Ты и твоя жена могли бы нам с матерью зарплаты отдавать, - сказал мой муж нашему сыну, который копил на квартиру

Когда наш с Толиком сын Юра решил жениться, мы сразу же сказали, что он может пожить у нас. Я была рада помочь молодым, которые собирались копить на первый взнос по ипотеке. И моя невестка Даша мне очень нравилась.

Мне казалось, что проблем никаких у нас не возникнет. Но они появились там, где я никак не ожидала.

Мой Толик стал придираться к невестке. Ему Даша казалось расточительной и меркантильной. Особенно предвзятым муж стал, когда дети сделали ремонт в комнате, в которой живут.

Толику не давало покоя то, что Даша ходит в салоны красоты, что она следит за собой. Я лично не видела в этом ничего плохого.

Много раз Толик сталкивал меня и Дашу лбами. Нам хватало мудрости договориться, но всякий раз мне было стыдно перед невесткой. Юра заступался за жену, что правильно, я оказывалась крайней. А Толик, идеи которого я реализовывала, сидел в стороне.

Однажды муж заговорил со мной о том, что дети живут на широкую ногу, перед сном.

- Они так долго копят на первый взнос по ипотеке, - сказал Толик. – А все почему? - Почему? - Потому что Дашка деньгами разбрасывается. А наш сын не может ей ничего сказать.

- Наш сын ценит свою жену и любит, - ответила я. – И он прав в том, что поддерживает ее. Кстати, ты заметил, что Даша без дела не сидит? Она все время на работе.

- Да, но только толку нет. Я слышал, что она собралась машину менять, что она копит на нее. А на жилье только наш сын должен копить?

Я понимала, что муж говорит ерунду. Какое ему вообще дело до того, что собирается покупать Даша. Этот вопрос я ему задала.

- А ты ждешь, когда они к нам на шею сядут? – спросил Толик. - Думаешь, что нам не прикажут покупать им квартиру? Посмотришь, что скоро разговор об этом зайдет.

- Они квартиру купят сами!

- За эту пусть платят!

- А они платят коммуналку, - сказала я Толику. – И продукты они покупают, готовят сами себе. Ты не можешь сказать, что сын и невестка сидят у нас на шее. - Сын на шее не сидит, а невестка уже давно ноги свесила! Пусть и нам еду покупает. Мы же пустили ее сюда!

- Мы помогаем сыну в первую очередь!

- Короче, ты поняла, что надо сказать Даше.

- Не поняла.

- Они должны отдавать нам зарплаты свои, если не хотят продукты покупать нам. Иначе они не соберут никогда на ипотеку деньги!

- Я не буду в этом участвовать. Сам говори Юре все, что хочешь. А потом не проси меня расхлебывать последствия. Я подставляться из-за тебя больше не желаю.

Мне казалось, что супруг одумается, но он все же решился на разговор с сыном. Когда на следующий день Юра пришел с работы, а Даши еще не было, Толик принялся обсуждать покупку сыном жилья.

- Вы долго будете копить на ипотеку, если съедете, - сказал Толик. – А если вы тут будете жить, то ты должен отдавать мне свою зарплату. И твоя жена должна делать то же самое. Так вы будете знать, где ваши деньги, но не будете иметь к ним доступа. Экономия будет.

- Я не буду тебе отдавать свою зарплату. Если мы тебе тут мешаем, то мы снимем квартиру, - ответил Юра.

- А такими темпами в свою квартиру до 50 лет не заедете. Соглашайся на мои условия!

- Нет! Ты не будешь лезть в наш с Дашей карман. У тебя нет права такого!

Дальше отец и сын не смогли разговаривать спокойно. Начались какие-то обвинения, крики. Юра говорил, что его жена имеет полное право распоряжаться своей зарплатой на свое усмотрение. Толик с этим спорил. Мне пришлось вмешаться, чтобы мужчины замолчали. Толик ушел в спальню, не появлялся больше у меня на глазах до самого вечера.

Когда пришла невестка, Юра решил рассказать ей все. И я поддержала сына в этом. С женой нужно быть честным.

- Я не думала, что мы так раздражаем твоего отца. Скорей бы купить свою квартиру! Я благодарна твоим родителям, что они нас приютили, но все равно мне неприятно, что твоя папа такое себе позволяет.

- Уже через пару месяцев можно будет в банк идти.

Сын и невестка через несколько месяцев отправились в банк, оформили ипотеку, купили квартиру. В ней они уже сделали ремонт и переехали.

Толик все равно остался недовольным. Я поняла теперь, что ругаться – его развлечение. А сейчас он не знает, куда приткнуться и чем заняться.