-Пельмени такие вкусные. Как будто домашние. Где купила? - мама сидела за столом и быстро-быстро ела, не отрывая взгляд от тарелки.
-Нигде не покупала. Сама приготовила, - спокойно сказала Дина, наблюдая за реакцией матери.
-Действительно... - мать с трудом проглотила пельмешку, застрявшую в ее горле. - Дочка, дай воды глотнуть, а то что-то жжется.
-Неужели? Перца наверное много добавила, - ухмыльнулась Дина, протягивая матери стакан с водой.
-Да вот не пойму. То ли перец, то ли... Вкус какой-то странный, не могу разобрать. Фарш небось продали тебе испорченный.
-Фарш сама крутила, - снова ухмыльнулась Дина.
-Ага, вот в чем дело! Ну понятно, мясо старое просто. Ты никогда не разбиралась в мясе.
Дина стояла напротив матери и пристально вглядывалась в ее лицо: и почему только девушка раньше не замечала, как это все забавно выглядит со стороны.
А ведь еще недавно девушка не могла ни дня провести бок о бок с матерью. Все разговоры оборачивались критикой: это ты делаешь не так, то делаешь не так. И хозяйка плохая, и как девочка неряха, и как жена неумеха. Но Дина справлялась, более чем справлялась, только ждала от матери какой-то призрачной похвалы.
И все произошло, как в анекдоте, который Дина случайно увидела в Интернете:
-Невестка, какое лечо вкусное! Где купила?
-Ой, Тамара Васильевна, я сама приготовила.
-Сама? Тогда не вкусно.
Дина сдерживалась, чтобы не прыснуть от смеха. Но сдержалась и продолжила:
-Мамуль, так мясо же ты мне приносила! Я его специально отложила на пельмешки.
Мать сидела молча, вглядываясь в тарелку. Только вот Дина была полностью готова воевать дальше.
-Да, действительно, мясо и правда хорошее. Все равно не пойму что за привкус.
-Может быть тесто плохое? - подсказала Дина, отворачиваясь к раковине, чтобы мать не видела ее улыбку.
-Точно! А я все гадала, что за ерунду ты приготовила. Эх, такое мясо испортила. Лучше бы купила готовые пельмени, зря только продукты переводила.
-Ты как всегда права, мам, - спокойно сказала девушка, наливая заварку в кружки, - тебе с лимоном чай или с молоком?
-Ой, доченька, давай с лимоном. Вкус пельменей перебить хоть. А то чувствую изжога будет, - вздохнула мать. - Только стаканчики сполосни хорошо, а то вечно у тебя запах моющего на стенках остается.
-Уже сполоснула, дважды, - снова спокойно сказала Дина, а затем невзначай добавила, - я, кстати, пошутила.
Мать посмотрела на дочь выжидающе. Но Дина молчала, наливая чай.
За два месяца до этого обеда Дина в истерике позвонила старшей сестре. До девушки вдруг дошло, что мать относится к младшей дочери с большим презрением, словно она какой-то ненужный отросток.
Дине недавно исполнилось 25, она была замужем, получила красный диплом, имела хорошую работу, да и хозяйкой была вполне приемлемой. Не такой, что лежит денно и нощно на диване по принципу "пыль лежит и я лежу".
Дина была очень даже чистоплотной и хозяйственной. Но мать вопреки всему отказывалась воспринимать Дину именно такой - ответственной и, если так можно сказать, способной самостоятельно выживать без матери.
Марина, старшая сестра Дины, все время сопротивлялась и не хотела верить, что мать относится к девушке с предвзятостью. Но услышав всхлипы в трубке с нехваткой дыхания, Марина тут же ринулась к сестре с поддержкой.
-Дина, ну наша мать может немного перегибать. Но не настолько же! Ты накручиваешь себя. Она нас одинаково любит, - успокаивала Марина.
-Ты не понимаешь. Я с детства стараюсь быть хорошей для нее, всегда все стараюсь доводить до идеала, но все всегда делаю не так.
-Все равно не верю, что прям всегда!
-Не веришь? А давай я тебе докажу, хочешь? Вот прям завтра.
-Давай лучше ты сначала успокоишься. У тебя просто нервный срыв, - снова успокаивала Марина, искренне не понимая причин истерики у Дины.
Для Марины сестра просто заработалась и никак не может хорошенько выспаться.
Последующие два месяца Марина старалась избегать разговоров о матери, а Дина решительно настроилась найти причины такого отношения к себе. И пошла к психологу.
-Вы не подумайте, я не из этих... Я нормальная, - оправдывалась Дина в кабинете у специалиста.
-А вы думаете ко мне ходят только ненормальные? - улыбнулась Виктория (психолог всегда просила называть только по имени, без отчества, чтобы расположить к себе клиента).
-Думаю, что да...
-Дина, вы абсолютно здоровый человек. В психическом смысле. Ментально может и пошатнулись, но именно на психику в каком-то глубоком смысле не повлияло. Поведение вашей матери типичное. Смею предположить, что она после вашего рождения так и не реализовалась. Возможно, даже ваш отец ушел от вас и матери приходилось постоянно пропадать на работе. И если я права, то она компенсировала свою нереализованность в требованиях к вам.
-Да, вы правы! Отец и правда сбежал, когда я родилась. И мама работала постоянно.
-Хорошо, значит мы на верном пути. Работать будет намного проще с вашей ситуацией. Когда вы были маленькой, то старались всегда соответствовать ее запросам. Наверняка были задачи со звездочкой?
-О да, еще какие! - воодушевилась Дина и выпрямила спину.
-Хорошо, двигаемся дальше. Ваша мать не реализовалась именно с вашим рождением. Здесь никто не виноват, ни вы, ни она. Просто так сложилась жизнь. Но в голове матери щелкнул рубильник: она, несознательно, хотела сделать из вас, как сейчас модно говорить, лучшей версией себя. А чрезмерное требование к вам словно проверка на прочность. Она требует, вы выполняете, она получает удовлетворение и радость, что смогла хоть в чем-то совладать в жизни. В данном случае, конкретно с вами. В ее понимании раз вы не дали ей реализоваться, то вы должны выкладываться вдвойне - и за себя, и за нее. Она этого не осознает, это сидит глубоко внутри, на уровне подсознания.
Дина сидела и слушала, слушала, слушала. И с каждым сеансом она начала прозревать. Дине потребовалось сходить к специалисту всего 4 раза, чтобы внутри себя поставить точку: она не обязана быть идеальной для матери. Вот и все, так просто.
-Можно ли остановить маму, чтобы она перестала критиковать?
-Есть способы, разные, но хорошо помогает "тряска", землетрясение. Устройте ей движение тектонических плит.
-Не совсем понимаю.
-Разыграйте спектакль. Вы говорили, что у вас есть старшая сестра, которую ваша мать боготворит.
-Да, постоянно Марина то, Марина се.
-Вот. Для таких людей, как ваша мать, мнение таких людей, как ваша Марина, играет большую роль в жизни. Покажите, что она своей предвзятостью затронула не вас, а ее. И это поможет немного привести мать в чувства. Чем больше таких встрясок, тем меньше она будет вас критиковать, потому что уже не будет знать, где вы, а где Марина. Одна проблема: Марина должна вам помочь.
Дина услышала психолога и в голову пришла гениальная идея, как ей показалось. Она тут же позвонила Марине и вывалила на нее целый сценарий. Старшая сестра сначала с большим скептицизмом отнеслась к словам Дины, но после долгих уговоров все-таки решилась последовать плану.
И вот, Дина ставит на стол кружки с чаем, а мать все так же выжидающе смотрит на нее, не понимая, в чем именно младшая дочь пошутила.
-Просто хотела сказать, мам, что я тебя разыграла. Пельмешки не мои. Их Маринка утром налепила и принесла мне, чтобы я тебя угостила. Не стала говорить просто, решила сюрпризом сделать. Подумала, угадаешь или нет, кто лепил. Но смотри, не угадала, получается, - легко и беззаботно пропела Дина, наблюдая за реакцией матери.
Женщина быстро-быстро задышала, а затем придвинула к себе тарелку с уже остывшими пельмешками.
-Дай еще раз попробую, а то может один попался остренький, - мать схватила пальцами пельмень и закинула в рот. - Да, ты права, вкусные очень. А я сразу сказала, что вкусные!
Дина посмотрела на мать и поняла, что победила. Не ее, а саму себя. Отрубила наконец-то толстую веревку, свитую из чувства вины и собственной никчемности.
-Но ты же сказала, что и перца много, и мясо старое, и тесто ужасное! - равнодушно произнесла Дина.
-Нет-нет, я поняла, что это от моих таблеток. Их рассасывать надо и у них такое послевкусие неприятное, знаешь. Мариночка хорошо лепит, очень вкусные! - мать взяла вилку и продолжила есть.
Дина достала из кармана телефон, нажала на экран и вдруг произнесла:
-Слышала?
-Я в шоке, если честно. Я на громкой связи? Привет, мам, - произнесла Марина.
-Мариночка, а ты как тут... - растерялась женщина.
-Эксперимент проводили, - удивленно сказала старшая дочь, - честно признаться, до конца сомневалась в твоей затее, Дин.
-Убедилась теперь?
-Девочки, что происходит? В чем убедилась? - мать непонимающе вглядывалась то в лицо Дины, то в телефон, как будто через него могла рассмотреть лицо старшей дочери.
-Убедилась в том, что ты просто так критикуешь Дину, мама. Не верила, пока не услышала своими ушами. И пельмени, кстати, Динка готовила. Она и мне постоянно лепит, если ты не знала. Вот так берет и сразу оптом на две семьи. У меня все только ее пельмени и ждут, - расхвалила Марина младшую сестру.
-Да я разве критиковала? - спохватилась мать. - Я же ничего такого не сказала. Говорю же, от таблеток.
-Мама, ты не принимаешь никаких таблеток с послевкусием, которые еще и рассасывать надо. Я тебе в аптеку сама заезжаю постоянно! Я не поленилась послушать все сначала до конца, чтобы понять, как тебя качает туда-сюда. То вкусно, то нет. Как это понимать?
-Я же ничего такого... Ладно вам, накинулись на мать! Я никогда никого не критиковала, вы же знаете, что я вас обеих люблю!
С тех пор мать действительно с осторожностью подходила к критике. Время от времени Дина подлавливала ее, выставляя покупки или блюда Марины, как за свои, и наоборот. И несколько раз мать так же попадалась.
Мнение старшей дочери было для нее чем-то вроде эталоном. Но после ситуации с пельменями матери не хотелось выглядеть глупо перед Мариной, да теперь и перед Диной тоже, поэтому старалась держать свое мнение при себе.