Пролог Перед глазами плясали ослепляюще яркие пятна, то расплываясь и перемешиваясь, то концентрируясь в чётких выпуклых границах. Фиолетовые, изумрудные, алые цвета сменяли друг друга, заставляя напряжённо наблюдать за хаотичным движением. Это давалось мне с трудом — очень мешала острая боль. Чугунные веки не желали подниматься, лоб сдавило массивными тисками, при этом всю меня потряхивало, словно я скрючилась в барабане работающей стиральной машины. Хуже всего было то, что я не помнила кто я и где нахожусь, больна я или здорова, есть ли рядом люди, готовые помочь, вытащить меня из ужасного положения, в котором я оказалась, объяснить, что со мной и как меня зовут. Сквозь гул в ушах, сквозь плотную вату в голове прорывались незнакомые голоса. Впрочем, нет, один из них казался знакомым — довольно высокий, взволнованный тенор: — Вы обещали! Я привёл её сюда, этого достаточно! — Кто сказал, что достаточно? — отвечал сиплый, злой, принадлежащий мужчине постарше, голос. — Привёл — молодец.