Мама Андрюши Миронова обладала удивительным музыкальным слухом и окончила второй курс Московского театрального училища (МХАТ), где пение входило в учебный план.
Отец Андрея, Миронов, также имел отношение к музыке — в молодости он работал пианистом и исполнял куплеты, что тоже способствовало формированию музыкальной среды в их доме. К тому же в их квартире постоянно гостил Леонид Утесов, славившийся своим прекрасным слухом. Маленький Андрюша с удовольствием подпевая им, но ему часто говорили, иногда в шутку, а иногда всерьёз: "Не пой, у тебя слуха нет!", как вспоминал Левон Оганезов.
Из-за этого он рос с убеждением, что у него нет слуха, и музыкальным занятиям его не обучали. Сначала Андрей очень стеснялся петь. Если ему предлагали спеть что-то для роли, он обычно отказывался, при этом повторяя свою главную фразу: "Если у меня не получается, я за это не берусь".
Настоящий поворот в его судьбе произошёл, когда он начал исполнять одесские куплеты в спектакле "Интервенция". Его отец, бывший эстрадник, стал с ним репетировать, и вскоре выяснилось, что у Андрея идеальный слух. Он мог исполнять любую джазовую мелодию совершенно чисто и ровно без аккомпанемента. Благодаря хорошему владению английским языком, его выступления под музыкальное сопровождение звучали особенно впечатляюще.
Но исполнять песни в кино его заставил режиссёр Гайдай. После выхода фильма "Бриллиантовая рука" Андрей вдруг стал звездой, но к этому моменту он уже имел определённую подготовку.
Зная о своем недостатке в пении, он серьёзно готовился к каждой записи, требуя от себя максимума.
Точно так же относился к своему делу и композитор Александр Зацепин, который мог записывать одну песню по несколько часов. У него была одна из лучших звукозаписывающих студий в Советском Союзе, которую он приобрёл за свои средства. Это позволяло исправлять любые неточности и записывать каждый инструмент отдельно. Александр Сергеевич был настоящим профессионалом в этом плане.
С Юрием Никулиным, его партнёром, процесс исполнения становился ещё более живым и весёлым. Никулин был идеальным соратником, который всегда поддерживал Андрея.
Однако у Андрея была особая манера: он всегда чётко знал, что делает с каждым словом песни, а также сам создавал все свои движения — например, мог закинуть ногу за борт корабля или добавить актёрский элемент к словам. Он продумывал всё до мелочей, хотя никогда не занимался танцами или балетом, но имел свою собственную пластику.
Андрей также владел самой большой коллекцией пластинок Фрэнка Синатры, увлекался Шарлем Азнавуром и, хотя и не говорил по-французски так хорошо, как по-английски, всё равно был хорошим в этом языке. У него была обширная коллекция джазовых дисков, и он глубоко понимал этот стиль. Знал примерно тысячу джазовых стандартов вместе со словами и увлёкся джазом ещё с детства. В "Бриллиантовой руке" он создал запоминающийся джазовый отрывок, вдохновляясь всем, что видел и что ему нравилось.
Он был истинным трудягой, который смог создать великолепный номер, исходя из своих скромных вокальных данных. Зрители никогда не задумывались о том, что Андрей мог бы не попасть в ноты. Наоборот, каждый из них наслаждался его пением, которое органически соединялось с его актёрским мастерством.
А вам какие песни в исполнении Андрея Миронова нравятся?