Книга Мироздания. Начало.

Книга Мироздания

Вместо предисловия:

Прежде чем обратиться к теме, означенной в оглавлении Книги Мироздания, хотелось бы определить возможную причинность появления этой темы вообще. Лучше, чем это сформулировано в работе А. Зиновьевой «Квантовый компьютер – катализатор поиска научной истины» и представить себе трудно. Названная работа посвящена, возможно, самой современной теории квантового компьютера, в плоскости которой, по мнению автора, лежит и разгадка сути законов Мироздания. Поскольку разгадка строения Мироздания – это объединяющий императив, и возникло желание обратиться к работе Айгуль Зиновьевой о катализаторе поиска научной истины и представить здесь ее глубокие мысли в качестве предисловия. Лучше всего привести ряд замечательных сентенций из данной работы дословно.

Любая теория, если она только-только родилась, думает, что она самая замечательная и лучше всех объясняет исследуемое явление, а может, даже картину мира в целом. Но проходит какое-то время. И когда проходит эйфория, она понимает, что ее претензии чересчур велики, и в ее силах только описать происходящее, а слово «объяснить» действует только в определенных рамках, вне этих рамок встает нескончаемый ряд ПОЧЕМУ, на который она не в силах ответить. И тогда теория уходит на покой, теша себя мыслью, что явилась провозвестницей этих самых новых ПОЧЕМУ, над которыми бьются сейчас новые молодые теории. Благо, что старые теории сейчас, в силу существующей методологической системы, не уничтожаются, не отбрасываются как нечто отжившее и ненужное, а держатся под рукой, вдруг пригодятся на новом витке, как, например, теория эфира. И в глубине души мы все верим и надеемся, что появится, наконец, одна единственная идеальная, универсальная теория, которая объяснит нам ВСЕ. И это несмотря на то, что опыт показывает бесконечность процесса познания, каждый шаг по пути к истине открывает новые горизонты непознанного, новая теория только открывает нам глаза: смотри, как много ты не знаешь.

Каждая новая теория полнее отражает существующую реальность, и как новая итерация она приближает нас к той идеальной предельной теории, к которой мы стремимся. При условии, конечно, что этот итерационный процесс сходится. А уж это зависит от того, в правильном ли направлении мы идем, и какие требования предъявляем к теории…

И, может быть, остался небольшой шаг до рождения новой теории, только в каком направлении нужно сделать этот шаг?

Каждый ученый вправе выбирать сам направление этого шага в зависимости от того, какой методологической системы он придерживается. Одни руководствуются логическими рассуждениями, обобщающими вновь появившиеся экспериментальные данные, другие - интуицией, третьи вообще считают, что будущая теория будет выращена на полях новых математических теорий: физика будет наполнять живым смыслом сухие математические формулы. Яркими представителями второй и третьей группы являются Эйнштейн и Дирак. Эйнштейн говорил:

«…высшим долгом физиков является поиск тех общих элементарных законов, из которых путем чистой дедукции можно получить картину мира». К этим Законам ведет не логический путь, а только основанная на проникновении в суть опыта интуиция».

К слову сказать, интуицией могут пользоваться только люди с незашоренным взглядом, их мировоззрение не должно быть отягощено стандартами и общепринятыми истинами, умеющие сомневаться. Чего не скажешь о нынешнем поколении физиков. Современные преподаватели преподносят теорию как нечто раз и навсегда установленное и исключающее всякое сомнение. Никто даже словом не обмолвится о тех жарких спорах, которые происходили при зарождении теории. И …складывается впечатление, что вот она и есть настоящая истина. А что если сразу показывать слабые места теории, заставить задуматься в самом начале пути? Интуиция может эффективно действовать в свободном не ограниченном рамками пространстве. Не зря же Бор, Эйнштейн, Борн считали себя любителями, дилетантами. Для новой теории нужно нестандартное мышление, необычный подход».

Автор Книги Мироздания руководствовался исключительно логическими рассуждениями, обобщающими имеющиеся научные данные, гипотезы и идеи.