СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ В ПЕРВОЙ ТРЕТИ XIX В.
ХРИСАНФ
СВЕДЕНИЯ ОБ АВАРСКОМ ХАНСТВЕ
1828 г.
Замечания, сделанные во время следования в Аварию для приведения к присяге на верность подданства г. и. того ханства с причитающимися к оному владениями, пребывания там и возвращения обратно
10 августа вместе с вожаками из Чиркея и такового ж города Тзубута отправились вверх по речке Койсу в город Джиркат, отстоящий от Чиркея верстах в 30. По выезде из Чиркея дорога [266] трудна для лошадей по причине великого количества мелко изломанного плитного камня, какового лежало в пространстве версты на 3. Взошед же на гору, нашли мы приятнейшее и ровное местоположение, испещренное полевыми цветами, каковый вид можно встречать только весною. Проехав же верст с 20, прибыли к спуску, изумившему большую часть наших спутников, и некоторые сначала не решались продолжать путь от проливного дождя, от чего слушаться было опасно. Сей спуск есть конец хребта горы, на которую въезжали мы при выезде из Чиркея, и может иметь перпендикулярное возвышение от долины 150 саж. и совершенно отвесну. Тропинка сия в изворотах, по которой они провозят свои товары на ослах, усеяна мелкими и острыми обломками каменьев.
От сего места проехав верст 6, прибыли еще к спуску, несколько отложе поясненного и не более 80 саж. перпендикулярной вышины имеющий; съехав, вошли в тесные две параллельные скалы, вершина коих горизонтальна вершине последнего спуска и не более 2-х саж. в промежутке.
Тесный проход сей имеет в длину около версты, и должно заключать, что громада сия цельного дикого камня, имея пропасть /что доказывает гладкость стен/, осела в прописанное ущелье. Вереди протекает речка и впадает в реку Койсу. Вблизи гор. Джирката и по выходе из сей теснины спустились в город, расположенный амфитеатром по выдавшемуся косогору, подошва коего украшена садами, уступами ж расположенными и в беспорядке, т.е. фруктовые деревья /по большей части грецкие орехи/ и виноградник вместе, так что лозы виноградные обвиваются вокруг ветвей фруктовых деревьев.
Кади сего города, у коего мы остановились для ночлега, принял нас с большой радостью и угощал усердно, а на другой день джиркайские жители противу желания нашего задержали и дали нам обед, а по выезде задержаны были у садов их несколькими партиями жителей, ожидавших нас с кубками напитков их, называемого бек-очая, сделанного наподобие пива из магара /род пшеницы/, имеющей вкус Badiv Giguiritio, а свойство хмельное, и человек, опьяневший от оного, нескоро протрезвиться может.
В сем городе высланный аварским ханом для встречи нас и безопасного конвоирования родственник его Магомет-бек с 10-ю конновооруженными аварцами встретил нас, и мы, переправясь чрез реку Койсу по имеющемуся там через оный деревянному мосту, поехали вниз по той реке с версту и поднялись на гору, подобную Джиркальскому спуску, но не более 100 саж. перпендикулярной вышины, по коей проезжали мы деревню весьма богатую садами и, противу ожидания, жителей весьма бедных; ибо сверх садов видно довольно нив. Лес строевой в изобилии, а строение весьма худое; деревня сия подведомственна тарковскому шамхалу, как и вышесказанный гор. Джиркат. Проезжая далее, встречали довольно сенокосные и хлебопахотные поля, на коих посеяны были овес и лен. Объехавши гору сию, с южной стороны протекает другой рукав реки Койсу, у берега коего также подлежит подведомственно шамхалу гор. Унцукуль, славящийся фруктовыми садами и мошенниками из коих главный Али-Солтан Османи-Ляв и Кясил [267] Исмаил, у коих, слышал я, что находятся и ныне пленные грузины. Выше в горах лесу не имеется.
11 числа прибыли мы из Джирката в дер. Бетлитль, верст около 30, изобилующую хлебом, бобами и скотоводством, а более баранами; пастбищных и сенокосных земель имеют достаточно; садов вовсе не имеют, а строение подобное вышеописанным.
12 числа вступили в землю Аварскую и чрез дер. Цартаных в 4 часу пополудни прибыли в главный город Хумзак, вер. в 30; дорога к оному хотя и гориста, но гораздо лучше и менее утесов; почва земли весьма хорошая, и потому все сие пространство усеяно овечьими стадами, и весьма много конских табунов и рогатого скота.
По уведомлению нашему о прибытии ханша Паху выслала навстречу нам и для принятия своего родственника и бывшего главнокомандующим аварских войск Андалав-бека и эмчека, т. е. дядьку нынешнего хана узденя Али-бека, коими отведены нам по приказанию ханши комнаты в ее дворце. Строение сие есть, как и все в Аварии, каменное, в 2, а некоторые части оного в 3 этажа , с равными земляными крышами, и комнаты без стекол и умеблированы одними персидскими коврами.
На другой день приезда нашего в Хумзак приглашены мы все были для свидания с ханшами и прежде отведены были к Паху, потом к мачехе ее Гихили и к матери Кыстаман, — все они приняли нас весьма ласково и старались оказывать нам все вежливости.
Ханша Паху средних лет, управляет всем ханством, уважаема народом, но старалась сие пред нами скрыть и выставляла своего сына, как настоящего владельца, который, избегая свирепствовавшей в городе оспы, вместе с своими братьями и сестрой находился в загородном доме. Она весьма деятельна, и если надобность потребует, то она выезжает верхом в сопровождении 6-ти и 7-ми женщин и прислужников; чаше всех сопутствует ей жена нынешнего кади, бывшая невольница ханши Гихили, и которая была в законном замужестве за умершим Султан-Ахмет-ханом. Ханша Гихили лет 60 и любима Народом, от управления ханством отказалась потому, что не имеет детей. Но требования ее выполняются, какого бы рода оные не были, в важных случаях без ее совета ничего не предпринимают, из податей, собираемых с народа, имеет право на ровную половину, как дочь коренных аварских ханов. Вместе с смертью первого мужа ее Умахана кончился и род аварских ханов по мужскому колену, и хотя оставшийся отец полк. Сурхая Кебек намеревался сделаться ханом, но как он был рожден от невольницы, то ханша Гихили, умертвив его, пригласила княжить Султан Агмет хана мехтулинского, женившегося на ее падчерице Паху, вышед сама за него замуж по сему случаю. Ханша Паху от Султан Агмет хана имеет 4-х детей: дочь Султанад 17-ти лет, сыновей: Абусултан 15-ти лет и имеет титул предков своих: Нусал хан, Умахан 12-ти лет и Болач 8-ми лет.
Город Хумзак расположен в конце долины над утесом, внизу коего жители имеют свои сады; посреди города протекает речка, [268] Токита называемая, и низвергается каскадом с утеса, имеющего перпендикулярной вышины более 50 саж., и, разбиваясь о каменья, падает в виде дождя; сей же утес служит наказанием прелюбодеяния, с которого сбрасывают преступников, как в народе сем нетерпимое преступление. Город Хумзак имеет 700 домов, улицы весьма тесны, а строение, как и выше сего сказано, из дикого камня с ровными крышами. Город сей, как считают, есть из древнейших в Аварии, что д-оказывает отечественная их история.
До введения еще в сем народе исповедания магометанского город сей существовал и обитаем был христианами, в чем может послужить доказательством главная мечеть хумзакская; в стенах сей мечети есть несколько камней, на коих высечены грузинские письмена и кресты. А в городе находится гробница кади Абдул-Муслима, который, как прописано в той истории, в 174 году от Гейры ввел в том народе исповедание магометанское силою оружия князя Амзы, нашедшего их там /турецкий город/. К упомянутой гробнице всякий проезжий магометанин ходит на поклонение, что не упустили и все мои спутники, и имя его произносится с большим благоговением. При гробнице сей хранится отечественная их история вкратце и родословие аварских ханов и других владельцев восточной части гор Кавказских.
Окрестности сего города в сравнении с прочими местоположениями весьма ровны и заняты для одного только хлебопашества; нивы, будучи засеваемы, ежегодно вспахиваются до посева три раза и взнаваживаются. Если кто продает землю, то ему охотно плотят за десятину от 100 до 150 руб. сер. Сено, заготовляют женщины по горам, жнут оное весьма проворно и переносят в домы на себе, большая часть недостаток какового заменяет мякина с хлеба.
Авария разделяется на 2 части. 1-я, военные округи, в коей имеется 46 дер., а в оных 5895 домов; 2-я, данники, в коей 164 дер., 14843 дома. Все сии под непосредственным управлением хана, который решает в народе и уголовные дела, тяжбы ж кадий, каковых имеет каждый округ или уезд. Хунзакский же кадий сверх своей обязанности исправляет и должность секретаря при хане, участвуя и во всех важных советах вроде министра. Сверх сих еще Авария имеет 4 военных округа: Гидат, или Гид, в оном 19 дер. и имеет 3869 домов, Кувал — 24 дер., 2381 дом, Киль — 8 дер., 1358 домов и Каралал — 18 дер., 2659 домов. Оные имеют правление народное, не есть подданные аварцев, но имеют издревле обязанность по требованиям хана доставлять войска на собственном их продовольствии.
До смерти Умахана старшины и военачальники сих округов не бывали никогда награждаемы ни деньгами, ниже другими подарками, а дорожили одними только ласками ханов, и за большое счастье считали те, которым ханы удостаивали дать из своих рук бокал с напитком бокочая или рюмку водки. Султан Ахмет-хан, не будучи родом из аварских ханов, а наследовал сим ханством чрез жен своих Паху и Гихили, то, дабы не выходил народ из повиновения его, начал награждать старшин, военачальников, знаменщиков и вожаков и, приучив таким образом союзников, был в необходимости награждать и аварцев.
Ханство Аварское и округи оного граничат: от востока махтулинцами Идорге, к юго-востоку казакумыками, к юго-западу джарцами, от северо-запада Андиею, бывшею данниками их, к западу округами Тушь и Мусук, обитающими в Черных горах и бывшими данниками аварских ханов, но отказавшиеся от платежа дани по смерти Умахана, а к северу койсубойлинцами, гумбетовцами.
Вышеупомянутые 4 округа: Гидат, Кувал, Киль и Каранал, служили подпорою и убежищем джарцам при набегах и хищнических предприятиях против Кахетии; из сих 4-х округов сильнейший Гидат, который лежит на дороге, ведущей из Аварии и Тифлис. Соединяя все их военные силы, они могут от 30 до 40 тыс. вооруженных в поле выставить. Народ, привыкший к трудам, занимался всегда хищничеством, и причиняли значительный вред мирным жителям в Грузии. Покорение хана аварского, которому они привержены, дает верную надежду, что грабеж со стороны их округов со временем совершенно прекратится.
В списке, представленном ханшею Паху-Бике по покорении аварцев в 1828 году, за печатью старшего сына ее Нунцал-Хан-Абу-Султана, показано 272 селения с 130 000 жителей.
СКАЛОН Ф. П.
СВЕДЕНИЯ ОБ АВАРСКОМ ХАНСТВЕ
1829 г.
Замечания, сделанные по инструкции, данной при отправлении в Аварию в феврале месяце 1829 г.
1. Под правлением Султан-Ахмед-хана народ аварский был ему довольно покорен. Получая от русского правительства значительное жалование, он делился им с ченками, узденями и духовенством, что делал он и Ума-хан и при добычах во время удачных набегов. По сим-то причинам народ исполнял их волю, но повиновался в полной силе только тогда, когда предвидел для себя собственную свою выгоду.
2. Нынешний Абу-Султан-Нусал-хан при молодых летах, неопытности и весьма ограниченном уме не имеет и тени власти отца своего. Мать его, ханша Паху, обыкновенного ума, с приверженными к ней /только из интереса/ кади Нур-Магма, Андолов-беком и другими распоряжается в ханстве с общего совета и согласия, но сама без совещания не может ничего ни решить, ни предпринять. Второй ее сын Ума-хан умнее своего брата, но этот и меньшой Болач еще в детском возрасте. Ханша Гихили, весьма благоразумная женщина, в вражде с Паху, имеет влияние на управление народа, чему служит доказательством и то, что она пользуется половиной малых доходов скудного ханства Аварского. Впрочем, власть их над народом ограничена до такой степени, что при получении подарков они бывают вынуждены уделять часть из оных и другим значущим в ханстве людям, без чего могли бы иметь даже неприятности, почему правление их можно скорее назвать народным, нежели деспотическим.
Бывший прежде в Аварии 43 егерского полка прап. Хрисанф в записках своих увеличил все уже слишком, как-то: число деревень /городов совсем нет/, домов, жителей и войска; в Аварии более 80-ти деревень не существует, число семейств до 10-ти тыс., войска едва ли могут выставить до 4-х тыс., незавидно вооруженных, из них конница на худых лошадях. Вольные соседственные общества, названные какими-то военными округами и союзниками аварского хана, ни в каком отношении от него не зависят их даже и за деньги мудрено заставить служить, а если бы и согласились, то будут служить не аварскому хану, а преимущественно тому, кто больше может заплатить. Койсубуйлинцев и других окружающих их народов можно назвать воинственными, но собственно аварцы более похожи на мужиков, нежели на воинов. Неприступные места и трудные дороги, служащие им оплотом от русских, да и самая бесплодная каменистая земля, где нельзя найти никакого продовольствия для малого отряда войск, все это, уверив их в безопасности, обратило к беспечной жизни и вместо воинственного народа каждый из нас встретил неуклюжих, худо вооруженных горцев еще в первый раз в здешнем крае.
3. О характере и способностях Абу-Султан-Нусала-хана повторяю, что он ограниченного ума, природа отказала ему в умственных способностях, дав ему и приличную физиономию. Кроме кадиев, Андолов-бека с братьями, все ченки, или побочные дети, уздени вмешиваются в управление, но власти над народом никто не имеет, привлечь их если есть только способ, то это деньги, пока будут им их давать, но чтобы сделать совершенно преданными, на это нужно время, а пользы для правительства из их мнимой покорности я никакой не предвижу.
4. Ханша Паху ожесточена против Сурхай-хана за отданные ему нашим правительством деревни, с коих получались прежде ясак, или подати; она объявила, что примирится с ним только тогда, когда он согласится сложить с себя ханское достоинство /ханом его не признают/, с деревень не будет пользоваться доходами, а предоставит все ей и, словом, во всем будет исполнять ее волю. Согласившись на примирение, Сурхай-хан, быв уже у них в руках, легко может погибнуть; а если правительство наше находит полезным поддерживать Сурхай-хана, то примирить с ним ханшу Гихили очень легко, она, имея ненависть к Паху, явно говорила, что готова примириться /несмотря на то что была действующим лицом в убийстве отца его/ и даже восстать с ним против ханши Паху, сим-то способом можно усилить партию Сурхай-хана.
5. В Аварии грунт земли вообще каменистый, требуется много труда для обрабатывания земли к посеву хлеба, коего недостает на прокормление самих жителей, не только на продажу. При следовании в Аварию и обратно мы встречали навьюченных ослов с покупным хлебом из Мехтулинского владения и земли, подвластной шамхалу, также и с солью, коей вовсе нет в Аварии. Лесу мало, и то на высочайших горах, кизяк их заменяет, пастбищных и сенокосных мест также мало, садов фруктовых и виноградников почти нет или очень мало. Рогатого скота едва ли у двадцатого есть по одному быку или корове, овец у первого богача не более 5-ти — 10-ти, лошади очень редки, ибо своих заводов нет и у самого хана, да и невозможно иметь по недостатку продовольствия и в самое летнее время. Мастеровых никаких не имеется, с трудом можно найти кузнеца. Вообще нетрезвый народ, закоренелый в невежестве, повсюду видна нищета, словом, я не видывал беднее земли и народа ханства Аварского.
6. Остается сказать о неумеренных и настоятельных требованиях ханши Паху. Она хочет иметь жалованье то же, которое получал муж ее, чтобы возвращена была отобранная часть Мехтулинского владения и от тушинцев и мосаков дань рогатым скотом, катерами, бурметом, получаемая ханами аварскими до покорения Грузии под российскую державу. При отъезде нашем напомнила с негодованием, что уже 6 месяцев прошло, как они присягнули его и. в., а жалованье по сие время не выдается, и, наконец, приказала провожавшему нас своему сыну Ума-хану и всему конвою отнюдь не пускать нас по дороге на Акушу, а проводить по той, где мы проезжали, что мы и вынуждены были исполнить.
Подлинные подписал командир Моздокского казачьего полка подполковник Скалон.
АВПР, ф. СПб., Гл. Арх., 1-9, 1819-1855. д. 7, лл. 121-124; заверенная копия.
Комментарии
1. Как видно из находящейся в том же деле переписки, Скалон был послан в Аварию главноначальствующим на Кавказе Паскевичем для проверки сведений, собранных прапорщиком Хрисанфом в 1828 г. /см. предшествующую публикацию/.
2. Федор Петрович Скалон /1791-1830/, в офицерских чинах с 1808 г., участник Отечественной войны 1812 г., Бородинского сражения и взятия Парижа; с 1825 г. на Кавказе, участвовал в военных действиях в Чечне и Дагестане и в войне с Персией 1826-1828 гг., с 1828 г. командир Моздокского донского казачьего полка; умер в 1830 г. от холеры /о нем: его формулярный список, составленный в 1830 г., — ЦГВИА, ф. 395, оп. 137/393, св. 481, д. 216, лл. 5-6/.
3. Публикуемый документ был использован А. П. Берже в статье "Материалы для описания Нагорного Дагестана" /"Кавказский календарь" на 1859 г./. Документ напечатан в книге; "Материалы по истории Дагестана и Чечни /первая половина XXX века/" т. ІІІ,ч.1, 1801-1830, Махачкала, 1940, стр. 126-129. Публикуется по этому тексту.
Текст воспроизведен по изданию: История, география и этнография Дагестана XVIII-XIX вв. Архивные материалы. М. Издательство восточной литературы. 1958
© текст - под ред. Косвена М. О., Хашаева Х-М. 1958
© сетевая версия - Тhietmar. 2014
© OCR - Станкевич К. 2014
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Издательство восточной литературы. 1958