С какого-то момента у отца семейства пробился интерес к новостным каналам. Неисчерпаемая жажда уникальных знаний и ощущение себя центром вселенной среди сотоварищей живо мотивировали Чудика Флэмса. На такой же манер шея воодушевляет голову вертеться при переходе проезжей части в неустановленном месте на скоростной дороге местного разлива. Новости вызывали содрогание, печалили, помогали коротать время, насыщали значимостью и редко воодушевляли. Парадокс в том, что известия рождали чувства чем-то схожие с едким сладострастием безотносительно к содержанию и пропитывали от пяток до макушки.
Утро. Тридцать секунд на процедуры и беспорядочные движения извилин в разгаре.
…С начала года введут, запретят, поднимут, тут же опустят. Больше о запретят. Тот сказал, та пообещала, а ещё эти и те. Пожар, обвал, крушение, автокатастрофа из-за упавшего самолёта, перебегающей коровы, собаки, чёрного кота, неалкоголика, переползающего дорогу после виноградного суррогата. Эти и другие, так и эдак... То, что было. А ещё предстоит. Смена лиц и последствий. Суть одна, но как интересно. Подпекает.
Завтрак окончен.
Работа. О том же. До боли в висках. Нервы выплясывают мандалу и покидают обители. Мягкий переход к противоположному полу, от новостей к склокам. Тождества. Одно официальное, второе бытовое.
Вечер. Пополнение потрёпанных запасов с добавлением элиты. Певчей, танцующей, играющей. Отдыхающей там, где Флэмс надеялся побывать...в предстоящей жизни. Рождается шанс. В какой-то стране пятьдесят лет назад начали распределять ресурсы земли-матушки между гражданами и, наконец, у нас. Уже обсуждают. Как раз и ресурсы на исходе. Пора.
Сон. Шея деревянная, мозг шипит.
Сновидения... Мозг, освободившийся от суеты Флэмса, размеренно смакует пережитое за день, подбрасывая сухие дрова в топку дрожащей нервной системы. Сон дурак, должна бодрствовать. Терзая память, силится вспомнить хотя бы одного новостного аналитика, царапающего в настоящем свои статейки. Нет. Деменция? Рановато. «Только ленивый не лезет писать и снимать», - заключает самодостаточное серое вещество. Разноликие предсказатели, экстрасенсы, хироманты и физиогномики, целители и колдуны – они же операторы персональных данных от Самого. Новоявленные старпёры физкультурники, массажисты, остеопаты, доктора, одарённые и юродивые, с лёгкостью вещающие об особых движениях и дыхании, исцеляющих всё и вся. А кому это не заходит? В меню драчуны, боксеры, каратисты, борцы всяческих стилей и подстилей, всех мастей по запросу. Не интересно? Меню безмерно. Аналитики от нижнего белья и помады до стратегии НАТО. Недостаёт лайфхака? Один экстраспец поведает об использовании унитаза через призму внешнеэкономического партнёрства. Нет. Не вспомнил ни одного. Повылезали со всех щелей, как тараканы ночью...
Релакс покидал мозг спящего Флэмса.
...Журналисты. Знают всё! И ведомое и неведомое. Заостряют, додумывают, возвеличивают и опускают. На команду "фас" реагируют стойко - добивают...любого, на кого укажут. Разжигают. Мозжечок рефлекторно что-то усвоил. Сталкивают лбами народы и страны. Без иллюзий.
Лежащий на подушке мозг покрывался испариной. В затылочной части скатывались капли пота. Жуткие видения отдыхающего Флэмса начинались с чёрных мохнатых пауков: конгрессмен из далёкой страны (вчерашний дворник) пригрозил. Такие же подпели. Собачья свадьба. Народ в оцепенении и ужасе. Мокрый до пят Флэмс перевернулся в кровати - свадьба в разгаре... Угрозы, катаклизмы, табор инфоцыган, всё на противоречиях. Десятки тысяч подписчиков под изощрённым, извращённым, циничным, пошлым, садистским, вульгарным трёпом... Мозг выл громче соседских псов. Стадо легко управляемых в неисправимом послушании.
...Флэмса разбудили фасцикуляции. Лучи солнца опирались на влажную подушку. Мозг требовал коньяка, ноги - прогулки. Флэмс побоялся отказать... Стакан. Лес, родниковый воздух... В памяти исчезающая картинка уволенных со службы девайсов...в мусорном баке. Бездонное голубое небо. Сама жизнь!