365 страниц музыки.
Говорила дочке, что будто читаю в 2D,
"Как это?", спрашивает.
Я включала музыку из книги, и будто не книга, а добротная музыкальная шкатулка с джазом и классикой.
Но уж если и говорить про ощущения от книги, то вся она как живая: там запахи ощущаешь. А здесь — вкус. Кожей чувствуешь, как ветер на крыше треплет белую свежевыстиранную рубашку на закате и твои плечи, и запах города, и шум. И вкус еды, и цвета одежды. Очень емкий стиль повествования, который по всем органам чувств проехал, словно в мозгу вкусовые сосочки, как на языке, и он впитывает эти слова с жадным спокойствием.
Герои:
Главный герой — эстет хорошей литературы и музыки. Захотела обязательно почитать «Великого Гэтсби» и добавить весь плейлист из книги себе. Приятное чувство единения — гулять по этим песням на YouTube и читать комментарии на всех языках: «это песня Наоко и Ватанабэ, всем привет...».
Очень понравились слова:
«Все мы знаем, что сами "искажены". Здесь все не так, как во внешнем мире. Там многие люди живут, не сознавая собственной искаженности».
Вот это ощущение зеркала и туманных лабиринтов. Почему? Часть мне была непонятна и закрыта, будто какая-то нереальная жизнь. Но на самом деле я отрицаю все животное, и моя диссоциация выходит на первый план и корчит отвратительную мину; ощущение будто я в «Сайлент Хилле» попадаю в моменты, которые мне непонятны в отношениях людей. И ведь это не первая книга Мураками, где я ощущаю некую холодную тревогу: типа «А окей ли я? Может, все это чувствуют как норму, а мне непонятно?»
Но при этом слова, обращенные к главному герою, успокаивают:
«Почему?» — закричала Мидори. — «Ты что, чокнутый?! Знаешь правила сослагательного наклонения, разбираешься в математической прогрессии, можешь читать Маркса, но не понимаешь таких вещей!»
Моя голова как энциклопедия: я помню и знаю множество вещей, но отношения — это полная недоступная для понимания тьма.
Чувство смерти и потери мне до боли знакомо:
«Какой бы ни была истина, невозможно восполнить потерю любимого человека. Никакая истина, никакая искренность, никакая сила, никакая доброта не могут восполнить ее. Нам остается лишь пережить это горе и чему-нибудь научиться. Но эта наука никак не пригодится, когда настанет черед следующего внезапного горя».
Здесь все пропитано тоской и меланхолией, будто соты с черным медом: смерть, много суицида и тоски. Причем переходы к смерти такие резкие и хлесткие; будто плетка опускается внезапно на оголенные плечи. И вроде хочется плакать, но внезапно спокойно и грустно.
Если читать книги Мураками, то узнаешь его стиль со второго произведения. В 2021 году я прочитала «Бесцветного Цкуру Тадзаки», и флер этой книги преследовал меня во время чтения.
Фоновые эмоции: недоумение, печаль, спокойствие.
Закончу цитатой:
«Мы живы, и нам нужно думать только о том, как продолжать жить дальше».
Читали данное произведение? Как вам?