В детстве я очень любил костры. Ну потому что это же... чудо экзотермической реакции окисления, сопровождающейся излучением в видимом диапазоне. Ой, да что вам говорить, сами знаете. Тень неандертальца внутри маленького мальчика победно воздевала руку с палкой, обугленной на конце.
И вот я приехал к деду в деревню и там можно было жечь костры не под присмотром, а самому, отойдя подальше и скрывшись от взглядов взрослых. То есть, конечно, костры в погранзоне скорее запрещались, но печеная картошка пуще неволи.
И вот я стал разводить костёр. Лето было жарким, вокруг была сухая трава, а я был дисциплинированным и знал, что трава может загореться — и тогда ветер, искры, пожар, всё пропало. Поэтому нужно было как-то обезопасить костёр, отделить его чем-то от сухой травы.
И я развёл костер на листе шифера.
И сел рядом пропитываться детством.
Через десять минут костёр с треском разметало в радиусе шести метров. Горячие зазубренные осколки с вжиканьем срезали несколько стеблей крапивы. Со стороны всё немедленно напомнило сюжет «Враги сожгли родную хату» — вокруг тлели и дымили головешки, посередине сидел я, которого даже не задело. ...и словно комья застряли в горле у него.
Я успел всё потушить. Затоптать, зарыть, засыпать осколками кирпича, пописать сверху, на сколько хватило. И сбежать, не дожидаясь погранцов и накрепко запомнив, как именно работает шифер.
