- "Проснись и Беги" - прочитал он вслух и рассмеялся. - Я себе был кем, Избранным? Где мой белый кролик?
Это были первые слова, произнесённые им за весь день. Он продолжал минуты три нервно покачиваться на стуле, пытаясь вспомнить, что бы это могло значить, но память упорно не хотела ему поддаваться. Неуверенность снова одолевала Эрвина и взяв с собой зажигалку и одну сигарету из пачки, он сперва проверил морозилку на наличие еды, оставленной тётей. Всего сигарет осталось семь на день, но с подарочка можно ещё купить, если конечно же хватит сил идти до обменника. Достав воду из холодильника, он пронёс сигарету за ухом до балкона. Пытаясь её достать, он совершил неуклюжий манёвр пальцами и выронил её. На балконе остались Эрвин, лежащая сигарета и зажигалка в руках, ждущая своего часа, чтобы сиять лживо рождённым пламенем. Немного поразмыслив, он решил избавиться от первой серости и дымовой завесы в своей жизни, пнув сигарету краем тапка легонько за балкон. Вроде, это его реальность и пока она не так уж и плоха. Четвёртый этаж, всё равно никто не заметит.
В пачке у ноутбука лежит ещё семь. Оставлять?
Не оставлять.
Семь - счастливое число. - Он начинает оправдывать свою тягу, но тут же вступает с собой в спор. - А шлейф из тринадцати выкуренных - несчастливое.
Два выбора в моменте делят мир между собой, каждый из них при этом забирает по сто процентов.
Мысли прервало воспоминание о соседке снизу.
- Дранная Елизавета Вторая! - воскликнул он, перегнувшись через перила балкона. Сигарету он откинул слабенько и она упала возле давно умерших останков цветков на балконе соседки.
Он быстро сбежал по лестнице на третий этаж и нащупал потайной ключ за чугунной батареей. "Ничего не меняется, там так никто и не смотрел" - подумал он. Открыв дверь, он увидел ещё более застоявшуюся квартиру, чем собственную. Старенькие обшарпанные обои со следами от кошачьих лап, большой советский телевизор посреди комнаты и шкафы, забивающие минимум пятьдесят процентов пространства. Он хорошо помнил эту квартиру, хоть и ни разу в ней до этого не был.
Эрвин - телепат. Свою способность он держит в тайне даже от родителей и появилась она внезапно на двадцатом году жизни. Как бы она пригодилась в школе! Он ни разу и ни с кем не обсуждал её.
Мысль, задумка, реализация.
Прошлое людей - всё это он видел отчётливо и ему не было необходимости настраиваться. Эта неконтролируемая сила передавала мысли соседей. Он помнил об умершей соседке больше, чем о себе, что неудивительно, ведь на момент смерти она была ровно в три раза старше него. Говорят, со знанием приходит опыт, но с этим в него будто вселилась часть её разума и это его дико бесило. Дом хоть и был пятиэтажным, но практически пустовал, а соседка из-за хорошей пенсии, постоянно бывала дома.
В какой-то момент, её мысли начали затмевать его собственные. Именно тогда Эрвин и начал сходить с ума, цепляясь за крохи разума. Родители сдали его в психиатрическую лечебницу, но даже с врачами и подружившись с некоторыми из них, он наотрез отказывался говорить о том, какая способность в нём скрывается.
Пройдя на балкон соседки, он скинул бычок окончательно и поспешно вышел из квартиры, чтобы не оставить следов.
"А Марсика покормить? - спросил он вслух.
- Старая дура, твой кот давно отдан и ты умерла, пошла прочь! - крикнул он на весь подъезд и тут же замолчал. В ответ тишина. Оставшиеся соседи либо на работе, либо спали.
Лето и новая-старая жизнь должны были дать ярких красок и воодушевить. Но ясное небо и спокойная обстановка не придавали ему сил. Благо, с собой дали таблетки и рецепты на психотропы, чтобы унимать старуху в голове. Чтобы не держать его вечно у себя на транквилизаторах, врачи более трёх месяцев тщательно подбирали препарат. Он практически перестал вести диалоги с ней в повседневной жизни.
Заперев дверь и сунув ключ в карман, Эрвин поспешил обратно в квартиру, чтобы взять деньги.
