Редакция портала «Христианская Россия» сегодня начинает публикацию материалов в рамках нового цикла «Взаимопонимание и единство: Как православные и католики могут работать вместе для достижения общей цели» (смотрите введение к нему).
Мы начинаем этот цикл с анализа миссионерской и просветительской деятельности равноапостольных Кирилла и Мефодия и святителя Климента Охридского, ученики которых смогли преодолеть Великую схизму и по мере своих скромных сил послужить делу христианского единства, подобно тому, как они преодолевали Фотианскую схизму и противодействие немецкого клира зарождающейся славянской миссии. Благодаря решительности нескольких поколений славянских просветителей сегодня плодами кирилло-мефодиевской миссии так или иначе пользуется 176 миллионов славян и их соседей, принадлежащих к православному и католическому миру.
Кирилл и Мефодий разработали первую славянскую письменность, создав глаголическую письменность, которая легла в основу глаголического обряда. Первых из них впервые выделил основные фонемы славянских языков. Новая уникальная литургическая культура упростила восприятие католического вероучения и богослужения на церковнославянском языке, который пришел на смену латыни. Эта культура получила наибольшее распространение в Чехии и Хорватии в IX-XI столетиях.
Кроме того, глаголическая письменность породила кириллическую, которая получила значительно большее распространение и легла в основу славянско-византийского обряда в Православной Церкви, а также в Украинской Греко-Католической Церкви, Русинской Греко-Католической Церкви, Белорусской Греко-Католической Церкви и Российской Католической Церкви византийского обряда. Плодами кирилло-мефодиевской миссии сегодня пользуется свыше 4,7 миллионов католиков византийской литургической традиции, которые используют не только церковнославянский, но и украинский, русинский и белорусский языки. Конечно же, не оставляют эту традицию и православные: 171 миллион из 200 миллионов которых молятся на церковнославянском и украинском языках.
Все это было бы невозможно без перевода священных текстов на церковнославянский язык, который начали равноапостольные Кирилл и Мефодий, а продолжили их ученики под руководством святого Климента Охридского. Все эти святые внесли решающий вклад в формирование национальных изводов церковнославянского языка, а также русского, украинского, болгарского, сербского, македонского и черногорского языков. Свою миссию они осуществляли на базе специальных училищ и православных приходов и монастырей, а затем и семинарий, программа занятий в которых формировалась в том числе под влиянием аналогичных католических программ.
Солунские братья, святитель Климент Охридский и их последователи установили связь между восточной и западной христианскими традициями. Без роли их учеников немыслимо и развитие славянской иконописи, гимнографии и других форм церковного искусства, а также формирование культурной и национальной идентичности славянских народов через преподавание истории, философии, а также церковнославянского и национальных языков. Не менее важен их вклад в создание христианских императивов при разработке законодательства и канонического права в Болгарии, Сербии и Югославии, а также Российской империи.
«Учители веры, посланные самим Богом и украшенные всеми совершенствами апостолов Христовых, принесли на Русь учение Евангелия, родное и понятное людям слово как священное сокровище. По богослужебным книгам, переведенным на славянский язык, воспитывались великие русские первосвятители – святые Петр, Алексей, Иоанн; святитель Стефан, преподобные Сергий Радонежский, Кирилл Белозерский, Соловецкие святые – Герман, Савватий; святые Александр Невский,
Дмитрий Донской и другие князья русские», — заявила кандидат педагогических наук Надежда Шатохина.
Также среди духовных наследников солунских братьев выделяются равноапостольные Владимир и Ольга, мученики Борис и Глеб, валаамские чудотворцы Сeргий и Гeрман, преподобные Сергий Радонежский, святитель Стефан Пермский, Варлаам Хутынский, Антоний и Феодосий Печерские, а также Евфросиния Полоцкая, которых почитают российские католики византийского обряда, а преподобный Сергий включен и в богослужебный календарь Римско-Католической Церкви. Стоит отметить и то, что Стефан Пермский и Евфросиния Полоцкая несли слово христианской проповеди и другим этносам — соответственно, формирующимся финно-угорским народам и белорусскому народу.
По словам Надежды Шатохиной, почитание солунских братьев на Руси началось с принятием христианства в конце X – начале XI века (через болгарское, а частично, возможно, через чешское посредство в середине второй половины XI века). Таким образом, заложенные Кириллом и Мефодием цивилизационные связи между славянскими народами сохранились даже несмотря на Великую схизму.
Все это было бы сложно осуществить без поддержки Вселенского Архиерея — Папы Адриана II, который освятил на престоле святого Петра сделанные братьями переводы Священного Писания и первые литургические тексты на славянском языке. Важно помнить и о том, что именно в Риме святой Мефодий получил свой епископский сан. Кстати сказать, в 868 году равноапостольного Кирилла даже хотели похоронить с почестями в соборе святого Петра, но святой Мефодий настоял на захоронении его в церкви Святого Климента Римского, рядом с мощами святого.
«Вся дальнейшая биография Мефодия неразрывно связана с Моравией и Римом. Как это ни странно, но Константинопольский Патриарх больше вообще не появится в этой истории, и получается, что всю опеку над дальнейшей миссией Мефодия в Моравии с переменным успехом будет осуществлять исключительно Римский Папа. Из-за преследования славянских миссионеров папа Иоанн VIII даже запретил немецким епископам служить литургии, пока заключенный ими в темницу Мефодий не будет освобожден. В 879 году Мефодий блестяще оправдался от германских клеветнических наветов в Риме и даже получил папскую буллу, окончательно разрешавшую богослужение на славянском языке. Вся история миссионерской деятельности солунских братьев говорит о том, что фактически они в конечном итоге были подотчетны Риму, курировались Римом, действовали на его территории и были возвеличены им же», — пишет популярный блогер Элла Гор.
О влиянии традиции Западной Церкви на сам язык кирилло-мефодиевской миссии подробно пишет российский литургист Алексей Пентковский:
— Для обозначения священнослужителей, совершавших евхаристическое богослужение (т.е. пресвитеров), славянами использовалось слово popъ, восходившее к древневерхненемецкому pfaffo, а для обозначения этого богослужения использовался термин mьša, восходивший к латинскому термину missa через вероятное германское посредство. Причащение на евхаристическом богослужении обозначал глагол комъкати, восходивший к латинскому communicare, а отглагольное существительное комъканиѥ обозначало и Святые Дары (причастие), и причащение. Соблюдение ограничений в пище в течение определенного периода (постъ) и действие их соблюдающего (постити сѧ) восходили к древневерхненемецким fasta и fastēn.
Существительное неприꙗзнь, образованное при переводе древневерхненемецкого unholda, использовалось для обозначения злого духа (диавола). В Остромировом Евангелии (1056-1057 гг.) встречаем именно эту форму: «не въведи насъ въ напасть нъ избави ны от неприязни».
Для обозначения воскресения, предшествующего празднику Пасхи, использовался славянский литургический термин недѣлꙗ цвѣтьнаꙗ, который представлял собой перевод соответствующего латинского термина dominica florum.
Возглас священника перед евхаристической молитвой (хвалꙑ въсълѣмъ), представляет собой хорошо известный по хорватским глаголическим миссалам перевод латинского возгласа Gratias agamus Domine Deo nostro перед латинским каноном мессы (Хвали всилаим), тогда как греческие тексты этого комментария и его латинский перевод IX в. свидетельствуют, что в греческом оригинале славянского перевода находился возглас Εὐχαριστήσωμεν τῷ Κυρίῳ.
Славяне использовали слово cirъky/crъky для обозначения религиозного сообщества и строения, предназначенного для совершения христианского богослужения, которое восходило к древневерхненемецкому kirichun, зафиксированному в переводной части чинопоследования крещения и в переводе Символа веры, а также в составе сложных топонимов, находившихся на территории Блатенского княжества.
Для обозначения особой части церковного здания, где священнослужители совершали евхаристическое богослужение, славянами употреблялось слово olъtar’ь, восходящее к древневерхненемецкому литургическому термину altāri, который является латинским заимствованием. Слово križь, восходящее через романское посредство (*krū(d)že) к латинскому crux, обозначало христианский крест.
Славянский глагол krьstiti, обозначавший действие священнослужителя, совершавшего таинство крещения и соответствовавший латинскому глаголу baptizare, восходил к древневерхненемецкому глаголу kristen(en) с аналогичным значением, — констатирует Пентковский.
Неудивительно, что свою панславянскую специфику миссия учеников равноапостольных Кирилла и Мефодия начала приобретать только в Болгарском царстве, в то время практически свободном от германского и латинского влияния и освобождающемся от византийского влияния ради обретения собственной национальной самоидентификации в культурном обмене с другими славянскими народами, в которые оттуда направлялись миссионеры и просветители.
Как известно, в эту эпоху на переднем крае славянского мира появляется Охридская книжная школа, которая была основана при Пантелеимоновом монастыре в 886 году. До 893 года это учреждение возглавлял святитель Климент Охридский. Именно он придал буквам глаголицы начертание, приближенное к греческому унциалу, а затем еще больше приблизил их к простому графическому идеалу, введя кириллицу. Российские исследователи утверждают, что в Охридской и Преславской школах было подготовлено 3500 просветителей: народных учителей, церковных лиц и проповедников.
Первая из двух школ сохраняла свое значение до XVIII столетия, когда ее упразднил Константинопольский Патриарх Феодосий II, руководствуясь при этом мотивами ксенофобии и стремления ассимиляции болгарского народа, а также эллинизации церковного клира. Также одновременно с Охридской книжной школой была основана и Преславская — в древней болгарской столице Пльсков. Именно здесь были найдены самые древние памятники кириллической письменности. Печально, но большая часть ее наследия была уничтожена во время поджога, сделанного по приказу Иоанна I Цимисхия — соправителя Василия II Болгаробойцы. Примечательно, что в то время с их войсками воевали и руссы под предводительством великого князя Святослава.
Вышеупомянутый Климент Охридский возглавлял Экзархат юго-западных земель Болгарии. Постепенно в соседних землях восстанавливались и древние епархии, основанные здесь еще до их заселения славянами. Их центры располагались в Средеце, Филиппополе, Дристре и ряде других городов, где предстояло трудиться ученикам святителя, который был первым епископом болгар (об этом свидетельствует его житие). По указанию Царя Симеона на Преславском соборе 893 года святой Климент был избран Величским архиереем. Его просветительскую миссию на рубеже IX и X столетий продолжил святой Наум Охридский, предполагаемый автор «Сказания об Андрее Первозванном».
По мнению русского церковного историка Владислава Цыпина, в этот период начал свое развитие македонский диалект болгарского языка. В эту же золотую эпоху развития болгарской письменности епископ Константин Преславский создал уникальный сборник проповедей — «Учительное Евангелие». Тогда же один из его сподвижников Иоанн Экзарх создал свой «Шестоднев» — по мотивам творений Василия Великого, Иоанна Златоуста, Иоанна Дамаскина, Феодорита Кирского и Северина Гавальского. Любопытно, что в своих богословских изысканиях он также использовал книги Платона и Аристотеля, а также византийского путешественника и литератора Козьмы Индикоплова.
Глубина кругозора Иоанна Экзарха и его сподвижников свидетельствует о том, что Климент Охридский вместе со своими учениками заложили основу для формирования самобытной славянской цивилизации всего за несколько десятилетий своей активной деятельности. Сам святитель Климент был одним из учеников равноапостольного Мефодия, заведшим с ним знакомство в одном из олимпийских монастырей. Наречение его монашеского имени могло быть связано с обретением мощей святого Климента Римского солунскими братьями. Как ближайший помощник епископа Мефодия охридский святитель был рукоположен Папой Адрианом II.
Деятельность Климента на территории нынешней Македонии была плодотворной, поскольку здесь практически не было враждебного к христианской проповеди тюркского меньшинства, к которому относились языческие правители Болгарии и их двор. «Трудом его жизни стал церковнославянский сборник литургических чтений и песнопений на период поется от Фоминой недели до Пятидесятницы. Ему принадлежат также оригинальные богослужебные тексты: 6 трипеснцев на предпразднество Рождества Христова, каноны на Успение Богородицы, на положение ризы и пояса Богоматери, каноны пророкам, апостолам, мученикам и мученицам, преподобным отцам, включенные в Минею Общую, каноны из Октоиха, службы преподобному Евфимию Великому, Аполлинарию Равеннскому, Папе Стефану I и Тивериопольским мученикам. Одно из творений Климента Охридского «Служба первоучителю Мефодию» с каноном посвящено апостолу славян, которого он хорошо знал лично», — делится своими изысканиями отец Владислав Цыпин. Кроме того, после святителя Климента остались сотни его популярных проповедей, в создании которых он опирался на наследие святителя Иоанна Златоуста — еще одного проводника христианского единства, верного Папе Иннокентию I, к которому он обращался для прекращения ссылки и гонений со стороны византийских церковных властей.
В дальнейшем особенно активно славянская книжная культура развивалась в Сазавском монастыре, основанном около 1030 г. святым Прокопом и просуществовавшем (с небольшим перерывом в 1055-1061 гг.) до 1097 года. О традициях славянской книжности в этом монастыре под Прагой красноречиво свидетельствует сообщение Козьмы Пражского, утверждающего, что в 1097 г. некий аббат Детгарт не нашел здесь иных книг, кроме славянских, которые в связи с упразднением монастыря были уничтожены, поскольку в Чехии запрещалось славянское богослужение. Однако до варварского закрытия обители его насельники наладили связь с Киево-Печерской лаврой и способствовали становлению христианского просвещения и Древней Руси, в очередной раз преодолев стену Великой схизмы, которая еще не успела крепко утвердиться между чехами и жителями киевского государства.
Следует подчеркнуть, что не только средневековая русская литература, но и сербская и румынская в течение нескольких столетий черпали источники вдохновения для своих авторов из болгарской литературы. А на Руси болгарские книги с середины XI века повсеместно стали образцовыми для переписчиков и переводчиков. «Высокая духовная культура проникала также и в соседние славянские страны. Помимо болгарской особое внимание следует уделить сербской письменности. Свое начало обе они берут в Охридской школе X−XI веков, но по сути своей очень разнятся. Сербская книжная традиция была нацелена на сохранение и воспроизведение древнейших книг, а болгарские тексты не указывают на время, место и обстоятельства создания оригиналов. Более бережное, чем в Болгарии, отношение к памятникам древнейшей славянской письменности в Сербии объясняется многими причинами. Прежде всего этому поспособствовала сравнительно благоприятная политическая обстановка Сербии. Иерусалимский богослужебный устав начал вводится в сербской церковной практике в начале XII века, что сказалось на сборниках уставных чтений. Постепенно Сербская Церковь стала играть важную роль в распространении славянской письменной традиции практически на всей территории Охридской архиепископии. В конце XIV века в Сербии формируется летописный жанр. Увеличение территории Сербии оказало значительное влияние на возрождение славянской культуры в Македонии», — пишет педагог-исследователь Татьяна Лунина.
В заключение мне хотелось бы вернуться к истокам возрождения повсеместного почитания равноапостольных Кирилла и Мефодия в новое время. Этому послужила энциклика Grande munus, ставшая отправной точкой проводимых в честь солунских братьев Велеградских торжеств. Она была издана Папой Львом XIII с целью получения опоры в политически активных слоях западнославянских народов. Идея Велеградского юбилея принадлежала хорватскому епископу Йосипу Юраю Штросмайеру, который подготовил для понтифика черновик энциклики в 1880 году.
Свидетель этих исторических событий Орест Миллер подчеркивал: «Опередив нас в своем календаре, как и во многом другом, наши западные братья ранее нас отпраздновали тысячелетнюю годовщину cвятого Мефодия». Однако на этом съезде были и неоспоримые изъяны: « Только одна похвала Богородице и была пропета на родном для нас языке, — все остальное богослужение совершилось, как и всегда, на латыни», — сетует историк русской литературы Миллер. Дочь известного чешского «властенца» Мария Червинкова-Ригерова поместила в журнале «Кvety» рассказ о Велеградском юбилее на основании личных впечатлений. По её словам, к месту кончины святого Мефодия собрались поляки, чехи, мораване, словаки и лужичане, а так же представители Галиции. По утверждению девушки, песнопения на славянском (чешском) языке в июле все же прозвучали под сводами храма, но это не была славянская литургия. Между прочим, центральный юбилейный комитет в Любляне (Словения) поднял вопрос о повсеместном восстановлении славянской литургии в Католической церкви, что вызвало гнев немецких прелатов, опасавшихся создания словенцами автономной униатской церковной структуры.
Как известно, возрождение славяноязычного богослужения во всей Католической Церкви (а не только на униатских приходах в Украине, Беларуси и в дальнем зарубежье) стало возможным после окончания II Ватиканского Собора в 1967 году (в том числе и по римскому обряду). Наиболее торжественно это проявилось в Чехии и Словакии на торжествах в честь 1150-летия миссии святых Кирилла и Мефодия в Центральной Европе. Массовые службы состоялись в чешском Велеграде и словацкой Нитре. С конца XIX века почитание Кирилла и Мефодия широко распространено в католическом мире, особенно в тех странах, которые были связаны с их деятельностью (а это — Чехия, Словакия, Польша и Хорватия). В этих и других странах их почитают как покровителей Европы, каковыми они были провозглашены в 1980 году в самом начале понтификата Иоанна Павла II.
Самые пышные торжества ежегодно проходят в городе Велеград в Моравии, где находится могила святого Мефодия, которая стала святыней для паломников из множества православных и католических стран. Сегодня в велеградском движении мы вновь видим пример соработничества православных и католиков на ниве христианского просвещения и свидетельства о наших ценностях в изменчивом секулярном мире.
Кирилл Белоусов
На основной иллюстрации: Равноапостольные Кирилл и мефодий вместе со своими учениками: Климентом Охридским, Наумом, Савой, Гораздом и Ангеларием
Источники:
- Белякова Н. А. Кирилло-мефодиевские юбилеи в России и СССР в контексте конструктов национальной и религиозной идентичности в странах славянского мира и выстраивания отношений с католицизмом / Н. А. Белякова, Е. С. Токарева // Научный диалог. — 2015. — № 1 (37). — С.107.
- Косик В.И. Болгарская Православная Церковь / В.И. Косик, Х. Темелски, А.А. Турилов
// Православная энциклопедия — Т.5. — С. 615-643. — URL : https://www.pravenc.ru/text/149675.html. - Лунина Т.П. К вопросу о распространении славянской письменности // Поволжский педагогический вестник. 2019. №2 (23). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-o-rasprostranenii-slavyanskoy-pismennosti.
- Миллер О.Ф. После великого дня // Известия Санкт-Петербургского Славянского Благотворительного Общества. СПб. — 1885, — № 4. С.215.
- Пентковский А.М. Славянское богослужение и славянская гимнография византийского обряда в X веке // Liturgische Hymnen nach byzantinischem Ritus bei den Slaven in ältester Zeit. Beitrage einer internationalen Tagung Bonn, 7.-10. Juni 2005 / Herausgegeben von H. Rothe und D. Christians. Paderborn. 2007. — S. 16-26.
- Хабургаев Г.А. Первые столетия славянской письменной культуры. Истоки древнерусской книжности. — URL : https://macedonia.kroraina.com/ghps/ghps_3.htm.
- Цыпин.В., прот. «Золотой век» христианской болгарской письменности. — URL : https://pravoslavie.ru/152907.html.
- Чуркина И.В. Кирилл и Мефодий в словенской традиции. С.3. URL : http://www.inslav.ru/konf_rubg01.html
- Шанова З.К. Болгарские книжные школы и их роль в развитии письменности. — URL : https://szanowa.narod.ru/bgbookschols.html.
- Cervinkоva-Riegerova M. Sny a pravdy. Dozvuk k velehradske slavnosty/ Kvety,- 1886, — Rocnik VIII, kniha XVI, Prvni pololeti, s. 26-31.