Раньше Мария с Николаем её старенького и больного отца досматривали. Похоронили. Не успели толком отдохнуть, а тут мать Николая, Тамара Никитична, заболела.
А живёт Тамара в пригороде, в частном доме. Вот и встал вопрос, как быть дальше. Там хороший, уютный домик, она его всегда в порядке и чистоте содержит, но отопление печное. Сколько собирался Николай сделать отопление и вообще благоустроить, но вечно куча проблем каких-то других. То с деньгами проблема, то с работой и временем, то этот тесть больной свалился на голову - ну никак руки не доходят.
А Тамара и не просит никогда, не напоминает. Возится на своём участочке, выращивает овощи, ягоды. Делает запасы на зиму, ещё и им, Николаю с Машей да их деткам привозит. Всегда весёлая, всегда позитивная, всегда готова помочь во всём. Очень активная, прямо заражает своей энергией и жизнелюбием. А тут вдруг расхворалась ни на шутку. Даже в больницу попала.
Николай бы и не узнал о её болезни, если бы она сама ему не позвонила и не попросила съездить к ней, посмотреть забрали ли соседи к себе кошку. Её когда на скорой увозили, то она соседке ключ оставила, попросила за собакой присмотреть, ходить, кормить, а вот за кошку боится, что вдруг соседка одну в доме закрыла. Ведь пропадёт с голоду. А позвонить соседке не может. У той нет телефона, разбила.
Маша съездила сама. Убедилась, что и с собакой всё в порядке, и с кошкой тоже. А ещё заметила, что с дровами у матери проблема. Она ведь никогда не просит и не жалуется, а вот соседка рассказала, что не смогла та вовремя запастись. Болела, много денег на лекарства ушло. Да и теперь болеет. А дрова экономит. Чуточку подтопит, а так кутается во всё тёплое, да чай горячий пьёт, чтобы согреться. Вот видимо и застудилась. Полы-то ледяные. Стены промёрзли, ведь толком не отапливается нынче...
Маше не по себе, аж в жар кинуло и стыдно ужасно. Как же это они не досмотрели, не поинтересовались?...
Тамара им постоянно гостинцы какие-то везёт, помощь предлагает, интересуется, как у них дела. А они всё как должное принимают. Вроде так и нужно. А сами о ней ни разу не позаботились, не поинтересовались... И ведь прекрасно знали, что одна она уж больше семи лет живёт, а ведь у неё тоже возраст, проблемы свои. А они и не побеспокоились...
Маша сходила в больницу, передачку отнесла, поговорила с матерью, успокоила, что дома всё нормально.
А вечером с Николаем стала говорить, мол, надо бы твою маму к себе забрать. Не дело в таком возрасте пожилую женщину одну оставлять. К тому же нынче она без дров осталась, а ему, сыну, и дела нет. Как же он упустил, почему не предусмотрел, не подумал, не позаботился? А мать вот простуженная, в больницу попала, благо, что вовремя, а то бы и вообще воспаление или чего похуже получила бы.
Николай психанул, и почему это вечно во всех проблемах у всех всегда он виноват? С чего бы это? Она что, сама сказать не могла, что дрова нужны, или он бы отказал ей? Всегда во всём помогал, не отказывал. Но почему он должен следить, проверять, что там есть, а чего нет?
Ну, а Маша говорит, что надо решать, как дальше быть. Надо бы из больницы к себе её перевозить. Вон, Максим сейчас учится, домой лишь на каникулы да выходные приезжает, так пусть мать в его комнате будет пока. Ну, а когда сын приедет на несколько дней, так вполне может временно с Сашей в одной комнате побыть. Сашка сама любит, когда брат приезжает. Они ведь тогда чуть не до утра то в её, то в его комнате вместе сидят. То играют в компьютере, то какие-то ролики снимают, хохочут. То среди ночи на них жор нападает, все спят, а они в кухню готовить идут, пекут какие-нибудь вкусняшки. Вот и побудут в одной комнате, они всё равно друг без друга не могут. Вечно какие-то тайны и секреты. Она во всём у брата совета просит, слушается его.
Коля с Машей в своей спальне, а у мамы тоже своя комната появится.
Николая же такая перспектива никак не устраивает. Во-первых: обидно, что его уже заранее обвинили с этими дровами и болезнью. Он всегда болезненно относится ко всем замечаниям. Ну а во вторых: у него своя семья. Почему они должны в чём-то ущемлять себя? Да, дети дружные, но это мальчик и девочка, уже взрослые. Неудобно им в одной комнате. Да и всем придётся терпеть неудобства, дискомфорт, когда посторонний человек вдруг в квартире появится. Да ещё и в таком возрасте, со своими причудами, болячками, своим укладом и привычками. И чего это все должны под кого-то подстраиваться?
- Маша, ну ты сама-то подумай. Вот только свободно вздохнули, отца похоронили, а теперь предлагаешь ещё одну старуху домой притащить?
- Коля, ты сам себя слышишь?! О чём говоришь?! Моего папу я досматривала в его квартире. У нас он был всего полторы недели, когда его уже совсем одного оставить нельзя было. А так я днём с ним была, ночевала у него. И сюда бегала, чтобы наготовить, детей проверить. Разрывалась на два дома.
А сейчас речь о твоей маме. Вон, я с Максом и Сашей поговорила, они ничего против не имеют. Максим сказал, что ему вообще не нужна пока своя комната, он лишь изредка теперь приезжает, вполне с Сашкой перекантуются. А ты-то чего так злишься?
- Да ничего! Нечего из меня крайнего делать, вечно я у вас в чём-то виноват! Да и не мать она мне никакая вовсе. Чужой человек. Может, давай, узнаем, как это в специальных заведениях для одиноких стариков? У нас ведь есть в городе такое? Надо узнать, что для этого нужно, сколько стоит. Ей ведь там лучше будет. И уход, и режим, и лечение, всегда под присмотром. Да и не скучно, там ведь таких много. А здесь кто с нею постоянно сидеть будет?
- Дааа, Коленька... Ну ты и выдал!... Удивил, так удивил...
- Что опять не так? В чём я не прав-то?! Ну чего вы все так на меня уставились? Опять вы все тут такие хорошие и порядочные, а я у вас во всех грехах виноват?! А я о вас всех, между прочим, беспокоюсь, о вашем покое и благополучии пекусь!
Дети лишь недоумённо смотрят по очереди то на отца, то на мать. А Маша продолжила:
- Коля, да речь-то не об этом... Ну как же язык-то у тебя поворачивается говорить, что она чужой человек, не мать... Ведь она с двух лет тебя растила. Сам рассказывал. А когда отца не стало, так не отказалась от тебя, сама поднимала. Одна. Сыном всегда считала. Родным. Единственным. И сейчас ты для неё единственный и родной сын. У неё ведь нет больше никого. Она в тебе души не чает, детей наших своими родными внуками считает, балует их, подарки дарит. А как она помогала нам, когда нам помощь нужна была, как сейчас заботится... А ты - в дом престарелых предлагаешь... Эх, Коля, Коля... Нельзя так! Неправильно это. Ты как хочешь, а мама твоя будет с нами, вон, в комнате Максима поживёт. Надо всё приготовить для неё, как выпишут из больницы, ты съезди, сам её привези к нам. Ей приятно будет, что сын о ней заботится. Ты ведь на самом деле очень добрый. Я знаю. Иначе бы и не полюбила бы тебя, и замуж за тебя не вышла...
- Да мне-то что... Я просто думал о вас, что вам неудобно будет. А я-то, конечно, не против. Пусть живёт. Всё же мать...
Надо из гаража старый диван привезти. И кресло. Там ещё и постельного старого куча, что ты мне на ветошь давала. Я привезу.
- Зачем?!
Ну как, зачем? Диван с креслом ей поставим. Кровать Максима переставим в Сашкину комнату, а диванчик, что у неё в комнате, пока в зал переставим.
- Коооля! Ну о чём ты опять?! Какой старый диван, какая ветошь?! Ты с ума сошёл?! Зачем всё это?!
Дети тоже недоумённо смотрят на отца.
- Паа, ты чё? Сашка спит на своей кровати, я на диване, что в её комнате, он ведь раскладывается. А бабушка в моей комнате на моей кровати. Вот и всё - никаких проблем!
- Так я же как лучше хотел... Там ведь в гараже диван ещё вполне хороший, сгодится. И кресло вполне нормальное. И постельное.
- Пап, ну раз там всё такое хорошее, так ты его прибереги пока. Пусть стоит. Ты ведь тоже не вечный, когда-то состаришься. По твоей логике - это тебе как раз пригодится. Мы потом тебе поставим! - съязвила Сашка.
Николай аж передёрнулся. Махнул рукой.
- Да ну вас! Идите все... Умные слишком, добренькие, хорошие... Один я опять дурак...
Он быстро накинул куртку и ушёл в гараж.
-----------
А потом Тамара поселилась в семье своего сына Николая. Вначале противилась. Неловко было. Да и непривычно, боится стеснить кого-то.
За стол садятся, а она тревожно осматривается, словно ищет чего-то. А Маша перед нею ставит её любимую тарелку, любимую чашку. Даже ложку и вилку её. У Тамары даже слёзы на глазах.
- Оой, Машенька, а как же ты догадалась привезти мне?
- Ну я же помню, как вы всегда за столом искали именно свою ложку и вилку, как ели лишь со своей тарелки и пили из своей любимой кружки. Как детям объясняли, что это ваше любимое, что не можете есть из другой посуды, уж сколько лет бережёте именно вот это всё. Иначе и вкус не тот, и есть очень неудобно! Все смеются, а Тамара растрогалась от благодарности, улыбается, сама слёзы с глаз вытирает.
А потом начались будни. Первое время бабушка осваивалась, боялась нарушить их привычный уклад, помешать, побеспокоить. Всё спрашивала, можно ли что-то приготовить, что-то убрать, что-то сделать. Лишь потом освоилась. Всем сразу стало дома как-то теплее и уютнее. Часто вкусно пахнет свежей выпечкой, к приходу семьи всегда готов свежий обед или ужин. В квартире как-то уютнее стало. На подоконниках появились цветы. И кошка из её дома теперь поселилась вместе со своею хозяйкой, но никому она не мешала, а лишь приносила радость и тоже какой-то уют.
А ещё Тамара была очень весёлой, часто шутила. Скоро она уже со всеми соседями была знакома, все её полюбили.
Маша удивлялась. Сколько лет здесь живут, ни с кем толком знакомы не были, ничего друг о друге не знали. А теперь и их все знают, и они всех. Кто-то к ним в гости заходит, кто-то чем-то угощает, кто-то помощь предлагает, кто к себе зовёт, на рыбалку или на дачу к себе приглашают. Тамара со всеми общий язык нашла. Её все и полюбили, и с уважением относятся.
А Демидыч из соседнего подъезда даже ухаживать за Тамарой стал. Предлагает сойтись. Он-то давно вдовец. Раньше здесь сантехником был, и теперь, если у кого нужда есть - помогает. Мужик хороший, рукастый. Не пьёт, не буянит. И вовсе не нытик. Опять же не жадный, пенсия хорошая. А две-то пенсии лучше, чем одна.
Тамара смеётся. Она под окнами все газоны цветами засадила. Теперь постоянно бегает, ухаживает. Демидыч ей воду для полива подносит, помогает полоть, мусор убирать.
Потом прогуливаются вдвоём, о чём-то без конца разговаривают.
А ещё попозже Тамара объявила родным, что благодарна она им за тепло и приют, но пора и честь знать. Переезжает она от них. К Демидычу!
А вот домик свой она на Николая переписала. Пусть он теперь как дача для них всех будет. Участок там хороший, ухоженный. А стоят такие участки теперь очень дорого. Продать-то никогда не сложно, а вот купить да обустроить - сложнее. Да и дети растут. Можно этот дом в порядок привести да благоустроить или вообще перестроить, сделать дом больше. В общем - пригодится он им. Ну а она теперь всегда рядом будет, по соседству. Они с Демидычем в соседнем подъезде. А если что и не заладится, так уж не бросят её дети, разрешат ей дожить свой век в том доме.
Маша рада за маму, да и Николай рад. Они все за это время как-то особо сблизились. И дети к бабушке ещё больше привязались. Привыкли, что теперь они всегда все вместе. Ну а она благодарна им за всё, всем подругам хвастает, какая у неё дружная и заботливая семья, как любят её и как заботятся.
ИВ
Советую прочитать: