Дело многодетной матери Елены Кордюковой до сих пор вызывает неоднозначную реакцию в обществе. Одни уверены, что женщина искренне любила своих детей и не могла намеренно отравить их крысиным ядом — она заботилась о них, а во время похорон каждого малыша рыдала у гроба. Другие же уверены в виновности, ссылаясь на гистологические экспертизы, которые провели следователи и чистосердечное признание матери.
Нельзя рожать
В соцсетях ее прозвали «отравительницей из Асбеста». В этом небольшом городке на Урале Елена прожила всю свою жизнь. Сначала трудилась завхозом в детском саду, но встретив Андрея уволилась и стала домохозяйкой.
По словам соседей семья жила душа в душу, и не бедствовала — у Андрея был небольшой бизнес, камнерезная мастерская. Это позволило обустроить добротный коттедж и ни в чем не ограничивать детей. Правда, счастливую жизнь омрачали проблемы со здоровьем, которые обнаруживали у каждого малыша — у троих сыновей и дочки.
«МК» ссылается на слова знакомой семьи, соцработника Галины. Та уверяла: врачи запрещали Лене рожать детей, ведь была большая вероятность, что у наследников будут генетические заболевания. Так и происходило.
«Но Лена очень хотела детей! - восклицает Галина. - Со всеми она лежала в областной больнице, дети умирали там. Если бы видели, как она бросалась на гробы каждого — то не стали бы говорить, что она их отравила. Она не могла это сделать. Елена тяжело переживала смерть каждого ребенка».
Да, после того, как в крови четвертого сына, единственного выжившего, нашли следы крысиного яда, следствие заподозрило Кордюкову в убийствах.
Что мама давала?
Подозрение на Елену пало в 2015 году — тогда она попала в больницу вместе с 8-летним сыном Антоном. У мальчика диагностировали атипичный гемолитико-уремический синдром, при котором в сосудах образовывались тромбы. Лечение не помогало. А однажды доктор начал разговор с мальчиком — какие лекарства тебе давала мама? Антон ответил, мол, по 10 таблеток варфарина в день. Слова подтвердила и экспертиза.
Сам по себе этот препарат лечебный и действительно применяется в терапии, но как любое лекарство в огромный дозах приводит к гибели. Кроме того, варфарин используют и как крысиный яд.
«Проверка показала, что женщина систематически давала сыну без назначения врача лекарственный препарат, содержащий компоненты крысиного яда, в дозировке, тридцатикратно превышающей стандартную дозу для ребенка», — отмечал руководитель следственного отдела СКР Александр Сапегин.
Пока Антона спасали медики, вспомнилось, что от неких генетических заболеваний ранее скончались двое ее сыновей. И дочь.
Явка с повинной
Елену пригласили на допрос. Соседи Кордюковой встали на защиту многодетной матери — ну не могла она намеренно травить ребенка! Устраивали даже пикеты близ больницы. Возмущен был и супруг, который не верил словам следствия и долго не давал согласия на эксгумацию тел погибших детей. А когда экспертиза все же была проведена выяснилось, что своей смертью умерла лишь трехлетняя дочка. У нее был менингит.
«С августа 2005 по апрель 2006 годов женщина, родив сына, умышленно давала своему новорожденному ребенку медицинские препараты, зная, что они трудно диагностируются и их употребление приведет к смерти, — приводят слова представителя СУ СКР по Свердловской области журналисты «КП-Екатеринбург». — Из-за ухудшившегося здоровья ребенок проходил лечение в больнице. Однако обвиняемая продолжала давать ребенку препараты, из-за которых в апреле 2006 года мальчик скончался. Кроме того, с ноября 2012 по апрель 2015 годов обвиняемая периодически давала другому своему новорожденному сыну такие же препараты, отчего в апреле 2015 года мальчик скончался в больнице».
На допросе Кордюкова шокировала и бывалых следователей. Она призналась, что намеренно давала лекарства Антону. Знала, что будет с сыном. Правда, потом передумала лишать его жизни и хотела вновь, чтобы мальчик выздоровел. Но в чем причина такого поведения Елены? В первоначальной явке с повинной она заявила, что была истощена борьбой с их болезнью — у детей было генетическое заболевание крови. Передавалась болезнь к детям от матери….
К слову, впоследствии Елена отказалась от своих показаний, и больше вину не признавала.
Суд приговорил Елену к 18,5 годам лишения свободы. Отбывает наказание она в колонии общего режима.