Иногда очень важно просто поверить человеку. Бог дает человеку лишь столько, сколько тот может вынести, и никогда не требует большего Практика показывает, что русский человек приспосабливается к любым условиям, как плесень и тараканы. Главное – чтобы не мешали работать. Ссоры хороши тем, что за ними следуют примирения – прекрасные моменты, ради которых действительно стоит жить! Если мужчине достаточно просто быть высоким профессионалом и всего однажды доказать, что он чего-то стоит, то женщине приходится снова и снова демонстрировать, что она имеет право находиться на своем месте и тягаться с противоположным полом. Посреди жестокости не может быть успокоения, лишь временное облегчение от безысходности В буддийских монастырях унижение – первый шаг к просветлению: если ты прошел через унижение и пренебрежение, научившись стойко сносить их, то, следовательно, готов к перерождению. Боль стирается, но не уходит: так на листе бумаги все равно остается отпечаток карандашного рисунка, с
Иногда очень важно просто поверить человеку.
Бог дает человеку лишь столько, сколько тот может вынести, и никогда не требует большего
Практика показывает, что русский человек приспосабливается к любым условиям, как плесень и тараканы. Главное – чтобы не мешали работать.
Ссоры хороши тем, что за ними следуют примирения – прекрасные моменты, ради которых действительно стоит жить!
Если мужчине достаточно просто быть высоким профессионалом и всего однажды доказать, что он чего-то стоит, то женщине приходится снова и снова демонстрировать, что она имеет право находиться на своем месте и тягаться с противоположным полом.
Посреди жестокости не может быть успокоения, лишь временное облегчение от безысходности
В буддийских монастырях унижение – первый шаг к просветлению: если ты прошел через унижение и пренебрежение, научившись стойко сносить их, то, следовательно, готов к перерождению.
Боль стирается, но не уходит: так на листе бумаги все равно остается отпечаток карандашного рисунка, сколько бы раз ни работал над ним ластик.
Каждый строит свою жизнь так, как считает нужным. И разрушает ее по тому же принципу.
Странно, как случается порой в жизни: тебе и в голову не приходит задуматься о проблеме, а потом кто-то поднимает вопрос, ранее тебя вовсе не интересовавший, – и ты чувствуешь беспокойство, словно срочно необходимо принять важное решение.
Невозможно вложить душу в человека, который утратил ее давным-давно. Жизнь наша, как это ни прискорбно, не располагает к доброте и состраданию. Порой мы забываем об отдельно взятом человека и думаем лишь о статистических данных.
Всем известно, что проблема становится гораздо меньше, когда ее обговоришь в деталях с тем, кому ты небезразличен.
Люди, пережившие несчастье, – не меньшие эгоисты, чем те, кто никогда ничего подобного не испытал. Наверное, это в натуре человека:
Когда мы в беде, то всегда думаем, что плохо лишь нам одним, что никто в мире не способен переживать так тяжело, так глубоко, но это неправда. Каждый человек страдает одинаково сильно, только это выражается по-разному.
Чем меньше говоришь ты, тем больше говорят тебе. Иногда – гораздо больше, чем действительно хотели бы.
Даже из самых тяжелых ситуаций человек извлекает полезные уроки. Главное – успеть это сделать до того, как ситуация станет необратимой.
Недавним событиям и чьим-то словам всегда придаешь некий тайный смысл, когда случается беда.
Если всю жизнь ходишь по канату, он рано или поздно все же порвется!
У каждого человека в душе живет исследователь, но собственная наша лень заставляет его сидеть тихо на самом «дне» души и не высовываться!
Порой любовь оказывается более жестокой и разрушительной, чем самая злая ненависть.
Может, это и правильно, что мы никогда не получаем того, чего действительно хотим? Мир вращается именно потому, что мы мечтаем достичь недостижимого и наконец успокоиться. Но ведь именно тогда, когда мы успокаиваемся, жизнь останавливается. Полное удовлетворение желаний ведет к угасанию,
Все блага мира почему-то достаются именно тем, кто неспособен оценить их по достоинству.
Удивительная вещь – человеческая натура: сколь бы атеистическими ни были твои взгляды, может настать такой момент, когда любые разумные доводы, любые объяснения окажутся бессильны. Когда остается надежда лишь на чудо, поневоле забываешь и о теории относительности, и о законе всемирного тяготения – обо всех представлениях научного материализма, поддавшись на волю того, что, единственное на свете, может принести облегчение!
То, что ты не видишь врага, вовсе не означает, что и он ослеп.
Чем невероятнее ложь, тем легче в неё верят!
Надо быть осторожным с тем, чего не понимаешь.
Как порой странно поворачивается жизнь: думаешь, вот уже половина ее прошла, и ничто не может измениться – и вот это происходит
Взрослые получаются именно из детей – таков закон мироздания, и ничего с этим не поделаешь.