Так объявлялся населённый пункт Русиново
Монастырская вотчина
Видимо, живописные русиновские окрестности вызывали самые светлые, солнечные ассоциации. Ландшафт села, примыкающего к излучине Протвы, неразрывен с цепочкой церквей, украшающих высокий берег реки. И хотя административно это селение с некоторых пор является частью города Ермолино, есть ощущение, что и ландшафтно, и территориально, и духовно оно ближе к Рябушкам и Роще, входящим в черту Боровска. Да и в историческом плане Русиново как монастырская вотчина упоминается гораздо раньше, чем деревня Ермолино.
Существовала легенда, что село принадлежало татарскому баскаку Русинову. Он отличался злобным, жестоким характером и даже враждовал с основателем монастыря Пафнутием. Однажды дошло до того, что замахнулся на него кнутом. Но вдруг рука в воздухе оцепенела. Баскак был сильно перепуган, он лично убедился в чудодейственной силе старца, понял, что ссориться с ним чревато. И в знак примирения подарил монастырю село, созвучное с его фамилией, – Русаново. Впоследствии название трансформировалось в Русиново.
По другой версии, село было подарено князем Дмитрием Шемякой в первые годы существования монастыря и принадлежало обители до 1764 г. Главным хозяйственным объектом был конюшенный двор. В 1630 г. здесь содержались 26 кобылиц, 7 жеребчиков, 12 меринов. Пахотные земли обрабатывали местные крестьяне. По данным писцовых книг, к началу XVIII в. Русиново насчитывало 61 двор с населением 238 человек.
От чугуна до платков
В этот же период в селе происходит поворот в сторону промышленного развития. Связан он был с деятельностью Петра I, его политикой укрепления и наращивания экономической и военной мощи Российского государства. Армия и флот в большом количестве требовали металла для литья пушек, снарядов, строительства военных и торговых судов. Предприимчивым людям царь выдавал грамоты на открытие заводов и фабрик. В числе таковых оказались и боровские посадские люди, братья Капырины – Василий и Агафон.
«Они задумали построить металлургический завод на пустоши близ деревни Ермолино, – пишет краевед Пётр Подшивалов. – Работать на нём стали местные жители. Руду доставляли по Протве из Вереи и Можайска». Готовый чугун также сплавляли по реке».
Большое распространение получило в Боровском уезде ткацкое производство. Сразу несколько предприятий работало в Русинове. Среди них выделялась фабрика Александровых. Выпускаемые здесь платки пользовались большой популярностью. Основал её в 1826 году Александр Александров, продолжили дело его дети Иван и Евграф, а впоследствии сын Ивана – Георгий.
По сведениям того же Подшивалова, к середине XIX в. здесь трудились около 300 человек. А с 1870 года к работе были подключены кустари-надомники из 26 деревень Боровского уезда.
«После событий октября 1917 г. фабрика перестала работать, – пишет научный сотрудник Музейно-краеведческого сборника «Стольный город Боровск» Нелли Лошкарёва. – Поэтому встал вопрос о её дальнейшей жизнедеятельности. С февраля 1919 г. на фабрике начала действовать ликвидационная комиссия. Мне не удалось встретить документы о заключительном решении комиссии. Позволю себе смелость предположить, что имущество фабрики было распределено по другим производствам. Предпочтение же было отдано фабрике Ермолинской мануфактуры, т. к. в последующее время сохранившиеся корпуса и инвентарь фабрики Г. И. Александрова фигурировали в качестве его филиала». Об этом, к слову, пишет и Пётр Подшивалов.
Несколько лет назад в МКК «Стольный город Боровск» проходила выставка «Производство платков и шалей в Боровском уезде XIX – нач. XX вв.». Там можно было увидеть продукцию не только Александровых, но и другой фабрики, располагавшейся в Русинове. «Её основал в 1888 году Тихон Егорович Рудаков, – рассказывает Лошкарёва. – Вырабатывала 15 тысяч шерстяных и 20 тысяч бумажных платков. Среднее число рабочих – 80 мужчин и 40 женщин».
За промедление – в ссылку
Деревянная церковь Николая Чудотворца сгорела во время нашествия Наполеона в 1812 г. Через пять лет на средства прихожан начали возводить новый храм из кирпича. Занимались строительством священник Василий Алексеев и староста Осип Алексеев. Первое время работы шли очень активно, но потом что-то застопорилось, на долгие годы здесь всё замерло. Церковные власти губернии виновным в промедлении сочли Василия Алексеева и в 1834 г. сослали его в Малоярославецкий Никольский монастырь, под особый контроль благочинного. А завершать строительство поручили бывшему священнику Архангельской церкви в селе Красное Николаю Рождественскому. Наконец, в 1836 г., храм был освящён. Дольше других здесь служил священник Николай Тихомиров – с 1901 до 1930-х годов, когда культовое сооружение было закрыто.
По своей архитектуре Никольская церковь относится к позднему классицизму. Фасады четверика украшают четырёхколонные портики дорического ордера. Участки стены над боковыми фасадами отделаны ленточным рустом и прорезаны большими полукруглыми окнами.
После советского забвения храм обрёл новую жизнь. Теперь это очень привлекательное место. Сюда приходят не только помолиться. Вокруг живописные места, купели, святые источники, уютная чайная.
Дмитрий ОДИНОКОВ