У нас с друзьями есть традиция: каждый год, едва отшумят новогодние праздники, мы вглядываемся в заокеанские дали, чтобы узнать, какие книги, фильмы, музыка, произведения искусства и культурные артефакты перешли в наступившем году в общественное достояние США. Уточню, российское законодательство в области авторского права сложнее и отличается от американского, порой очень сильно. Так, принятый в конце прошлого года Федеральный закон гласит, что произведения, прославляющие подвиг советского народа в Великой Отечественной войне, допускается исполнять, транслировать, включать в другие объекты в любом объеме без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты вознаграждения. Это важный момент, о котором нелишне знать.
Но вернемся к Североамериканским Штатам, согласно законам которых 1 января 2025 года тысячи произведений, созданных в 1929 году, перешли в общественное достояние, тем полностью освободив ревущие двадцатые и позволив будущим авторам переосмысливать хрестоматийные вещи с иной точки зрения, создавать с опорой на них новые произведения. Какие-то из этих новых могут казаться нездоровыми и пугающими, как это было со слэш-хоррором «Винни-Пух: кровь и мед», которого все мы ждали с легким ужасом (и куда большей брезгливостью) — ну, как перепачкает грязными лапами любимую с детства сказку ? Однако прошло уже два года с момента перехода книги Алана Александра Милна в общественное достояние, и она всё так же сияет на нашем небосклоне, а микробюджетный ужастик канул в безвестность.
Другой, на сей раз позитивный, пример использования интеллектуальной собственности в 2024 году — роман Персиваля Эверетта «Джеймс» , который пересказывает марктвеновские «Приключения Гекльберри Финна» с точки зрения беглого раба Джима, друга мальчика. Роман получил Национальную книжную премию 2024 года и стал финалистом Букеровской премии. Признаюсь, я даже больше жду возможности прочесть его, чем книгу-лауреат «Орбиту» Саманты Харви . Известно, что Марк Твен хотел, чтобы авторские права сохранялись вечно — если бы всё обстояло так, стали бы его наследники подавать в суд на Эверетта? К счастью, нам не пришлось это выяснять.
Итак, книги, которые в 2025 году стали общественным достоянием.
«Шум и ярость» Уильяма Фолкнера
В заглавии строка из шекспировского «Макбета»: «Жизнь — это история, рассказанная идиотом, наполненная шумом и яростью и не значащая ничего». Между 29-м годом, когда книга увидела свет, и 49-м, в котором Фолкнер получил Нобелевскую премию, пролегли два десятилетия, действительно сверх меры наполненные шумом и яростью. Но тягучая проза писателя, с предложениями на абзац и абзацами на страницу, не стала менее великой (и более доступной для понимания).
«Прощай, оружие» Эрнеста Хемингуэя
История любви американского интербригадовца и медсестры Кэт на фоне Гражданской войны в Испании. Здесь, с точностью до наоборот: короткие предложения, одно-двухсложные слова, совершенная доступность восприятия его энергичной прозы обеспечила Хэму обожание читателей и культовый статус еще при жизни.
«Своя комната» Вирджинии Вульф
Знаковое эссе мирового движения за права женщин. Уточнение для тех, кто всё еще боится Вирджинии Вулф : ее публицистика и эссеистика намного проще, чем ее экспериментальная модернистская художественная проза, и читается как бестселлер.
«Мальтийский сокол» Дэшила Хэммета
Эта вещь меньше других нуждается в представлении. Приключенческий роман с головокружительными сюжетными поворотами в жанре нуар о похождениях частного сыщика Сэма Спейда и статуэтке, принадлежавшей некогда мальтийскому ордену.
«Золотая чаша» Джона Стейнбека
Дебютный роман Джона Стейнбека о пиратах сильно уступает уровеню «Гроздьев гнева» , «О мышах и людях» , «К востоку от Эдема» и «Путешествий с Чарли в поисках Америки» . Хотя допускаю, что из этого может получиться увлекательное кино.
«Тайна семи циферблатов» Агаты Кристи
Не самый известный роман Королевы детектива, в котором следствие ведут не мисс Марпл и не Эркюль Пуаро, но еще один из сквозных героев Кристи , не обретший культового статуса, интендант Баттл. Это самые значимые литературные новости.
В 1929 году в кино состоялось первое появление диснеевских персонажей морячка Попая и Тинтина, которые не стали у нас такими известными, как Микки Маус. Сказать по правде, я гуглила о них, когда читала в прошлом году «Сферу» Дэйва Эггерса, герои которых то и дело пересылают друг другу селфи в кепочке Попая. Сам Микки Маус в 1929 сказал первые слова, и легендарные режиссеры от Альфреда Хичкока до Джона Форда сняли свои первые звуковые фильмы.
В музыке в достояние общественности перешли «Болеро» Мориса Равеля, «Американец в Париже» Джона Гершвина и «Поющие под дождем» Насио Херба Брауна. И — это может показаться вам более интересным — «Сердце» Петра Лещенко. То самое: «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь...»
В живописи «Озаренные удовольствия», «Вместилище желания» и «Великий мастурбатор» раннего Дали, который в 1929 только что переехал из Испании в Париж, а также «Вероломство образов» Рене Магритта — знаменитая трубка, которая «Это не трубка». С ней был спорный момент по дате публикации, потому что авторский вариант 1928 несколько отличался от финального, появившегося годом позже.
Также в общественное достояние перешли некоторые картины Фриды Кало и Анри Матисса.
В науке: «Доказательства Тьюринга» Алана Тьюринга, «Сопротивление злу силой» философа Ивана Ильина (Российская империя, Швейцария), исследования по генетике Надежды Добровольской-Завадской (Российская империя, Франция).
То, о чем я рассказала, — лишь верхушка айсберга из многих тысяч произведений, и то, что показалось наиболее интересным лично мне, чем я захотела поделится с вами. Если есть что-то, что кажется значимым вам, а я пропустила, добавляйте в комментариях, буду рада.
Текст: автор канала «Читаем с Майей» Майя Ставитская