Отныне это словосочетание (обозначающее название южнокорейского президента) звучит аналогично эмоциональной русской матерщинной присказки, произносимой по случаю неожиданного и чрезвычайного происшествия. Действительно, произошедшее несколько диковато. Президента арестовали по подозрению в подготовке мятежа, как будто он не президент вовсе, а какой-то Пригожин. И охрана, как специально подчёркнуто сдала шефа на милость победителям. И это у них называется демократией. Я думаю, все оставшиеся пока на свободе президенты доброй воли должны сплотиться в профсоюз для защиты своих трудовых прав. Ну а кто возглавит – здесь двух мнений быть не может.
Отныне это словосочетание (обозначающее название южнокорейского президента) звучит аналогично эмоциональной русской матерщинной присказки, произносимой по случаю неожиданного и чрезвычайного происшествия.
Действительно, произошедшее несколько диковато. Президента арестовали по подозрению в подготовке мятежа, как будто он не президент вовсе, а какой-то Пригожин. И охрана, как специально подчёркнуто сдала шефа на милость победителям. И это у них называется демократией.
Я думаю, все оставшиеся пока на свободе президенты доброй воли должны сплотиться в профсоюз для защиты своих трудовых прав. Ну а кто возглавит – здесь двух мнений быть не может.