Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
отражение О.

Нетленный конфликт

Нетленный конфликт. Рожденный на свет плод. Человек из чрева матери вод. Стал сотворенный мир изучать. Слушать, смотреть, осязать. На том свету, где он был рождён. Смертным грехом народ был порабощён. Сын человеческий рос Во плоти матери, Семени творца. Отчего дома, где вся жизнь создана. И узрел он мировую борьбу. Где света войны плечом к плечу. Освещают дни и ночи Словом умы падшего народа И их плоды воскрешают. Ангелы, серафимы незримые В образе нетленного пожара, Тьму от света прогоняя. Прозревшему в шуме ада, Касаясь их плоти обжигающих плеч. Снимают нечести голову с плеч. Истерзанные бесами и нечестью, Грехопадением их тела и очи. Открывают им на свою игру, В виде подлога вместо жизни. Где их игра — в аду пепелище, Детоубийство во чреве человека. Видит слепой и нищий. О лукавой о жизни мысли. Во имя этого лукавого бреда. Принесшему жертву лукавому, из сердец невинных обеда. Сперва народы света слов их души будили. Ибо они! Об истине света в душе забыли. Сами себе рай нарисов

Нетленный конфликт.

Рожденный на свет плод.

Человек из чрева матери вод.

Стал сотворенный мир изучать.

Слушать, смотреть, осязать.

На том свету, где он был рождён.

Смертным грехом народ был порабощён.

Сын человеческий рос

Во плоти матери,

Семени творца.

Отчего дома, где вся жизнь создана.

И узрел он мировую борьбу.

Где света войны плечом к плечу.

Освещают дни и ночи

Словом умы падшего народа

И их плоды воскрешают.

Ангелы, серафимы незримые

В образе нетленного пожара,

Тьму от света прогоняя.

Прозревшему в шуме ада,

Касаясь их плоти обжигающих плеч.

Снимают нечести голову с плеч.

Истерзанные бесами и нечестью,

Грехопадением их тела и очи.

Открывают им на свою игру,

В виде подлога вместо жизни.

Где их игра — в аду пепелище,

Детоубийство во чреве человека.

Видит слепой и нищий.

О лукавой о жизни мысли.

Во имя этого лукавого бреда. Принесшему жертву лукавому, из сердец невинных обеда.

Сперва народы света слов их души будили.

Ибо они!

Об истине света в душе забыли.

Сами себе рай нарисовали.

И по итогу лукавый ад

В собственной крови познали.

Сами себя на запчасти в войнах разбирают.

Свои тела позором татуировок

И кружев нитей соблазна чешуй лукавого слов.

Ветхого змея покрывают.

Ложью себя сами лечат.

Ибо нечесть им так ю,

Художественно в уши шепчет.

Окунулся в сей ад и человек,

В водах мысли вселенной,

Изучает в грёзах ада

Сей падший бред.

Где жизни разуму 

В выборе слабости нет.

В его руках мира воля.

Сердца безымянного война,

Не падшего во плоти героя.

Он духом по площадям

И улицам столицы бродит.

Видя, что его никто не видит.

Ибо падшие его подвиг ненавидят.

Он заглядывает в мысли прохожих.

И их мёртвые глаза.

Которые во тьме, при свете

Лукавого искусства, склонны до

Лукавого лизоблюдства лести.

В которой нет ни подвига, ни чести.

Совесть в грезах мертво молчит.

Отче, глаза его,

Дух его — пламя.

Касаясь того или иного,

У крепости стен знамя побед.

Которые хранят молча знание, миропознания.

Проходя палаты царя, храмов и церквей освещают свечи,

Иконы праведников и распятие души узревшим лечат.

Касаясь мысли священнослужителя.

Говорит: «Пора, ибо в храмы нечесть,

Прикинувшись человеком,

Как змей заползла.

Вы её, как рыбу рыбак поймал.

Она часто сюда в виде падших заплывая, заходит.

Они ищут не спасения,

Им наюужноюа, слаткая лесть и грехоподение.

Им надо сказать.

Глаза душам их во тьме

Приоткрыть, так сказать.

***

Что они во грехе великом.

И поэтому будет выкован из них воин.

В той войне что грядет.

Против того, кто их обманом совратил.

И через ветхий порок их умы

Лукавыми устами зла поработил.

Либо они во истину примут лик святого духа.

Который им путь укажет.

Либо лукавую тьму, которая им ад

Наяву, не во снах, где они сгинут в печах на скоаороде, покажет.