ГРЕХ: КАК БОГ МОЖЕТ ПРОСТИТЬ ЕГО?
Как же тогда Бог может простить грех и быть справедливым?
(1) Он должен обеспечить истинный дух покаяния в грешнике, иначе человек, которого Он прощает, только ожесточится в грехе.
(2) Он должен заставить всех грешников знать, что они не могут грешить безнаказанно в Его огромной империи.
(3) Он должен защитить всех других моральных существ. Он должен заставить их почувствовать святость закона и праведность Его судов, пока они не воскликнут: «Велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! ... Ей, Господи Боже Вседержитель, истинны и праведны суды Твои» (Откровение 15:3; 16:7).
Что же Он должен совершить? Я думаю, мы можем объяснить это с помощью простой иллюстрации. Наши собственные отношения друг с другом — родителей с детьми и правителей с подданными — в какой-то мере отражают отношения Бога с людьми и проблемы, с которыми Бог сталкивается в этих отношениях.
Один великий учитель, глубокий исследователь человеческой природы, имел свою школу и держал под опекой мальчика, который постоянно был зачинщиком беспорядков. Учитель с большой любовью относился к своим ученикам, но ему приходилось постоянно наказывать этого мальчика, однако тот снова и снова самым вопиющим образом нарушал правила. Однажды мальчик совершил отвратительный проступок и был вызван для наказания. Наказанием было два или три резких удара наконечником по открытой ладони. Мальчика уже наказывали раньше, но, похоже, ему нравилось нарушать правила школы и доставлять неприятности учителю.
Учитель знал, что так не может продолжаться, и он был очень озадачен. Он не хотел выгонять мальчика из школы. Он любил мальчика и жаждал благословить и спасти его, но как он мог заставить его увидеть и понять происходящее? Как он мог отпустить ребенка на свободу и в то же время заставить других детей почувствовать, что нарушить правила школы — это не пустяк?
Он стоял там с болью в сердце в присутствии непокорного мальчика, когда внезапно его посетило счастливое вдохновение. Он сказал мальчику что-то вроде этого: «Я не хочу наказывать тебя, но когда нарушается закон, кто-то должен страдать. Так всегда бывает, мой мальчик, не только в школе, но и вне школы. И вместо того, чтобы наказать тебя сегодня, я прошу тебя наказать меня. Я буду страдать за тебя».
Мальчик посмотрел на него и покраснел. «Придумай мне наказание», — продолжил учитель. Мальчик выглядел так, словно он был в огненной ванне. Его сердце начало таять от проявления любви, какой он никогда не видел и о которой никогда не слышал. Учитель протянул открытую руку и сказал: «Ударь!» После долгих колебаний бедный малыш собрался с духом и нанес один удар. И тут его гордое, мятежное маленькое сердце разбилось, он разразился слезами раскаяния, и с того дня он стал «новым творением».
Учитель больше не имел проблем с этим мальчиком, в то время как другие дети чувствовали, что нарушать правила школы нелегко. Учитель нашел способ оправдать непослушного ребенка, и в то же время заставить его проступок выглядеть ненавистным в глазах остальных детей. «Пострадал за грехи наши, праведник за неправедных».
Один древний царь издал закон против определенного тяжкого преступления. Наказанием была потеря обоих глаз. Первым обнаруженным преступником был собственный сын царя. И что теперь сделает царь? Как он мог спасти своего сына и поддерживать закон во всем своем владении, чтобы поданные почитали его и восхищались его справедливостью? Как могут сочетаться справедливость и милосердие? Царь сказал, что нужно выколоть оба глаза. Говорил ли он только о глазах рабов? Если так, то его подданные будут лишь бояться, но не почитать царя. Они будут презирать его, а сын продолжит свою бесстыдную карьеру.
Вот что сделал царь. Он выколол один глаз своему сыну и один себе, и люди могли только воскликнуть: «Царь милостив, и царь справедлив». Он нашел способ спасти своего сына и в то же время сделать закон почитаемым.
ИСКУПЛЕНИЕ
Поступит ли и Бог подобным образом? Пострадает ли Бог, чтобы спасти грешника? Есть ли другой способ, которым Бог может оправдать грешника, и при этом остаться справедливым? Есть ли другой способ, которым Бог может проявить Свою ненависть к греху и Свою сострадательную любовь к грешнику? Есть ли другой способ, которым Бог может сломить гордое неверующее сердце грешника и расплавить его в покаянии и сокрушении? Есть ли другой способ, которым Бог может сохранить уважение и доверие ангелов, когда Он прощает грешников и относится к ним так, будто они не грешили? О, пострадает ли Бог за меня? Займет ли Он мое место и в Своей любви и жалости умрет вместо меня, чтобы спасти меня от моего греха и его ужасных последствий?
Библия говорит, что Бог пострадает, и что Бог страдал. Произошло Искупление — Божий акт снисхождения и милосердия, который перекидывает мост через пропасть между грешным человеком и святым Богом; между злым, падшим созданием и оскорбленным Творцом; между своенравным и непокорным ребенком и раненым, огорченным и любящим Отцом.
ИИСУС ХРИСТОС: КТО ОН?
Но когда и где Бог страдал за меня?
На Голгофе!
Но был ли тот, кто умер на Голгофе, Богом?
Он был Богочеловеком, Сыном Божьим, Богом Сыном (Иоанна 1:1-14; 1 Тимофею 3:16).
Как мы можем познать Бога и где мы можем найти Его?
Небеса небес не могут вместить Его.
Мы не можем Его увидеть. Мы не можем найти Его, но Он сосредоточил Себя в Иисусе Христе. Он смирил Себя до нашей плоти и крови и снизошел, чтобы принять на Себя нашу природу (Филиппийцам 2:5-8; Евреям 2:14, 16).
Библия говорит: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог... И Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины» (Иоанна 1:1, 14). Библия говорит, что Он был Богом.
Апостол Павел говорит: «Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею» (Деяния 20:28).
Это значит, что Страдающий на кресте был Богом, страдающим за нас — Богом, Благословенным Сыном. Чудо из чудес! Подумайте о том, как Он изливал Свою жизнь, невинный Страдалец за грешных людей, за вас и меня! «Бог во Христе примирил с Собою мир» (2 Коринфянам 5:19), и «Во всякой скорби их Он не оставлял их» (Исаия 63:9).
Сердце Отца, исполненное любви, было изранено шипами, пронзившими голову Сына. Сердце Отца болело от гвоздей, пронзивших руки и ноги Сына. Сердце Отца изнемогало от вины и грехов людей, когда они вонзили копье в сердце Иисуса. Отец страдал вместе с Благословенным Сыном и в Нем.
Вся Троица участвует в искупительном деле Иисуса Христа на Голгофе. Отец «так возлюбил мир, что отдал Сына Своего Единородного» (Иоанна 3:16). «Не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом» (2 Коринфянам 5:21). И именно Духом Христос «принес Себя непорочного Богу» (Евреям 9:14) вместо нас и от нашего имени. Благословен Бог! Истинно говорит Павел: «И беспрекословно — великая благочестия тайна: Бог явился во плоти» (1 Тимофея 3:16).
Библия говорит, что Иисус есть Бог. Так говорит Иисус, так говорит Иоанн, так говорит Павел. Так говорит Церковь во всех своих символах веры. Так говорят мудрейшие христианские учителя. Так говорят святые и мученики, погибшие от пламени и клыков диких зверей. Так говорят великие завоеватели душ. Так говорят смиренные кающиеся, радующиеся уверенности в прощении грехов; и со смешанными слезами и улыбками, и с небесно-озаренными лицами они восклицают вместе с Фомой: «Господь мой и Бог мой!» (Иоанна 20:18).
Но свидетельства Библии и символов веры, мучеников, святых, завоевателей душ и радующихся кающихся не заставляют меня знать, что Иисус есть Господь, и я все еще могу сомневаться. Как я могу знать? Могу ли я знать? Человек, рожденный слепым, может слышать тысячу свидетельств о красоте звездного неба и славе восхода и заката, и все же сомневаться в их существовании. Он знает об этом только понаслышке. Есть ли способ навсегда развеять его сомнения? Только один — дать ему зрение. Тогда он больше не будет сомневаться. Он знает. Он видит сам.
Астроном пишет трактат об открытии новой звезды. Я могу читать его трактат, но все же сомневаться. Что мне делать? Выбросить трактат, сесть и написать книгу побольше, чем его, чтобы доказать, что такой звезды нет, и что он помешан на звездах или лжец? Нет, нет, лучше направьте мой телескоп в ту точку на небе, где, как он говорит, он нашел новую звезду — и вот! Я нахожу звезду, отраженную в моем телескопе! Но что, если я ошибаюсь? Тогда пусть другой человек, два человека, тысяча человек в разных частях земли направят свои телескопы в эту точку на небе; и если они тоже единогласно скажут: «Звезда есть», как я могу сомневаться дальше?