Иногда так хочется, стать маленьким, пушистым, и поплакать, прижавшись к надежному плечу…
Но рациональная часть тебя прекрасно понимает, что маленького, пушистенького, слабенького ту же схамает ехидно скалящий зубы в три пальца киркиндил.
Или вон тот самый милый котик, который сейчас трётся об твою ногу, мурлычет, выпрашивая вкусного.
Что поделаешь, пространство у нас такое. Все друг друга едят. Сегодня я жую вкусный окорок, а лет через…ну, не знаю, через сколько, и меня съедят...
Кто всё так устроил, непонятно. Иногда прошибает крамольная мысль, что мы не видим Богов, потому что им самим неловко видеть то, что они тут натворили…
Обомлеешь от дерзости своих мыслей. Да и махнешь рукой. Подумаешь,…всё одно никто не накажет. Ибо некому, кроме тебя самого это делать.
И на какой-то миг возникает совсем другое желание. Вскочить, потрясти кулаками в небо, требуя хоть одного внятного ответа.
И тут же понимаешь, что не ответят. Потому что…может, они и сами не ведали, что творят?
Так простим их. И себя.
За минуты неловкой слабости. За вспышку странного гнева. Да просто так. Потому что, прощенному легче дышится.
И за мысли простим. Себя. Остальным-то глубоко на них…того, да.
И за желания заранее и оптом. Потому что, они всё равно будут приходить. Как ни пытайся от них сбежать.
Ибо жизнь без желаний, это конец твоей жизни. Настоящей. Без них ты овощ тушенный. Чтоб не говорили об этом мудрецы древности.
Они не дают нам плесневеть, покрываться мхом, становится болотом.
Так что, пусть иногда хочется! Пусть! И даже не иногда.
Вот только стать маленьким, беленьким, с мокрым носом и пушистой шерсткой желай сугубо наедине с собой.
Ибо кот всегда рядом. Да и киркиндилов хватает. Даже если в настоящий момент они не видны.