— Мама, что это? — я ткнула пальцем в витрину, где лежал какой-то грязно-бурый кусок по совершенно безбашенной цене. Моя 13-летняя головушка отказывалась понимать, что такие цены вообще существуют. Есть обычная колбаса по рубль девяносто, есть докторская по 2,20, мы чаще покупали чайную по 1,60, а иной раз и кровянка по сорок копеек была в радость.
И вдруг я вижу на витрине что-то невзрачное , но невероятно дорогое. Это мама взяла меня с собой в магазин для многодетных. Сразу оговорюсь, что было это в конце 70-х.
Многодетные — это наша семья. Мама, папа и пятеро детей. Я вторая по старшинству и старшая из дочерей, мамина помощница.
Многодетные имели в советские годы некоторые льготы. Например, дважды в месяц можно было закупаться в спецмагазине. Этот магазин был недоступен простым покупателям. В разные дни недели там имели право закупаться разные категории льготников: многодетные, ветераны войны, возможно, были и другие категории, но я знала только про эти две.
Мы пришли в тот магазин вместе с тётушкой, маминой сестрой. Она не имела права посещать тот магазин, но имела желание, ведь там можно было купить товары, которых не было в свободной продаже. Например, сгущенку. Мы как семья с пятью детьми имели право купить 10 банок сгущенки. Конечно, мы не могли себе позволить такую роскошь. А тётушка имела деньги, но не имела доступа в этот магазин. Мама как льготник могла взять с собой в магазин двоих помощников. Перед тем как зайти в магазин, тётушка передавала маме деньги на покупки, ведь внутри этого сделать было нельзя, не положено, расплачиваться должен только льготник, иначе можно налететь на штраф и запрет на посещение этого волшебного магазинчика. Тётушка в итоге покупала 10 банок, и две из них отдавала нам, и эти банки прятались в кладовку, чтобы на Новый год из них сделать крем для торта.
И вот, пока мама с тётушкой выбирают товары, я разглядываю витрины.
Колбаса! Сочные срезы с вкраплениями жира, колечки краковской и жареной домашней, которую я пробовала всего однажды, но запомнила, как она тает на языке, истекая жиром, как запах щекочет ноздри, и от одного её вида рот наполняется слюной. И посреди всего этого великолепия лежит что-то тёмно-бурое, сморщенное, и стоит это непонятное в разы больше самой дорогой колбасы. Я дёргаю маму за рукав и шёпотом спрашиваю:
— Мама, что это?
— Балык.
— А он вкусный?
— Не знаю, наверное...
— А давай купим немножко? Чуть-чуть, только попробовать?
— Анечка, посмотри на цену! Сколько колбасы мы можем купить вместо этого кусочка? У тебя пятёрка по математике, посчитай и подумай, что лучше купить.
Я подсчитала и отвернулась от прилавка. Но название запомнила.
Прошли годы, я повзрослела, вышла замуж, уехала далеко от родного дома. Пережила 90-е и развал Союза. Побывала и на дне, на грани нищеты, когда приходилось питаться пустыми макаронами, когда поджарка из лука и морковки уже превращала эти злосчастные макароны в праздничный ужин. Успела побыть и миллионершей, правда, для этого приходилось работать 24/7, без выходных и праздников.
И однажды я всё-таки попробовала этот таинственный балык. Да, вкусно, да, он нежный и ароматный. Но самое главное — он оказался тем волшебным пенделем, который когда-то заставил меня мечтать о лучшей жизни, где не надо постоянно считать, что лучше купить: 200 грамм докторской или 300 грамм чайной...