– Вы знакомы? – поинтересовалась у него Наталья. – Этот человек и правда наш родственник? Он утверждает, что двоюродный дядя.
– По степени родства не подскажу, но к Павлу Петровичу он шастал, дядькой его звал, это было, – ответил участковый. – А так, что мне Москвина не знать, если он всю жизнь в соседней деревне обитал. А теперь все, у жены нервы сдали, он же, паразит, у соседей воровать начал. Сговорились они, да и закрыли его на три года. Вышел уже, значит, а у меня не отметился, а Москвин?
– А я чего, бомж теперь же получается, без прописки, работы и пенсии трудовой, – заныл дядя Сергей. – Вот и вспомнил про обещание Павла Петровича.
– А того уже схоронили, – усмехнулся участковый. – Какой-то невыгодный ты, Сергей, родственник. Появился как раз вовремя, чтобы людям жизнь портить.
– Имею право! – еще раз подбоченившись заявил Сергей. – Между прочим, этих еще в проекте не было, когда дом строился. А отец их вообще в город умотал, я практически один деду помогал. А теперь, получается, и прав своих заявить не могу? Ну уж нет, приведу свидетелей, а там пусть суд разбирается. Я тоже человек, положено каждому угол иметь, нет такого закона, чтобы на улицу родню выгонять.
– Вы, значит, сквоттер? – усмехнулась Наталья. – Забрались в дом, захватили его, а теперь права предъявляете?
– Ты не ругайся на меня словами-то иностранными! – возмутился Сергей. – Ишь, какая умная! С женщинами я вообще разговаривать не собираюсь. С братом твоим только буду вести дела.
Наталья посмотрела на этого сморчка, по недоразумению именующегося человеком, и прикрыла глаза. Дискутировать с двоюродным дядей не было никакого желания, поэтому она предпочла взять краску и кисти, чтобы отправиться обновлять наличники. Дядюшка потащился за ней, возмущаясь, что ему сейчас провоняют весь дом. Артем смотрел беспомощно, но под испепеляющим взглядом сестры все же пошел выселять незваного гостя.
До самой ночи они красили оконные рамы, потом взялись за полы, сдвинув всю мебель в одну дальнюю комнату. Повесили на двери амбарный замок и уехали на машинах по домам.
Всю следующую неделю Наталья провела, разбирая архивы деда. Она искала любые упоминания о Сергее в письмах, записках, но не находила. Как будто Павел Петрович вовсе вычеркнул непутевого двоюродного племянника из жизни. Это было странно, ведь в архиве нашлись фото и упоминания даже о более дальних родственниках.
Наталья задумалась об этом и решила съездить в деревню сама, расспросить местных. Она отправилась туда пораньше, убедилась, что замок на месте, и пошла по соседям с расспросами. В нескольких домах ей не повезло. Зато на окраине жила бабушкина подруга баба Тоня, та и поведала Наталье их семейные тайны:
– Был Серега, человек-проблема просто, катастрофический олух царя небесного, – вздохнула она. – Только деду вашему он точно не наследник.
– Это почему же? – поинтересовалась Наталья. – Он утверждает обратное. Говорит, Павел Петрович ему обещал часть дома.
– Да врет, Наташенька, – усмехнулась баба Тоня. – Сережка в то лето, когда дом строили, все на озере торчал. Деду он, может, пару раз помог, да и то из-под палки. Фото есть, он все его тыкал тем, кто в эту легенду не верит. Вот только забыл, что очевидцы еще живы. И вообще, дед давно его выгнал с проклятиями и не пускал на порог.
– Это почему же? – поинтересовалась Наталья. – Терпение, что ли, лопнуло?
– Именно так, Серега же у него то клянчил деньги, то подворовывал откровенно. Вот Павел Петрович и спустил его года три назад с крыльца. Сказал, что тот больше вообще отношения к семье не имеет, пусть даже фамилию не позорит, – подтвердила баба Тоня.
– Значит, дед с ним все-таки не ладил? – поинтересовалась Наталья. – Интересное кино, а нам этот товарищ напел, что он чуть ли не законный наследник! И вообще, что был любимчиком деда. Вот ведь наглец!
– А ты больше слушай его, еще не такое расскажет, – усмехнулась баба Тоня.
Через пару дней ей позвонил участковый и поинтересовался, давали ли Сергею разрешение вселиться в дом. Наталья разозлилась и пояснила, что никаких согласий на это мужчина не получал. А еще упомянула пропажу икон, посуды и фигурок из серванта.
– Заявление писать будете? – вздохнул Николай Максимович. – Конечно, многие не идут на такое, повинуясь родственным чувствам. Но у вас-то другая история. Я бы советовал вести себя с Сергеем пожестче. А то брат ваш мямлил, жалел его, и вот, пожалуйста.
– Вы можете его задержать? – поинтересовалась Наталья. – Да хоть за проникновение в жилище, мне все равно.
– Приезжайте, пишите заявление, – вздохнул Николай Максимович. – Я по собственной инициативе лишнюю работу делать не стану. И вообще, вы, может, потом помиритесь, и кто окажется крайним?
В бешенстве Наталья бросила все дела и поехала на дачу, только в этот раз она взяла с собой мужа, бывшего члена университетской сборной по баскетболу. Володя, может, и не блистал красотой или умом, зато был двухметрового роста и внешне немного напоминал разъяренную гориллу. По дороге она объяснила мужу, что от него требуется, а потом одна направилась в дом, где снова хозяйничал двоюродный дядя.
– Ну, племяшка, чего снова приперлась? – поинтересовался у нее Сергей.
– Заявление писать буду, участковый сказал, без него вас обратно закрыть не сможет, – заявила Наталья. – Нормально вы не понимаете, придется объяснять на доступном языке. Вещи, кстати, советую заранее собрать.
– А я тебе уже сказал, что с женщинами вести разговоры не собираюсь! – рявкнул дядька и ткнул в ее сторону лопаткой, которой помешивал жареную картошку в сковороде. – И вообще, занял дом, попробуй теперь меня выселить! Или доказать, что дед его мне не обещал передать. Пока суды будут идти по наследству, апелляции, глядишь, годика три поживу, крыша над головой будет.
– Ну тогда со мной поговори, – пробасил за спиной жены Володя. – А то, дядя, я смотрю, ты тут отличаешься чрезмерным здоровьем и очень болтливым языком.
– Это к-к-кто? – заикаясь, спросил Сергей.
А потом завопил:
– Я старый человек, что, решила бугая на меня натравить? Так и знай, будут побои – напишу заявление на него.
– Да зачем тебя бить-то, возьму за шиворот, да и вышвырну, – усмехнулся Володя. – Еще руки марать о такого клопа вонючего. Ты же из кляузников. Сам первый побежишь жаловаться. Нет, такого удовольствия мы тебе не доставим.
– Я на этот дом имею права! – снова заверещал Сергей. – Мне дед обещал.
– Врешь ты все, – веско ответила ему Наталья. – И свидетели есть, как дед тебя с крыльца три года назад спустил. И сказал, что родней больше не признает.
– Это они все врут! – заявил Сергей уже не так уверенно. – Встретимся в суде, а пока прошу покинуть мой дом. Давайте, ты, дерзкая, и бугай твой тоже. Идите себе подобру-поздорову. Выиграете суд, тогда и поговорим.
Но Наталья дождалась участкового и все же написала заявление. Как оказалось, иконы и другие более-менее ценные вещи Сергей действительно продал в соседней деревне ничего не подозревающим местным жительницам. А еще вскрылись многочисленные кражи, которые удивительным образом по срокам совпали с выходом мнимого наследника из тюрьмы.
После новостей об аресте Сергея на участкового просто посыпались заявления о пропаже кур и сельхозинвентаря.
Дом Наталья и Артем продали. Они проконсультировались с юристом, убедились, что Сергей не наследник, и совершили сделку, предупредив новых хозяев о том, что года через два дядюшка снова может появиться в этих краях. НАЧАЛО РАССКАЗА