Елена вздохнула, когда услышала осторожный стук в дверь. На пороге стояла Оксана, новая соседка с третьего этажа, держащая в руках корзинку с пирогами. Лицо у неё было серьёзным, словно она пришла не пирогами угощать, а вести строгий допрос.
—Извините, Елена, — проговорила гостья, — но мне кажется, что с вашей дочкой что-то не так. Она ведь не всегда такая рассеянная? Возможно, ей нужна особая школа или дополнительное обследование?
Елена нахмурила брови. Соседка говорила тихо, но доброжелательности в голосе не было.
—Оксана, вы, конечно, из лучших побуждений, но что именно вас насторожило?
—Да вот: вы попросили её обедать сесть, а через пару минут снова повторили то же самое. Девочке лет десять? А ведёт себя, как будто и не понимает слов. Может, специалисты подскажут, как лучше помочь… Или вы просто разрешаете ей что угодно?
Елена опустила глаза, пытаясь сдержать улыбку. Она знала, как возникает эта путаница, и уже даже находила в этом своеобразное развлечение. Но Оксане было невдомёк, что в квартире две одинаковые девочки, а не одна «забывчивая».
—Мне не очень приятно выслушивать подобные диагнозы, — суховато произнесла Елена. — Может, я сама как-нибудь решу, что делать со своим ребёнком?
Соседка быстро засуетилась:
—Ой, простите, не хотела вас обидеть! Я, пожалуй, пойду, — произнесла она, поставив корзинку на обувную тумбу. Но, проходя мимо кухни, внезапно застыла: там сидела в точности та же «дочка», хотя секунду назад она, казалось, побежала в другую комнату. Ребёнок же, увидев недоумённое лицо Оксаны, беззаботно расхохотался.
Елена тоже еле сдержала смешок. Что поделать, если её дочери — близняшки Марина и Олеся — всегда находят способ запутать любопытных гостей?
Вспоминая собственную беременность, Елена невольно смеялась. Её тогда вёл ворчливый доктор Павел Георгиевич, уверявший, что «плод крупный, просто крупный, никакой там двойни нет». А молодой акушер Дмитрий подозревал обратное, но его коллега только отмахивался.
—Поверьте старшему поколению, — поучал Павел Георгиевич, — никаких близнецов я тут не вижу.
На девятом месяце Елену направили в роддом. Там быстро выяснилось, что доктор ошибся, причём далеко не в мелочах. Пока Павел Георгиевич ругался с медсёстрами, у Дмитрия был план: подготовить вторую кроватку для ещё одного малыша.
Елена, ошарашенная скорым появлением двух дочерей вместо одной, лишь успела пожать плечами. Уже через двадцать минут обе крошки громко возвестили о своём рождении.
—Ну, так и быть, признаю оплошность, — буркнул виновато Павел Георгиевич, — пора, наверное, мне на заслуженный отдых.
Елена была слишком счастлива, чтобы сердиться на чью-то ошибку. Ей предстояло воспитывать двух девочек, а для молодой семьи это всегда маленькое землетрясение.
Поначалу дома царил настоящий хаос. Константин, муж Елены, носился по квартире с двумя бутылочками, вечно путаясь, кто уже поел, а кто — нет. Ночи с тремя-пятью подъемами стали привычкой. Бабушки помогали, конечно, но всё равно родители путались: какую малышку успели искупать, а какую — даже не начинали.
—Лена! Кажется, я уже дважды покормил ту, которая в розовом комбезе! — кричал из комнаты заспанный Константин.
—Давай поменяемся? Ты возьми ту, что в полосатом, а я пока догляжу за розовой! — предлагала Елена, сама временами путаясь, где розовая, где полосатая.
В конечном счёте они стали водить настоящий «учёт»: кто, когда и кого кормил. Время шло, сёстры подросли, научились есть ложкой (правда, поначалу чаще мимо рта), а заодно освоилась и Елена с Константином.
Когда девочки пошли в школу, сходство сыграло им на руку. Они одевались одинаково, заплетали похожие хвосты, иногда переглядывались озорными взглядами.
Учителя поначалу путали их, но особых нареканий не делали, разве что смеялись, не зная, кто из сестёр сегодня отвечал урок.
Марина и Олеся ещё в детском саду понимали, что такой бонус нельзя упускать. Одна любила математику, другая — язык и литературу, и они договорились: каждая старается за двоих на «своих» предметах. Потом творчески обменивались галстуками или бантами, чтобы внедряться на чужой урок «под видом сестры».
—Маринка, в следующий раз ты пойдёшь вместо меня на контрольную по литературе? — умоляюще спрашивала Олеся, у которой в этот день голова болела, да и сочинение писать не хотелось.
—Само собой! Но тогда ты решай за меня задачи по геометрии!
Годы летели, а привычка сестёр использовать сходство не исчезала. К выпускным экзаменам они, конечно, готовились, но не упустили случая пару раз подменить друг друга.
В университете — то же самое. Один из преподавателей Марине однажды сказал: «Я помню, вы здесь уже проходили практику на прошлой неделе». Она лишь кивнула и улыбнулась, потому что на прошлой неделе вообще-то приходила Олеся.
—Знаешь, нам и замуж надо выходить так же, — хохотала Олеся. — Проверим кавалеров, поймут ли, что мы переоделись?
—Не, у тебя совершенно другой характер! «Они раскусят нас на раз-два», —считала Марина.
И действительно, избранники оказались внимательнее, чем можно было подумать. В итоге сёстры сыграли две пышные свадьбы: каждая подошла к торжеству с явным желанием не сливаться «в одно лицо».
Спустя несколько лет Олеся родила сына и в консультации с удивлением встретила знакомую Еленину акушерку. Та сразу ошибочно приняла Олесю за Марину — «Подумать только, вы опять беременны, как же быстро!» Сестра не растерялась, улыбнулась и поправила врача: «Мы разные люди, просто очень похожи». Врач, помедлив, весело рассмеялась.
Марина тоже быстро обзавелась семьёй и дочкой, которая унаследовала её озорные глаза. Однажды на день рождения дочери Марина заказала огромный торт, а Олеся задержалась с покупкой фруктов.
Когда она, запыхавшись, вбежала в дом, малышка тут же закричала: «Мам! Как ты так быстро переоделась? Ты ж только что в другой комнате была!» Олеся растерянно посмотрела на сестру: в точности такую же кофту Марина нашла у себя в шкафу и решила, видимо, надеть в последний момент.
—Видимо, наши дети думают, что мы можем телепортироваться, — усмехнулась Марина.
Прошло время, близняшки давно переехали кто куда, создали собственные гнёзда. Но стоит им пересечься, как вся семья вновь вспоминает о «двойных» историях.
Константин, уже с солидной проседью, любит рассказывать, как он тридцать раз подряд менял пелёнки, не понимая, почему «малышка» всё не засыпает.
Елена смеётся, вспоминая удивлённое лицо Оксаны, которая решила, что девочка «отстаёт в развитии», а оказалось — детей двое. Смешнее всего, что эти «двое» за всю жизнь так и не перестали друг друга дурачить.
Сейчас у Марины и Олеси взрослые семьи, и, если когда-нибудь они приезжают вместе к родителям, сразу вспыхивают улыбки у всех домочадцев.
Две одинаковые, но такие разные женщины обнимают Елену и Константина, и кажется, будто в комнате всё ещё смеются те две крошки, которые когда-то чуть не довели врача до инфаркта своим неожиданным появлением на свет.
Другие рассказы автора: