Найти в Дзене
Андрей Штеле

Почему я в детстве хотел в детдом. Часть 2

Некоторые дети при виде своих ровесников подходят первыми к кому-нибудь из них знакомиться. А я вот никогда не подходил первым знакомиться в детстве. Наверно, потому что мои бабушка с дедушкой и мама внушили мне что чужие опасны. Помню, я однажды шёл в детстве с мамой, и, увидев детей примерно моего возраста (сколько мне тогда было лет не помню), радостно кричал маме: "Детки! Детки!". Но не громко. И она мне тогда говорила чтоб я шёл с ними общаться, но я не шёл, потому что я никогда не начинал знакомиться первым. А когда ко мне ребёнок подходил знакомиться первым, я не знал что ему говорить и о чём. Помню, был случай у меня в начальной школе: я шёл из столовой вместе с одноклассниками моими, и меня встретил один из моих одноклассников - Тимофей Кутергин. Он дал мне булочку свою недоеденную, видя что я в столовой не ем, и пожалев меня. А меня бабушка с дедушкой и мама до этого учила что чужое, мол, есть нельзя, и я, по глупости тогда своей слушая их, не знал как мне быть, и не стал ес

Некоторые дети при виде своих ровесников подходят первыми к кому-нибудь из них знакомиться.

А я вот никогда не подходил первым знакомиться в детстве. Наверно, потому что мои бабушка с дедушкой и мама внушили мне что чужие опасны. Помню, я однажды шёл в детстве с мамой, и, увидев детей примерно моего возраста (сколько мне тогда было лет не помню), радостно кричал маме: "Детки! Детки!". Но не громко. И она мне тогда говорила чтоб я шёл с ними общаться, но я не шёл, потому что я никогда не начинал знакомиться первым. А когда ко мне ребёнок подходил знакомиться первым, я не знал что ему говорить и о чём.

Помню, был случай у меня в начальной школе: я шёл из столовой вместе с одноклассниками моими, и меня встретил один из моих одноклассников - Тимофей Кутергин.

Он дал мне булочку свою недоеденную, видя что я в столовой не ем, и пожалев меня. А меня бабушка с дедушкой и мама до этого учила что чужое, мол, есть нельзя, и я, по глупости тогда своей слушая их, не знал как мне быть, и не стал есть булочку, положив её на подоконник, и пошёл в класс. В классе меня встретил тот Тимофей Кутергин, и спросил у меня: "где булка, которую я тебе давал". Я ответил что съел. Он у меня спросил: "что надо сказать?". А я тогда ещё не знал что надо говорить "спасибо" чужим людям тоже, а не только в семье. А он понял что я не мог её так быстро съесть, и что я ему соврал. Тогда он у меня спросил "Ты меня брезгуешь?". А я не знал тогда вобще что значит это слово, и заплакал из-за того, что не смогу ему ответить. И спросил у него "что это значит?". На что он спросил у меня не ходил ли в детский сад, раз не знаю даже что это значит. Я ответил что нет. А он грустно посмотрел на меня, сказав: "Как ты тогда учиться-то будешь!?". Потом ещё сказал: "Я тебя что чем-то обидел, почему ты плачешь?". Я сказал что нет (не обидел то есть). На что он мне сказал чтоб я сел за свою парту, потому что со мной ему естественно оказалось очень не интересно общаться, потому что общаться тогда я ещё не умел. Но потом я уже стал есть и пить что мне дают одноклассники, поняв что не надо слушать семью мою, учившую меня не есть чужое.

И только с 4 класса я научился разговаривать с одноклассниками, когда начинают со мной разговор. До этого значения почти всех слов я не знал, и поэтому разговаривать не мог нормально. Вот тогда я только видимо стал развиваться, а до этого толком не развивался.

Я думаю, если бы я в детстве жил с детьми, то есть в детдоме, мне бы было намного лучше - потому что дети бы сами первыми начинали со мной разговор, а для меня это очень хорошо, раз я не умел знакомиться первым. Да и я бы гораздо раньше научился разговаривать. Вот это одна из причин, почему я в детстве хотел в детдом или в школу-интернат.