Вальтер Шмидт умирал долго, поэтому тяжело. Сначала мог еще вставать с кровати, выбирал ясный денек, устраивался на скамейке у дома на берегу пруда, закрывал глаза и грелся в лучах полуденного солнца. Но даже в жаркий день старика пробирал озноб, исходящий изнутри, шнапс, последнее средство, перестал помогать.
- Пора мне, пора… - Шептал Вальтер.
- Так Всевышний распорядился, - объяснял пастор Шульц, присаживался рядом и вел с Вальтером душеспасительные беседы. - Сам терпел и нам завещал...
- Не приставай, - отмахивался Шмидт. - Выгорела моя душа, нет ничего. Всю жизнь у наковальни простоял, начал с дедом, потом с отцом, сыновей учил, да не выучил… Где они, сыновья? Старший в услужение к бургомистру подался. Младший здесь, только кузнечное дело для Ганса не главное… тьфу… Ни одну юбку не пропустит… Его учи, как жить, меня что… Помоги-ка встать, рук не чую... намахался молотом.
Пастор поднял Вальтера, повел в дом. Пройти надо было через мастерскую с давно остывшим горном. Старик останавливался, тяжело вздыхал и шаркая отяжелевшими ногами по полу, шел дальше на кухню, где гремела посудой кухарка.
- Марта! - Голос Вальтера по-прежнему был зычным. - Налей-ка нам по стаканчику с пастором.
- А не хватит на сегодня, герр Шмидт? - Марта, бойкая женщина неопределенного возраста, служила Шмидтам давно и когда-то заменила свою мать. Назвать ее прислугой язык не поворачивался, женщина чувствовала себя в доме хозяйкой, отвечала за все, успевая рожать детей от законного мужа и даже в его отсутсвие.
- Пастору налей, мне… так, - Вальтер опять вздохнул, усаживаясь за стол.
- Да вроде… - пастор Шульц хотел отказаться.
- Мне все равно скоро за свои грехи отвечать и за твои отвечу.
Что было пастору делать, не отказываться же. Тем более в котле на печке очень аппетитно булькало, распространяя вкусный запах.
Марта тут же поставила на стол миску с нарезанным хлебом, два стаканчика и ополовиненный штоф.
- У меня сегодня свинина с бобами! - Похвасталась хозяйка, - Поросенок еще утром хрюкал, - женщина отличалась юмором.
- Вот и пообедаем, - согласился Вальтер. - Пастор, ты как насчет свининки, или тоже… - Шмидт умел пошутить и подначить.
- Гореть мне в геенне огненной, - священник оглянулся, никакого символа не увидел, пошептал что-то и перекрестился.
- Вот и правильно, - обрадовался Вальтер и поднял стаканчик, наполненный до половины. - Все не одному. Прозит! - Рука старика дрожать перестала и обрела силу.
- Прозит! - Поддержал пастор, но только пригубил.
Марта наполнила дымящейся похлебкой миски хозяину и пастору, поставила перед ними. Сама устроилась отдельно, посчитала неудобным есть за тем же столом. Хотя без посторонних это правило не соблюдала. Пастор склонился над миской, как бы пряча ее, да и свой виноватый взгляд. Ложка в его руке замелькала с удвоенной скоростью, компенсируя воздержанность к шнапсу.
Вальтер наоборот, стаканчик опорожнил полностью, а похлебку трогал ложкой для виду, вроде ест, лишь бы Марта не ругалась. Круто посолил хлеб, отламывал маленькие кусочки и отправлял в беззубый рот.
- Шалопай не появлялся? - Спросил Вальтер о Гансе.
- Со вчерашнего дня не видно, - ответила Марта. - Артисты приехали, вот он с ними и забавляется. - Женщина поняла, что сказала лишнего и посмотрела на пастора.
- Вот что с ним делать, как быть? На какие деньги он с артистами гуляет? - Вальтер обратился к священнику, но тот не ответил. Может похлебкой увлекся, скреб ложкой уже по дну миски, а может и не знал, как поступить в такой ситуации.
- И что ты про сына напраслину говоришь! - Возмутилась Марта. - Ганс вчера артистам лошадь подковал. Если и загулял, то на свои деньги, честно заработанные.
Вообще, городок Маркной, где происходили описываемые события, был не ахти какой, маленький, грязный. Жили здесь в основном ремесленники, поселились на перепутье торговых путей. А проезжающим мимо не бедным странникам, много чего требовалось - повозки починить, лошадей подковать, переночевать под крышей в тепле, закусить как следует, ну и прочее. Торговля шла бойко в любое время года, расплачивались как деньгами, так и меняли товар на услуги.
- Загулял! - Повторил Вальтер. - И тебя это касается, опять смотрю округлилась?
- Не твое дело! - Огрызнулась Марта и опять опасливо оглянулась на пастора.
- Может Ганс напакостил? - Но вопрос старика остался без ответа.
- Похлебка хороша, - заметил пастор.
- Еще? - Спросила хозяйка.
- Не откажусь.
- Помереть бы быстрее, - Вальтер воспользовался моментом, налил себе полный стаканчик шнапса, выпил залпом и опять закусил подсоленным хлебцем. - Надоели бездельники!
Это был последний день, когда Вальтер мог ходить. Старику помогли подняться в его комнату под крышей, больше он с кровати не встал, но пролежал еще долго. Сердце стучало и стучало, не желая останавливаться. Марта кормила хозяина, обихаживала, пастор навещал своего не состоявшегося прихожанина. А сыновья словно забыли про отца. Если у старшего все же была причина - находился далеко на службе, то Ганс бывал дома. Вальтер слышал его голос, но сын так ни разу и не поднялся к отцу.
Продолжение ЗДЕСЬ
1 Глава, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 60