Как моя мама научилась дрова колоть. Кирпичные печки.

Как моя мама научилась дрова колоть. Кирпичные печки.

Дело было в далëком 1963 году. Муж мою маму бросил с двумя маленькими детьми, моими старшими братьями. Без средств к существованию. Как хочешь так и выкручивайся, он тогда увлëкся женщиной, которая была старше него аж на 15 лет. Она гинеколог, а он обычный шоферюга, ни одного класса образования, его моя мама читать научила. Сбежал от детей, ему видите ли каждый день секс нужен был и на дню несколько раз. А тут дети. Водопровода и канализации нет, печку надо топить, воду таскать. У гинекологини же двухкомнатная квартира в новенькой хрущëвке.

Дело было промозглой осенью. Жили они тогда в доме с печным отоплением, на первом этаже. Зимы тогда были суровые, морозы доходили аж до -50. Дети маленькие, одному 5, другому 3. Дров бывший не заготовил. Денег что он давал 20 рублей, даже на еду не хватало. Кое как мама раздобыла денег и заказала дрова. А привезли огромные берëзовые чурки до метра в диаметре. Как их колоть? Дома дети мëрзнут. Села она тогда на чурку и заплакала. Тюкала тюкала, ничего не получается. А надо как то целую машину расколоть. Денег, чтобы нанять кого то нет.

На лавочке во дворе сидел старый дедушка, сосед. Он в то время раком болел и доживал последние дни. Попросил родственников в последний раз его на улицу вывести.

Видит он такую картину, девчонка с дровами мучается, никак расколоть не может. Он тогда подозвал еë к себе и говорит:-" Доченька, ты чурочки по краям обкалывай, потихонечку, а то ты бьëшь в середину, так чурка ни за что не расколется." Попробовала моя мама по краям бить, поленья сразу и начали отлетать. Таким образом, дедуля уже умирая, умудрился доброе дело сделать. Детей от простуды, а может быть и от смерти спас. А мама, таким образом, все дрова переколола. Бывший даже не пришëл ни разу, не помог. Приходилось им жить в той квартире, аж до 1970 года, а потом мама выхлопотала другую квартиру, на втором этаже. Это было как земля и небо. Первый этаж из кирпича, а второй из брëвен. Там тоже было аж три печки. Русская, голандка и обычная топочно варочная скомбинированная с русской. А в ванной ещë и титан чугунный был. В этой квартире родилась я. Квартиру выдали когда мама в роддоме была. Центральное отопление в доме делали уже при мне, я даже помню, как это было, хотя мне тогда 3,5 года только стукнуло. Все соседи свои печки поразобрали и выкинули. А мама свои печки не дала разбирать. Как же они выручали нас, осенью и весной, когда отопление отключено было. Все соседи мëрзли, электричество жгли обогревателями. А у нас печки топились. В ванной титан воздух и воду согревал. Русская печка пирожки пекла, а голландка зал и спальни грела. Соседи завидовали, а кто им виноват? Сами свои печки выкинули, никто их не заставлял. Потом и мои дети в тепле жили, благодаря этим печкам. Вот только титан мой отец выкинул, чтобы поставить на его место стиральную машину. И поставил его около сарая. Мама просила, чтобы он его занëс внутрь, а он поленился. В ту же ночь титан спëрли. Мне его до сих пор жалко. Он красивый был, литьë украшеное лилиями, а ручка на кране фигуристая бронзовая. Дом старый, купеческий. Титан еще с царских времëн. Он до сих пор мог бы служить.

А меня мама научила колоть дрова в детстве, очень полезное умение, знаете ли.

Ту квартиру мама перед смертью продала, перешла жить на дачу, разделила деньги между мной и моими братьями. Очень я по ней скучаю, уговаривала маму не делать этого. Но, яйца курицу не учат. Теперь та квартира мне снится. Потолки 3,80 , книжные шкафы встроенные, резные от пола до потолка. И печки, милые моему сердцу кирпичные печки, исцеловала бы их сейчас. Но там сейчас сделали магазин. Когда ломали печки, три камаза кирпича вывезли. Жаль я не знала, когда они вывозили, а то бы я выкупила этот кирпич. И шкафы книжные, такие сейчас только на заказ и за большие деньги. А мои несчастные книги, так и лежат в мешках и коробках на чердаке теперь.