Утром 18 января по Киеву прилетели баллистические ракеты ВКС РФ. Наше Минобороны заявило, что это ответ за удар по Белгороду, и все цели поражены, включая КБ «Луч», которое занимается производством ракет. В Киеве же утверждают, что под удар обломков сбитых «Искандеров» попала канализация, «Макдональдс», вход в метро и гражданские машины. Но главное не в том, кто прав: разве такого уровня «ответы» имел в виду президент, выступая по итогам удара «Орешником»? Более того, если подходить к его словам лишь математически, даже тогда счет ударов ATACMS по России и ответов на это будет не в нашу пользу.
Итак, Минобороны РФ заявило, что утром 18 декабря в ответ на удары американскими ракетами ATACMS по гражданской инфраструктуре Белгородской области, нанесен «групповой удар высокоточным оружием» по объектам ВПК Украины. В частности, по КБ «Луч», которое занимается проектировкой и выпуском украинских ракет «Нептун» и снарядов для РСЗО «Ольха». Цели, мол, достигнуты, «все объекты поражены».
Попали или нет в «Луч» достоверно сказать нельзя. На видео из Киева – разрушенный «Макдональдс», сгоревшие гражданские машины и прорванная канализация с бьющим фонтаном фекалий.
Олег Царев написал по поводу нашего удара:
«В центре Киева взорвалась наша ракета. Перебит водовод. Вода смывала припаркованные машины. Досталось торговому центру. Поскольку воронка в районе станции метро Лукьяновская, в непосредственной близости от военного завода Артема, то можно предположить, что настоящей целью был завод».
Военный блогер ЖИВОВ Z отмечает:
«Сегодня одна из ракет, летевших в Киев то ли сбилась с курса, то ли была в последний момент перехвачена и вместо цели упала на улицу, где повредила канализацию. Фекалии вылились на улицу, о чем радостно сообщили наши военные каналы. Если честно, меня беспокоит, что к концу третьего года конфликта дискурс военно-патриотического сегмента телеграм окончательно свалился к «о смотрите, хохлу ж… дроном оторвало», и «о смотрите, Киев г…. залило». Вижу у этом украинизацию (в самом плохом смысле) нашего патриотического дискурса».
А «Московская прачечная» в связи с акцией возмездия пишет:
«Патриотический дискурс выглядит особенно трагично на фоне горящих военных и прочих объектов на территории РФ. В частности, в ночь на 18 января на нефтебазах в Тульской и Калужской областях после атак начались пожары. Также украинские дроны уничтожили нефтебазу «Роснефти» под Калугой. А в Энгельсе Саратовской области пятый день горит нефтебаза комбината «Кристалл», по которой в ночь на 14 января повторно ударили украинские беспилотники. После первого удара нефтебаза горела шесть дней».
Также «RusPanorama новости» вполне логично отмечает:
«Вообще-то пора бы уже перестать использовать слово «в ответ» - многих раздражает. Создают ложное впечатление, будто бы удары по военным целям нацистов наносятся исключительно после ударов ATACMS, а не по мере обнаружения целей».
И тут, действительно, вопрос: спустя три года СВО мы не знали координат КБ «Луч»? На Яндекс Картах оно вполне себе обозначено рядом с метро «Лукьяновская». В Сети есть адрес - ул. Юрия Ильенко, 2, Киев. Мы что, действительно, атакуем военно-промышленный комплекс врага только «в ответ»? До удара по Белгородской области производитель ракет «Нептун» и снарядов «Ольха» нас не интересовал? И что в дальнейшем – с другими КБ и заводами ВПК Украины? Мы будем по ним бить или подождем нового удара ATACMS – пусть себе пока выпускают военную технику? Непонятная логика.
Да,и вообще, судя по заявлению Минобороны удар по Киеву стал ответом на атаку противника 16 января. Тогда в Белгородскую область прилетело шесть американских ракет. Но тут стоит напомнить, что чуть раньше, 13 января, все теми же ракетами ATACMS армия Украины атаковала Брянск: били по химзаводу города Сельцо недалеко от областного центра. На нем производят оружие и боеприпасы. За эту атаку мы планируем отвечать? Президент говорил, что «ответ будет всегда».
4 января 2025 года ВСУ ударили ATACMS все по той же Белгородской области. 20 декабря Украина убила пять мирных жителей курского Рыльска. Также – натовскими ракетами. 18 декабря шесть оперативно-тактических ракет ATACMS прилетели по «Комбинату Каменский» в Ростовской области. 11 декабря 2024 года натовские ракеты ударили по военному аэродрому Таганрог Ростовской области. Получается, из всего этого списка мы решили ответить только на последнюю атаку? Почему?
И последний важный момент. Когда Владимир Путин говорил о том, что «ответ всегда будет», большинство россиян поняли своего президента так: если по нам будут бить натовскими ракетами, мы своим ответом отобьем киевскому режиму желание так поступать. Вряд ли президент имел в виду скрупулезное математическое «взвешивание» прилетевших к нам ракет и запушенных нами по Украине. Речь в тот момент шла о прямом вовлечении НАТО в конфликт – об этом Путин тоже говорил прямо.
А к чему мы пришли? Про блок НАТО и то, что без его офицеров и разведки запустить ракеты нельзя, уже как бы подзабыли. Но все тот же Путин и про это говорил – на чем, собственно, и базировался тезис о прямом вовлечении Альянса в войну.
В качестве примера нашего ответа на удары ракет блока НАТО Владимир Путин сообщил всему миру о запуске «Орешника» по заводу в Днепре. Что там конкретно мы поразили, до сих пор точно неизвестно. Но эффекта тогда достигли – западный мир был испуган. На фоне этого президент и пообещал отвечать всегда.
Логично, что многие россияне ожидали и ожидают столь же решительных и сокрушительных для врага действий России. Новых «Орешников» или массированных ударов по центрам принятия решений в Киеве, анонсированных Минобороны РФ в апреле 2022 года. Уничтожение энергосистемы врага или обрушение его инфраструктурных объектов. То есть, таких ударов, которые бы в обычной логике ведения боевых действий мы бы не нанесли из гуманитарных соображений, но если Киев нас вынуждает – значит, придется.
Однако, мы больше ни разу не использовали «Орешник». Не уничтожили ни бункер Зеленского или Офис, ни важнейшие подстанции или мосты. Более того, наши «ответы» вышли на какой-то формально-математический уровень: вот, вы ударили по нам, вот мы по вам ответили. Но даже при таком подходе, счет не в нашу пользу. Тот ли это пугающий уровень ответа, о котором предупреждал Украину и Запад президент?