бесноватость, имеет ли она ко мне какое-то отношение? Был ли я некорректен? Не был. Дал ли я основания для мата? Нет. Там у меня вообще ничего выходящего за рамки вежливости не было. Нет, все-таки, знаете, что-то не так с нечерноземной полосой России. Ведь, как и в случае с Мироновой, тут нет никакой причины и нет повода для конфликта. Нет в реальности. Это все высосано из пальца, придумано.
Наконец, закончу первую часть Катей Марголис. Знаете, из них из всех Катя была самая адекватная. Да, она тоже забанила меня, но без оскорблений и без выдумок. Без галлюцинаций. Видимо, она будет и пообразованнее двух предыдущих девушек, и IQ у нее выше. Понимаете? У нее больше инструментов для ведения дискуссии. А у первых двух без мата и истерики ничего не останется.
Просто с Катей Марголис я принадлежу к разным, так сказать, партиям. Я интернационалист, а она нет. Я центростремительный, а она центробежная. Я адвокат, а она прокурор.
Первая часть почти закончена, и в заключение я сделаю одно наблюдение. Три перечисленные блоггерши сильно отличаются своими политическими взглядами. Кто за Путина, кто против. Кто за оппозицию, кто против. Но методы ведения блога у них одного типа. Как у Владимира Соловьева. Грубить и оскорблять. Закатывать истерику. Лаять на чужих, как доберманы-пинчеры.
И это, надо отметить, пользуется спросом. Собирает аудиторию. И наверняка половина читающих меня сейчас кому-то их этих трех симпатизирует. И они читают это все и думают, а к чему бы тут у Ольшевского прицепиться? Он пишет против наших! Как бы обмазать его дегтем и вывалять в перьях? Ну, если у вас есть такое желание, то лучше цепляйтесь ко второй части, более теоретической.
-2-
Лет 15, а может и 20 тому назад я заметил, что человеческая порода изменилась. Изменились дети. Раньше, когда я приходил в гости к друзьям, дети выходили ко взрослым, чтобы немного пообщаться. Улыбались. Атмосфера была дружелюбной.
И вдруг – бац! И дети перестали выходить из своих комнат. Сидели там и злились на токсичных взрослых. Знаете, у собак тоже есть породы. Есть такие пушистые, декоративные. Бросаются к гостям, радуются, ластятся. А есть злобные доберманы. Лают на всех. Словом, дети вдруг превратились в сторожевых. Это моя территория! Не смей приближаться!
Конечно, сравнение со сторожевыми породами, оно какое-то неправильное. Можно ли сравнивать людей с собаками? Как-то это не комильфо. Но посмотрите, ведь появилось выражение «личное пространство», чем это не сторожевая концепция? Территория! Если кто приближается, надо лаять.
Прошло лет 5, 10, дети закончили школы, а кое-кто и университет. Стали писать блоги. И теория личного пространства продолжала развиваться. В чем ее суть? В чувствах.
Нельзя задевать чувства других людей. Все, что их задевает следует отменить. Так появилась культура отмены. Мы должны отменить книги Марка Твена. Мы должны не смотреть фильмы Вуди Аллена. Не читать Роулинг. Снести памятники.
Появилось объяснение. Ведь когда кто-то по нашему поводу пошутил, нам обидно. У нас в кровь выбрасывается адреналин. А нервные клетки не восстанавливаются. Это все физиологические вещи! А, стало быть, слово ранит физически. Слово равносильно удару кулаком по лицу.
Далее, появился термин «микроагрессия». Это когда ты говоришь что-то, в чем объективно агрессии нет. Но может найтись кто-то, кому субъективно может показаться, что агрессия есть. И поэтому микроагрессия тоже равна удару кулаком по лицу.
Концепция микроагрессии очень полезна для блоггерш. Если кто-то им не нравится, но возразить они не могут, придраться не к чему. Нет агрессии. Но всегда можно придумать микроагрессию, и закатить истерику. И все начнут тебе сочувствовать и защищать твое личное пространство.
Комбинация этих двух факторов (слово ранит физиологически и микроагрессия) привела к появлению большого числа (говорят, что в США их около 20%), вокистов, которые постоянно борются с окружающими их микроагрессиями. То есть, выступают они за правильные ценности, за наши с вами ценности. За равноправие полов, против расизма и национализма, и так далее. Людей, не разделяющих эти ценности не так-то уж много, хотя они. Конечно, есть. Но вышеупомянутым вокистам кажется, что этих не разделяющий общечеловеческие ценности огромное количество. И они атакуют всех вокруг. Банят всех, оскорбляют.
Приведу пример. В одном из Бостонских колледжей работал один профессор, шотландец, который готовился выйти на пенсию. У него была старая пенсионная программа. Пенсия равна 75% зарплаты. И он поэтому набрал себе читать кучу летних и зимних курсов. За которые платят отдельно. Зарплата больше на треть в последний год и пенсия тоже будет. Но тут из декрета вышла его коллега, и он ей сдуру сказал, что она похорошела. Беременность была ей к лицу. Коллега подала на него жалобу за сексуальный харрасмент, и у шотландца забрали все лекции. За последний год его зарплата была ноль. И его пенсия, соответственно, оказалась на треть меньше. Это пример того, как работает микроагрессия.
В этом примере можно увидеть одно характерную черту вокизма. На словах целью последнего является минимизация отрицательных чувств, испытываемых людьми. Но не всеми людьми, а только своими вокистами. А другим людям вполне допустимо причинить серьезный вред. Если ты за все хорошее, то ты можешь оскорблять, хамить и так далее тех, кто за плохое. Цель оправдывает средства.
Выше я употребил слово бесноватые, а также говорил о психиатрических таблетках. Это может быть неправильно понято, как отражение моих эмоций и желания обидеть. Ничего подобного. Как я писал, основным трюком этих блоггеров является быстрый переход к оскорблениям, без особого на то основания. Но как этот переход происходит? Зачем люди вообще хамят? Скажем, зачем хамит Охлобыстин в сериале "Интерны"? Потому что он наслаждается своим хамством. Это не подходит. Хамить нужно только в результате дикой обиды, тогда хамящему сочувствуешь. Мол, видите, до чего довели человека? Но какое на вас производит впечатление человек, которого ежедневно доводит до белого каления множество людей? Я думаю, что бесноватый в данном случае является довольно точным термином, без обид.
Теперь, я написал это о вокизме. Но, допустим, что Трамп и Маск добьются своего и отменят культуру отмены. Отменят вокизм. Эта манера ведения дискуссий все равно останется.
Ведь такая обличительная манера поведения уже давно распространилась на многих из нас, вне зависимости от политических взглядов. Особенно она удобна для людей, простите, глупых и не очень образованных. Потому чти это очень удобно. Если ты не в состоянии возразить, то можно просто нахамить. Или обвинить в оскорблении, пустить слезу. И забанить.
Появилось довольно большое количество откровенно глупых блоггеров, которые изливают желчь на своих страницах. Так сказать, модель Владимира Соловьева. Причем, это могут быть как Z-патриоты, так и представители благородной оппозиции. Это уже давно не связано с политическими взглядами. Это уже широко распространенная модель поведения. Она уже проникла во все слои общества, во все группы. И такие блоггеры, обидчивые, хамящие, обличающие, впадающие в истерику, они популярны. Они востребованы обществом. И это уже не очень-то изменишь.
Основная проблема таких желчных блоггеров для меня - низкий интеллектуальный уровень. Обычно в основе позиции такого блоггера лежит какая-то очень упрощенная политическая модель мира. Бинарная, есть святые и изверги. И они хамят извергам. Причем, хамят красиво, литературно, метафорично. Это очень нравится менее литературным сторонникам, но мысли, анализа, развития там не очень много. И мне не интересно. Но армия подписчиков большая. Это востребовано.
- 3-
Я допишу еще и третью часть, в которой я остановлюсь на недостатках написанного мной выше. Дело в том, что я привел три примера из русской блогсферы. А это не русское, это всемирное явление.
Второй недостаток: все три мои примера – довольно одиозные блоггеры. Выше я назвал их бесноватыми. У них у всех видны сильные психологические проблемы или влияние паров алкоголя. Немытые три дня волосы торчат в разные стороны.
Но посмотрите на ведущих главных новостных каналов в разных странах. Эти уже откровенных психиатрических проколов не допускают. Нет оскорблений, нет уж слишком явной подтасовки. Оно и понятно, на них работают целые команды. Но даже и при всей их причесанности, они же работают на такую же публику такими же методами. Изливают желчь. Где Уолтер Кронкайт? Где Александр Бовин? Умные, аналитичные, человечные? Их нет, видимо, потому что они уже не востребованы. Отсутствие спроса диктует отсутствие предложения. В интересные времена живем!
Текст получился не очень отполированным, знаю. Записал быстро, без редактирования, за 20 минут. Но суть, при всех моих длиннотах, надеюсь, все же понятна.
Вадим ОЛЬШЕВСКИЙ