Паша Гонсалес после своего первого дела плотно залег на дно. Продолжал работать в местном краснодарском театре, но теперь уже не обращал внимания на задержки зарплат и не убивал свое здоровье на ночных разгрузках вагонов на обощебазе или на одном из вокзалов.
В принципе, денег хватало. Но Паша заранее уже начал задумываться — что дальше? Если жить обычной жизнью, не тратить на излишки, то на год хватит. А дальше, получается, опять падать в глубины нужды и нищеты? Так жить не хотелось. И Гонсалес начал присматриваться к новым вариантам «работы». То есть, приступил к поискам так называемой цели или жертвы очередного «спектакля». Времени было много, и Паша торопиться не собирался.
Однако, как это часто бывает, в дело вмешался случай. Близился Новый год, и у актёров начинался так называемый новогодний чёс. Это, когда они ходили по квартирам и домам в виде Дедов Морозов, Снегурочек или даже разыгрывали перед детьми очередного нового русского целые спектакли по мотивам сказок. Вот такой заказ и поступил в театр. Нужно было поехать в пригород Краснодара и отыграть спектакль по мотивам «Морозко» перед сынком одного толстосума и гостями, жрущими салаты под водяру. Что ж, времена тяжёлые, а платят там хорошо. И в театре согласились.
А Паша — не согласился. Сказал, что у него халтурка нарисовалась, и он не может. Конечно же, это было лукавство. Гонсалес уже прикинул план своих действий на этот вечер. А заключался он в том, чтобы приехать на место представления параллельно с актёрами его театра. Далее переодеться в костюм, и попытаться затисаться в толпу. Пьяные гости и хозяева с пьяными же актёрами друг друга не знают. И это сыграет на руку. Должно было сыграть.
В назначенный час Паша приехал к указанному в заказе дому, оставил машину в квартале от него. Адрес и время объявлял сам худрук ранее. А машину Гонсалес взял у товарища, чтобы на шабашку съездить. Кстати, реально он эту шабашку взял для алиби. Дождался «Газель» с актёрами, которые выгрузились во двор. Он также тихонько прошёл к забору, который был не сплошной, а из массивных штакетин. Сквозь них Паша увидел людей, которые шатаются по двору к мангалу, в парилку и в сам дом. Пьяные, в новогодних костюмах, как он и планировал. Дверь в дом была открыта.
Долго Гонсалес не думал, и зашёл на участок, но не в дом, а встал с тёмной стороны. Заглянул в окно, где актёры уже во всю выпивали с несколькими гостями. Под шумок грабитель прошел к крыльцу, где ему навстречу с поздравлениями вышли две пьяные дамочки бальзаковского возраста. Он ответил поздравлениями хриплым голосом, и вошёл в дом. И там пару человек прошли мимо в зал, не обратив на него особого внимания. Как раз, начинался спектакль. Он проходил в огромном зале на первом этаже, а Паша быстренько шмыгнул на второй. Главное, чтобы там никого не было, и ему повезло — вроде, никого. На этаже был зал с бильярдом, спальня, комната и кабинет. В него Гонсалес и проскочил. Деньги были найдены достаточно быстро в шкафу, который совсем не зкрывался. Обычный выдвижной резной шкафчик. Причём, заранее грабитель с собой прихватил несколько пачек так называемых «кукол», которые он уложил в ящик, прикрыв несколькими реальными купюрами. Получилось правдоподобно.
Деньги были в мешочке Деда Мороза, в которого нарядился Паша. Можно было валить, но Гонсалес решил зайти в спальню. Там тоже могла быть нажива. Он осмотрел шкафчики и шкатулки, и взял ещё несколько сотен баксов и золотые украшения. Но это стоило грабителю больших нервов. Только он собирался уходить, как послышались шаги на второй этаж. Паша нырнул за большую занавеску, где обнаружил выход на балкон. Вышел на него, присел, и затаился. В спальню пришли двое, и принялись заниматься тем самым делом. И тут Гонсалес понял, что после этого на балкон могут выйти покурить. Надо было валить.
Благо, балкон выходил не на парадную часть двора, и Паша повис с балкона, как тот самый надувной Санта Клаус, когда украшают дома под Новый год. Прыгнул вниз, и затаился у стены. Так, по-над стеной он потихоньку, пригинаясь у окон, пробрался к калитке, и быстро выскочил. Оглядевшись, Гонсалес проскочил в тень, где снял шубу Мороза, бороду и шапку, запихал в мешок, и пошёл к машине. Дорога на район много времени не заняла. Там дома Паша скинул добычу, и поехал на шабашку, где в виде деда мороза поздравил двоих детей. После этого, поехал домой.
Новый год удался, можно было смело и радостно праздновать. С одной стороны, встретил Гонсалес Новый год в одиночестве. С другой стороны, солидные деньги и золото составили нескучную компанию.
Через несколько дней всех вызвали в театр, где директор орал, как резаный. Мол, верните деньги, кто взял. Иначе, на лоскуты порежут. Пришёл следователь и хозяин того дома, чтобы опросить актёров. А с Паши спрос какой? Его там не было, как и ещё шестерых актёров труппы. Их попросили сообщить, где они были вечером, а потом сразу отпустили. Остальных оставили для опроса. Так и завершилось второе дело Паши Гонсалеса.
Денег должно было хватить ещё примерно на год. Сильно актеров не прессовали. Но тут же был и иной момент. Дело в том, что в здании театра был ресторан, который был вотчиной небезызвестного Деда Хасана, который в то время рулил в Краснодаре. И лишний раз туда соваться, чтобы раскачивать качели, особо желания у народа не было. Приедешь жаловаться, тебе же боком выйдет. Даже, если грабителя найдут. Узнает братва Дедушки, что у коммерса-терпилы водятся деньги, придётся делиться. Ещё больше потеряешь.