В конце прошлого года Госдума приняла закон, который растворился в более глобальных событиях и в праздничной суете. Между тем он стал историческим для всего отечественного здравоохранения. Медицинская помощь в рамках статьи 238 УК РФ больше не рассматривается как «услуга», а врачебная ошибка больше не является уголовным преступлением.
Чтобы оценить новую ситуацию, надо вспомнить старую, еще недавнюю – например, в любой воронежской БСМП. Врачи, спасая экстренных пациентов, всегда в напряжении такого экстрима держали еще в уме вероятность ошибки и ее последствий как нового поворота уже своей жизни. Сам пациент или его родственники всегда могли написать заявление, которое влекло за собой следственную проверку, возбуждение уголовного дела, допросы, суд. При этом врачебные будни все в том же режиме экстренной помощи не отменялись. К этому стоит добавить всякие штрафы от страховых комиссаров и активность адвокатов, промышляющих на врачебных ошибках и готовых отсудить с больницы и врача приличную сумму.
Конечно, случаи – разные, и врачи действительно бывают виноваты. Но из-за всей этой нервозности и чтобы защититься в случае чего, даже самые опытные люди в белых халатах стали вообще «отключать» клиническое мышление, интуицию, отключать само свое служение, и просто «тупо» поставляли услуги потребителям, следуя протоколу лечения. Его механистичное, неукоснительное соблюдение всегда потом можно предъявить в суде или следователю. Страдали в итоге сами пациенты. В 2017–2019 годы особого размаха уголовного преследования врачей за ошибки резко сократилось количество целевиков в ВГМУ, поступающих по направлениям от БСМП. А сами врачи тогда предупредили, что лечить в Воронеже скоро будет некому. На мой взгляд, по местам все расставили ковид-пандемия и продолжающий сейчас нарастать дефицит медицинских кадров. Нет худа без добра.