Ленка стояла, отвернувшись к окну и прижавшись лбом к холодному стеклу. Во-первых, хотелось успокоиться, остудить разгоряченное лицо, во-вторых скрыть от подруги и соседки по комнате в общежитии Светки набежавшие на глаза слезы.
И, чтобы отвлечься, перестала отвечать на гневные Светкины тирады, и даже слушать, а только наблюдала с третьего этажа, что там происходит на вечерней улице. К остановке подошел автобус. Из него начали выходить люди, женщины с сумками или с малыми детьми на руках, времени – седьмой час вечера, люди возвращаются с работы, забирают детей из детского сада. Мужчины, чаще всего с пустыми руками. А вот молодой парень ловко спрыгнул с подножки автобуса и направился прямо в сторону общежития. Ленке даже показалось, что он поднял голову и смотрит прямо в их освещенное окно. На какое-то мгновение даже сердце забилось сильнее, неужели это он – Серега, тот самый из-за которого они только что и поспорили со Светой.
Она уже хотела торжествующе взглянуть на подругу, и бегом на вахту, чтобы прямо там на глазах у всех броситься на шею дорогому и долгожданному человеку.
Но в тот же миг поняла, что это кто-то другой, чужой, совсем незнакомый. Светка подошла сзади, обняла за плечи:
- Ну, перестань, теперь тебе надо о другом думать. Раз решила оставить ребенка, то успокаивайся, готовься стать матерью и не тешь себя напрасными иллюзиями.
Тут уже Лена не выдержала, и разрыдалась на плече у подруги.
- Я не верю, что он мог меня бросить. Он же так меня любил, говорил, что навестит родных и сразу вернется. Будем жить и работать в нашем городе. И вот уже три месяца прошло, а от него ни слуху, ни духу. А вдруг что-то случилось? – жалобно посмотрела она на Свету.
- Что там могло случиться? – Светка безжалостно рубила с плеча, - просто знаешь, с глаз – долой, из сердца – вон. Приехал в родные места, прежняя жизнь затянула, да и забыл про тебя.
- Ну, я же ему писала, что у нас ребенок будет, - продолжала всхлипывать Ленка, - слушай, а может быть, мать по какой-то причине не отдает ему мои письма?
- Всё может быть, - Света неопределенно пожала плечами.
- Я все-равно его найду, - Ленка решительно помотала головой, - я же знаю его домашний адрес, вот рожу и приеду к нему вместе с ребенком. Не сможет он от нас отказаться. Мой сын должен расти с отцом, достаточно того, что я выросла в интернате.
В том, что у неё родится мальчик, Ленка даже не сомневалась.
- А знаешь, - продолжала она, - моего сына будут звать Степанов Дмитрий Сергеевич. Я запишу его на фамилию родного отца.
- Это у тебя получится только в том случае, - засмеялась Света, - если Сергей приедет, и вместе с тобой пойдет регистрировать ребенка.
- Не может быть, - не поверила Ленка. Но Света, зная, какой упрямой может быть её подруга даже не стала спорить.
Ленке было всего девятнадцать лет, и её наивность не знала границ. Нормальной семьи она не знала, сначала попала в детдом, потом в интернат. Закончив ПТУ работала в заводской столовой, как впрочем, и все проживающие девчата в рабочем общежитии.
Познакомилась с Сергеем, парнем, который служил в армии в их городе. Больше года летала, как на крыльях. Была настолько уверена в этом симпатичном пареньке, что ни капли сомнения не возникало в своем будущем. Мечтала о свадьбе, о белом платье. Видела себя в роли невесты, а затем счастливой жены.
Но день расставания так незаметно подкрался. Демобилизовался Серега, Лена его проводила, посадила на поезд.
- Не грусти, Ленусик, с родителями повидаюсь, да и обратно сюда. Очень уж мне ваш город понравился. На завод устроюсь, поженимся. А может быть, потом ко мне в Белоруссию махнем. Там все-таки теплее, - говорил Сергей на прощание.
А уехал, и ни одного письма не написал. А Ленка через неделю поняла, что ребенка ждет. Но даже мысли такой не возникло, что Сергей может не приехать.
То, что она сможет ребенка и одна вырастить, Ленка даже и не сомневалась, хоть и прекрасно понимала, что поддержки ей ждать не от кого, рассчитывать нужно только на себя. Радовало очень то, что именно этой же осенью 1981-года, когда демобилизовался Серега, а Лена узнала о своей беременности, стали выплачивать пособие по уходу за ребенком до года.
То есть, пятьдесят рублей ежемесячно плюс двадцать, как матери-одиночке были гарантированы. Невесть какие деньги, но на самое необходимое при разумной экономии хватит. А потом бесплатное детское питание на молочной кухне, бесплатные лекарства, место в детском саду ребенку одинокой матери к году обеспечено. А там и на работу выйдет, и комнату дадут обязательно.
Почему-то Ленка была уверена, что комната ей положена не менее 18 метров.
- Ну, как же, - говорила она, у меня же сын будет, - когда подрастет, хоть шкафом мы друг от друга должны же будем отгородиться.
Ленка родила сынишку в конце мая, когда вовсю цвела черемуха, и её пьянящий аромат так и напоминал о тех вечерах, когда она была счастлива с Серегой.
Для себя она твердо решила, что подрастет Димка за лето, и поедут они в тот далекий белорусский поселок, где увидев их очень обрадуется и Сергей, и его мать.
Первое разочарование ждало Лену в ЗАГСе, где наотрез отказались записывать мальчишку на фамилию несостоявшегося Ленкиного мужа. Но отчество она ему всё-таки дала настоящее – Сергеевич. Подруги по общежитию помогали нянчиться с Димкой.
Светка так и продолжала жить в одной комнате с подругой, как-то сумела приучить себя не реагировать на посторонние звуки по ночам. То есть не просыпалась, когда Димка плакал. Но нужно отдать ему должное, рос он мальчишкой спокойным, болячками своими не мучал. Да и девчонкам доставляло удовольствие потискать его. Так что Лена не была замученной, уставшей мамочкой.
А в сентябре, когда Димке уже было почти четыре месяца, и он весело гугукал, смеялся, узнавал свою мамку, купила билет на поезд, и отправилась в Белоруссию.
Это целая история, про то, как в то время приходилось ездить с детьми в поездах. Во-первых, в Москве нужно было перекомпоссировать билет, снова постоять в очереди в кассу на вокзале.
Во-вторых, о подгузниках тогда даже не слыхали. История умалчивает о подробностях этой поездки. Единственное, что могу сказать, Лена была уверена, что стоит ей только добраться до места, как все её проблемы и трудности останутся позади. Кто-то другой (ну, понятно, конечно, кого она представляла на месте доброго принца) возьмет на себя все её заботы, окружит их с сыном добротой и любовью. Ведь невозможно не полюбить такое маленькое, такое улыбающееся чудо, каким был Димка.
Не возможно и вычеркнуть из жизни такие отношения, такие чувства, как у них с Сергеем.
- Света, я собрала свои вещи, всё сложила. Если что, ты уж отправь мне багажом. Я напишу, - говорила она подруге.
Но Света так и не дождалась письма. Прошло чуть побольше недели. И однажды вечером на пороге комнаты вновь появилась Ленка с ребенком на руках. Она положила заснувшего Димку на свою кровать, сама села рядом, счастливо потянулась:
- Ох, девчонки, как хорошо дома.
Подробности своего визита она так и не рассказала, поделилась только тем, что с Сергеем ей встретиться не удалось. Дома была только его мать. Она сказала, что сын давно живет и работает в Минске, и вроде бы даже женился. Адрес его дать она наотрез отказалась. Единственное, чем помогла Лене – купила ей билеты на обратную дорогу.
Самое главное, что вынесла Ленка из этой поездки, это то, что рассчитывать нужно в первую очередь на себя, а любовь приходит и уходит.
Ни Сергея, ни его мать она больше никогда не видела, даже не вспоминала. В дальнейшем её жизнь сложилась неплохо. Годовалому Димке дали место в детском саду, Лена вышла на работу. Матерей-одиночек тогда не ставили в вечернюю смену, да и выходные всегда в субботу и воскресенье. Вскоре из общежития она переселилась в крохотную, но свою двенадцатиметровую комнату.
Через несколько лет в её жизни появился другой мужчина, который стал её мужем. Родился еще один сын. Димка вырос неплохим человеком, у него свой небольшой бизнес по ремонту автомобилей.
Матери еще на пятидесятилетие подарил новенький автомобиль.
Сейчас у Лены уже большие внуки.