Всем привет! В рамках литературного марафона "Открой школьную Вселенную: иностранная литература", куратором которого является Юлия, хозяйка дружественного мне канала, "Ветер в книгах", сегодня читаем и обсуждаем ещё одну повесть взросления, которая не нуждается в представлении - "Приключения Тома Сойера" Марка Твена. Я даже не рискну сосчитать, сколько раз эта книга была перечитана мной в детстве (при этом, насколько я люблю Тома Сойера, так и не смог полюбить Гекльберри Финна) , и вот Юлин марафон заставил меня вернуться к проказам Тома уже во взрослом возрасте.
Марк Твен (настоящее имя Сэмюэль Лонгхорн Клеменс) родился и вырос в крошечном городке Ганнибал в штате Миссури. После смерти отца вынужден был начать рано работать - сначала репортёром в газете старшего брата, затем матросом на пароходах, ходящих по Миссисипи. Вспыхнувшая гражданская война положила конец судоходству, и Клеменс был вынужден вернуться к журналистике. Он осел в Сан - Франциско, где был редактором местного журнала, для юмористического рассказа в котором и использовал впервые псевдоним "Марк Твен".
Повесть "Приключения Тома Сойера" известна всем, а вот историю её создания знают далеко не все. В 1870 году Твен прогуливался по Бостону и внезапно увидел в витрине магазина странный агрегат, которого до этого никогда не встречал. Твен вошёл в магазин, и купил "монстра", как он сам его окрестил, оказавшегося печатной машинкой, за непомерные по тем временам сто двадцать пять долларов. Он напечатал на ней книгу и принёс её редактору, невероятно счастливому, что ему не придётся разбираться в не очень разборчивом почерке писателя. Так и началось путешествие всемирно известного литературного сорванца.
Конец XIX века, крошечный американский городок Санкт -Петербург. Сироты Том Сойер и его сводный брат Сид живут на попечении престарелой тётушки Полли, сестры их покойной матери. В отличии от покладистого и исполнительного Сида, Том - сущий бесёнок и плут, "у этого мальчишки и штуки все разные: что ни день, то другая- разве тут догадаешься, что у него на уме"(с). Том и вправду способен устроить проказу на ровном месте из всего: будь то урок в школе, воскресная проповедь и даже ежедневная повинность. Однако знакомство с новой одноклассницей не только станет поводом для целого каскада головокружительных приключений, но и заставит Тома повзрослеть.
С первых же строк книги я погрузился в такую атмосферу "ностальжи", что хоть плачь. И дело даже не в том, что я вернулся к одной из любимых книг детства, а в том, что на первой же странице книги, взятой в школьной библиотеке, обнаружил старинную по сегодняшним меркам открытку, выпущенную в далёком 1992 году. Ах, как люблю я такие моменты! Сразу почему - то представилась девушка, использовавшая эту открытку вместо закладки и вздыхающая, а может быть, даже и слегка краснеющая над первым невинным поцелуем Тома и Бекки. Как, интересно, сложилась её судьба? По моим подсчётам, лет ей должно быть примерно, как мне... В общем, накрыло меня. Жена посмеялась и сказала, что я дурак. Разрушила мне, в общем, весь романтический вайб🤣🤣🤣.
Ну, и сама история, естественно. После отзыва на роман "Убить пересмешника", мы тут с Юлей, "Кино и книги круглый год", решили, что ностальгируем по тёплой "ламповой" литературе об "одноэтажной" Америке, какой она представала перед нами в произведениях Джона Стейнбека, Харпер Ли, Бетти Смит, и, конечно, Марка Твена. Той самой Америке, в сонных городках которой и телеграф не нужен - немногочисленные новости и без него распространяются со скоростью света. Той самой Америке, в которой проплывающий по Миссисипи огромный пароход становится целым событием, заставляющим мальчишек на все лады изображать его. Той самой Америке, где дети играют в прятки, пиратов и прыгалки. И, наконец, той самой старой доброй, еще не глобалистской Америке, о которой и писал Твен.
Конечно, история о Томе начинается, как похождения великого сорвиголовы и прохвоста в духе "Эмиля из Леннеберги" Астрид Линдгрен - фрагменты романа, в которых Том убеждает соседских мальчишек выполнять за него непосильную работу, да ещё и получает за это плату, выменивает у учащихся воскресной школы разноцветные билетики, за которые ему на зависть всем должны прилюдно вручить вожделенную Библию, а сам при этом не знает даже имён двух первых апостолов, устраивает прямо в церкви представление на потеху всем прихожанам с глупым пуделем и жуком - носорогом, организует в ходе скучного школьного урока увлекательные гонки клеща, до одури напаивает противным лекарством старого тётушкиного кота, спускает на ненавистного учителя прямо в ходе экзамена с потолка кошку, сдирающую с его головы парик, невольно заставят улыбаться даже взрослого человека, что уж говорить о детях. В детстве эти сцены впечатляли нас так, что подражая Тому и Геку , мы могли забыть о времени, сидя вечером на берегу озерца у костра, и мамы бежали искать нас с хворостинкой. Мне лично прилетало... Кому ещё, поднимите🖐!
Впрочем, вернёмся к заголовку статьи, в котором я назвал "Приключения Тома Сойера" самой известной историей взросления в мировой литературе (по хронологии написания, конечно первой, но отзыв на "Убить пересмешника" был опубликован мной чуть раньше, так что вышло так). Удивительно ли, что со своим течением история сменяет шутливый тон на тон серьёзный, нравоучительный, если не назидательный, превращаясь в историю о христианских ценностях, полную внутренних переживаний героев. Она учит подрастающее поколение любви к ближнему, самопожертвованию ради него и честности.
Как убедительно описывает Твен битву Тома с муками совести, гонящими его с уединённого острова, на который он убежал в обиде на тётушку, в её дом для понимания, что старушка любит его всей душой! С какой готовностью он подставляет спину под розги ненавистного мистера Доббинса вместо Бекки, испортившей из любопытства его книгу, хоть и огорчён её невниманием. Как трогательно он утешает Бекки и делит с ней свою пайку еды во время скитаний по пещере. И, наконец, как он не без помощи той же совести, нарушает данную Геку клятву об убийстве доктора Робинсона, спасая безобидного пьянчугу Меффа Поттера и позволяя восторжествовать справедливости. Недаром ведь Твен в заключении признаёт, что вынужден был поставить точку в истории, ведь с этой точкой закончилась история мальчика и началась история мужчины.
На выходе мы получаем замечательную историю, которая с позиции взрослого человека позволили взглянуть на неё под несколько другим углом, нежели как на просто весёлые приключения самого известного литературного шалопая. Это, с одной стороны, хрестоматийная история взросления, проникнутая безмерной любовью к своим героям, хоть Твен и ввинчивает в неё фразы типа "быть Тому президентом, если до той поры его не повесят(с). А с другой - признание в любви "одноэтажной" Америке, которой ей, боюсь, не стать уже никогда. Читал в замечательном переводе "дедушки Корнея", который заслуженно считается каноническим - ведь Чуковскому удалось передать и замечательный юмор Твена, и теплоту, с которой он пишет о родной стране. Спасибо хочется сказать Юлии за возможность на несколько вечеров окунуться в детство - я как будто перенёсся на машине времени на тридцать пять лет назад, когда, наверное, и читал книгу целиком в последний раз. Кстати, Книговик, затеянный тобой, стремительно подрастает только за счёт этого марафона.