Синтия Барнетт, «Дождь в истории, науке и искусстве» (2016)
Босая девушка и парень на велосипеде в «Я шагаю по Москве», «Июльский дождь» Марлена Хуциева, мокрые дубы на картине Шишкина, прочитанная в детстве статья о кислотных дождях, ночной ливень на даче и умытые, свежие пионы поутру, «Полгода плохая погооода» – всё это каплями забарабанило в памяти, когда я увидела книгу Барнетт. Конечно, немедленно её купила и понесла домой, думая, что прочитаю за пару дней, но на самом деле мучила «Дождь» с апреля по декабрь. Сейчас разберёмся, почему.
Научно-популярные книжки о дожде/богомолах/хрущёвках/мозге напоминают мне обучение по комплексному методу из романа «Два капитана». Там дети целый день изучали утку: на уроке естествознания – какие у утки крылышки и лапки, на уроке географии – в каких водоёмах она плавает, русского языка – как пишется слово утка. Вот и научно-популярное крошево часто изготовлено по тому же принципу. Занимательные факты плюс курьёзные истории – и книга готова. Синтия вроде бы занялась вопросом серьёзнее. Во-первых, она взяла интервью у толпы экспертов: историков, филологов, химиков, синоптиков, экологов, парфюмеров – разве что специалиста по таксам там не было, но только потому, что таксу к дождю привязать затруднительно. Во-вторых, съездила в несколько командировок, в том числе в индийский город Черапунджи – самое влажное место на планете.
В год в Черапунджи выпадает около 11 777 мм осадков. Для сравнения: в Москве – 600–700 мм в год, в Северо-Курильске, считающемся самым дождливым городом России, 1 753 мм в год.
В результате у Синтии получилось пять больших глав, из которых только две мне показались внятными: про синоптиков и дождевые товары (история зонтиков и макинтошей) и про поэтов, музыкантов, парфюмеров – тех, кого вода с небес вдохновила на создание красивого. Но тут сама тема помогает: что может быть романтичнее дождя? Разве только море.
Облака укрывают Рейкьявик, столицу Исландии, 90 % времени, а вероятность осадков не опускается ниже 70 %. Там же необыкновенно велико количество писателей и поэтов на душу населения. Дождь вдохновляет.
Но едва дело касается науки или экономики, книжка плывёт, как размоченное дождём пирожное. Начинаешь абзац – вроде всё понятно и интересно, а на следующем текст замылился, а смысл ускользнул. Я думала, может, мои собственные мысли, мои скакуны, виноваты, но нет, это Синтия прыгает с пятого на десятое.
Ближе к финалу ускользнуло вообще всё, научное и ненаучное. К примеру, автор рассказывает о своём турпоходе в горы под дождём в компании индийской девушки Рамджхим, которая боится высоты, воды и не умеет плавать (зачем пошла, неясно). Дамам нужно преодолеть несколько подвесных мостов над рекой. Если упадёшь – или утонешь, или размажет о камни, а мосты древние и едва ли не скотчем склеены. «Уже отправив от её имени электронное письмо о случившемся её брату, я знаю, что Рамджхим – любимый чудо-ребёнок семьи», – пишет Синтия. Я ахаю: сорвалась, значит. Ничего подобного. На следующей странице Синтия вдохновенно плетёт что-то о паломниках на тибетской границе, об оползнях и золотом куполе Капитолия в Атланте, а где Рамджим, история умалчивает. Может, до сих пор стоит на мосту.
Вычитанный в «Дожде» факт, который мне показался самым интересным. Сморщивание кожи на пальцах при долгом контакте с водой («эффект чернослива») обусловлено вовсе не поглощением влаги. Это работа эволюционного механизма. Гладкие кончики пальцев обеспечивают хорошее сцепление с поверхностями в сухую погоду, но при высокой влажности сморщенные удобнее. Морщинки образуются достаточно быстро, чтобы успеть за дождливой погодой, но не с такой скоростью, чтобы процесс начинался при любом контакте с водой. Доказательства: а) аналогичный механизм есть у приматов; б) у людей с повреждёнными нервами рук на мокрых пальцах «дождевые протекторы» не образуются. Потрясающе!
Ещё один существенный минус книги – скудная география. История дождя в версии Синтии ограничивается Америкой, Англией и Индией. За их пределами дождя нет и жизни, соответственно, тоже. Странно, потому что в главе об экологии Барнетт, напротив, подчёркивает, что людям хорошо бы объединить усилия в заботе о природе, ибо то, что мы выливаем в реки и бросаем на землю, вернётся к нам с дождём.
Резюме: думаю, попытки написать «первую книгу об истории дождя» – дело заведомо неблагодарное. Если попытаешься объять необъятное, оно тебя придавит. Слишком бессвязно, бестолково «Дождь» написан, а жаль, интересных фактов в книге немало. Приходится бродить с корзинкой и собирать по одному.
А вы любите дождь?