Тем, кто увлекается искусством и посещает музеи и выставки, Сергей Иванович Щукин хорошо известен как коллекционер, собравший в своем особняке в Большом Знаменском переулке большую коллекцию французских художников-импрессионистов и постимпрессионистов.
Но эта выставка открывает нам другу часть собрания- предметы прикладного искусства, фарфор, иконы, мебель.
В 1910-1911 годах Сергей Щукин пожертвовал значительные средства на создание в Москве Психологического института в память о скончавшейся в январе 1907-го жене Лидии Григорьевне. Для него были написаны парные портреты супругов. В работе института в первые годы его существования принимал активное участие сын коллекционера Иван Сергеевич.
C 1882 по 1918 год семейство Сергея Щукина занимало старинный особняк в Большом Знаменском переулке. Это рядом с ГМИИ им.А.С. Пушкина и сейчас принадлежит военному ведомству.
История этой усадьбы берет отсчет от середины XVIII века, а в начала XIX столетия ею владели князья Трубецкие. Дом неоднократно перестраивали и заново оформляли: сначала в духе классицизма, затем историзма, в 1909 году деликатные дополнения выполнил Лев Кекушев.
На архивных фотографиях и планах владение предстает сложным и многослойным. Оно вмещало, помимо коллекции из более чем 250 произведений нового искусства, располагавшейся в парадных залах, по крайней мере такое же число других предметов.
В октябре 1918 года советское правительство национализировало все щукинское собрание. Галерея нового искусства открылась для публики под названием Музей новой западной живописи (МНЗЖ, с 1923 - 1 отделение Государственного музея нового западного искусства (ГМНЗИ)).
В доме было крайне тесно: здесь проживали сотрудники музея, служащие Главнауки Наркомпроса, весь первый этаж занимал Всероссийский комитет помощи инвалидам войны, больным, раненым и демобилизованным красноармейцам. Когда в 1921 году в должность директора МНЗЖ вступил Борис Терновец, обнаруженные им в доме коллекции старых мастеров, керамики, икон, искусства Востока сперва едва не обескуражили его. Началась планомерная работа по инвентаризации, которая зафиксировала состав этих собраний и впоследствии позволила найти их сохранившиеся фрагменты. Следующим этапом стала передача коллекций в другие музеи - этот процесс отражен в официальных актах.
Письмо Академического центра Главнауки Наркомпроса в отделение Государственного музея нового западного искусства. 17 мая 1924 Отдел рукописей ГМИИ им А.С. Пушкина В мае 1924 года Главнаука распорядилась передать произведения китайской живописи музею Ars Asiatica. На бланке распоряжения сохранился автограф главы учреждения - жены Льва Троцкого Натальи: «Выдать немедленно».
Процесс передачи длился сначала до 1928 года, когда I (Щукинское) отделение ГМНЗИ было объединено со II (Морозовским) и покинуло исторический особняк, а затем продолжился вплоть до 1940 го. Каждая выдача утверждалась вышестоящей инстанцией - Музейным отделом Главнауки Наркомпроса и с 1936 года Комитетом по делам искусств.
Благодаря подробным документам сегодня можно совершить воображаемое путешествие по щукинскому дому.
Древний Египет.
При входе в зал ,где размещена египетская часть собрания Щукина, привлекает внимание эта яркая, светящаяся маска. Подобные маски древние египтяне помещали на голову мумии. На лице маски - тонкий слой позолоты. Золото было не просто символом богатства и статуса. Оно воплощало плоть богов, в том числе плоть солнечного бога Ра, с которым умерший должен был объединиться после смерти. Изображенный на маске ( на затылке) крылатый жук-скарабей с солнечным диском в лапках являлся ипостасью бога Ра, олицетворяя восходящее солнце.
Артефакты Древнего Египта - наиболее многочисленная из всех «неизвестных» частей собрания Сергея Щукина: почти 140 предметов. Интерес к этой культуре отразился в неоднократных путешествиях коллекционера в Египет, которые он совершал в драматические моменты жизни.
Птах-Сокар-Осирис Египет, Ахмим. 332-30 годы до н.э. Дерево, гипс, краска Отдел Древнего Востока ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Статуэтка изображает погребального бога древних египтян Птах-Сокар-Осириса. В нем соединились представления о трех древнеегипетских богах: боге-творце Птахе, покровителе мемфисского некрополя Сокаре и царе загробного царства Осирисе. Все они были божествами возрождения. Птах-Сокар-Осирис изображен в виде мумии с человеческим лицом, в парике и короне атеф (два пера и солнечный диск) с бараньими рогами.
В начале 1906 года, находясь в Каире, семейство Щукиных ожидало результатов поиска пропавшего в конце осени сына Сергея (его найдут утонувшим в Москве реке). А осенью 1907-го, потеряв жену в расцвете лет, меценат вернулся в Египет, чтобы отправиться в изнурительное путешествие по пустыням Синайского полуострова, к монастырю Святой Екатерины. Вероятно, в результате этих поездок в доме Щукиных и появились египетские древности.
Голубые фигурки -это ушебти, или слуги.Их задачей было выполнение работ в раю за хозяина. Умершему ведь предстояло на разгуливать в райском саду , наслаждаясь покоем , а обрабатывать этот самый сад, заодно и поля .
Коллекционирование таких предметов в то время было областью постоянного интереса как глубоких знатоков, так и экспериментаторов. Тем не менее, собрание Сергея Щукина отличалось необычным подходом: владелец явно отдавал предпочтение не утонченным произведениям, а упрощенным, даже грубоватым «массовым» вещам всех периодов истории этой цивилизации - от Древнего царства до Птолемеев.
В коллекции Сергея Щукина была группа из пяти древнеегипетских деревянных полихромных статуэток конца Древнего - Среднего царства. Все пять статуэток представлены на выставке. Они изображают знатных египтян, но, поскольку ни на одной из пяти не сохранилось надписей, имена их владельцев неизвестны. Фигурки предназначались для гробниц, и, судя по стилю, три из них сделаны одним мастером.
Канопы. Египет. XI-IV века до н.э. Известняк (серовато-белый) Отдел Древнего Востока ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Канопы - сосуды, которые древние египтяне использовали во время процесса мумификации. Внутренности умершего человека бальзамировали отдельно, заворачивали в куски льняной ткани и помещали каждый орган в один из четырех сосудов с крышками в виде голов сыновей бога Хора: Амсети - с человеческой головой (для печени), Дуамутефа - с головой шакала (для желудка), Кебехсенуфа - с головой сокола (для кишок), Хапи - с головой павиана (для легких).
Анубис в образе шакала Египет. | тыс. до н.э. Дерево, гипс, краска Отдел Древнего Востока ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Анубис отвечал за бальзамирование , его еще называли бог-бальзамировщик.
Статуэтки Осириса, Исиды с младенцем Хором, Анубиса, Хонсу, Имхотепа, Нефертума, Харпократа и других Египет. | тыс. до н.э. Бронза Отдел Древнего Востока ГМИИ им. А.С. Пушкина
Такие предметы можно было приобрести и в самом Египте, и в европейских столицах, их стоимость была относительно невысокой. По свидетельству Анри Матисса, Сергей Щукин, приезжая в Париж, отправлялся в египетские залы Лувра.
Тяготение к элементарным формам, крайне простая роспись, следы времени, внимание к глубокой и сложной фактуре материала - во всем этом Щукин видел пересечения с современным ему искусством, таким как работы Поля Гогена или Пабло Пикассо.
Пабло Пикассо (1881, Малага - 1973, Мужен). Дружба (II). Эскиз картины Зима 1907-1908. Бумага, гуашь, акварель . Отдел графики ГМИИ им. А.С. Пушкина.
В пору рождения кубизма художник словно пересоздавал мир, изображая крупные, мощные фигуры с упрощенными очертаниями. Как-то Анри Руссо сказал молодому Пикассо, что тот пишет «в египетском стиле». Проницательность этих слов подтверждает коллекция Щукина, где и схематичные формы, и оттенок дерева древнеегипетских предметов неожиданно напоминают о раннем кубизме.
Поль Гоген 1848, Париж - 1903, Атуона Vairaumati tei oa (Ее звали Вайраумати) 1892 Холст, масло Отдел нового западного искусства ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Художник создал эту работу на Таити, стремясь соединить образы экзотической природы и островитян с мировым художественным наследием. Девушку - избранницу верховного божества из таитянских мифов - он изобразил в позе, характерной для искусства Древнего Египта. Увлечение живописью Гогена для Щукина совпало с чередой семейных трагедий. Отражением этого стал ансамбль, который современники назвали «гогеновским иконостасом».
В диалоге с одной из древнейших цивилизаций мира московский коллекционер смотрел в будущее.В 1922 году Борис Терновец передал коллекцию Щукина египтологу энтузиасту Владимиру Викентьеву, создателю Музея института классического Востока (МИКВ), где тот стремился объединить все древневосточные собрания Москвы. Увы, при этом лишенные изящества предметы были несправедливо обозначены как "сомнительно подлинные". Фонды МИКВ вскоре стали частью Музея изящных искусств - будущего ГМИИ им. А.С. Пушкина. Во время подготовки выставки состав собрания (насколько позволяют сведения из архивных документов) был реконструирован специалистами отдела Древнего Востока, которые окончательно опровергли сомнения столетней давности.
Парижский восток.
Коллекция живописи, скульптуры, оружия Востока складывалась в доме Сергея Щукина, вероятно, параллельно более известному собранию восточного искусства его брата Петра, а также отчасти Дмитрия. Пристальный интерес к восточным культурам передался и сыну Серген Щукина - Ивану Сергеевичу, посвятившему этой сфере свою профессиональную жизнь. Щукины приобретали такие предметы и России, и за рубежом, но Сергей Иванович, вероятнее всего, делал покупки в Париже.
Это китайское божество-самое древнее произведение искусства Востока в коллекции Сергея Щукина.
В Париже находилось более полутора сотен специализированных магазинов, ассортимент которых в основном трофеи времен Второй опиумной войны (1856 1860) - в русле моды на японскую и китайскую экзотику был весьма богатым. Восточные артефакты можно было купить также в знакомой Щукину галерее Art Nouveau Зигфрида Бинга или у дилера художников авангарда Жозефа Бруммера.
Предпочтение, которое меценат отдавал предметам из Китая, Японии, Кореи, логичнее всего объяснить воздействием этой эстетики на художественный язык импрессионизма, постимпрессионизма, символизма. В последнем варианте щукинской экспозиции в Большом Знаменском переулке, в 1914 1919 годах, часть китайских картин на шелке фигурные композиции - составляла ансамбли с произведениями Поля Сезанна, Винсента ван Гога, Андре Дерена.
На этой стене сопоставляются два портрета .Слева- портрет доктора Рэя, работы Ван Гога, а справа- корейского чиновника Ли Токсу . Вероятно, портрет входил в один из альбомов изображений знаменитых соотечественников, которые получили распространение в Корее в конце эпохи Чосон (1392-1897). Для подобных произведений характерно внимание к мельчайшим подробностям внешности героя, в данном случае пожилого сановника, изображенного в форменной одежде. На рубеже XIX-XХ веков в Европе редко различали искусство Кореи и Китая, и эту работу считали китайским «портретом старика».
Здесь наглядно можно видеть любовь Ван Гога к восточному искусству.Да и на других его работах нет нет да и промелькнет восточный веер или зонтик. На своей экскурсии по импрессионистам в Пушкинском музее я обязательно это отмечаю.
На выставке есть замечательный альбом группы "Синий всадник", это уникальная вещь , поскольку был единственным выпуском. Я исхитрилась через витрину сфотографировать открытую страничку.Здесь сопоставляется работа Ван Гога и фрагмент японской гравюры.
Der Blaue Reiter / Herausgeber: W. Kandinsky, F. Marc. München: R. Piper & Co., 1912 [Синий всадник / под ред. В. Кандинского, Ф. Марка. Мюнхен: Р. Пипер и Ко., 1912]. Научная библиотека ГМИИ им. А.С. Пушкина, Москва.
В единственном выпуске своего альманаха-манифеста Василий Кандинский и участники группы «Синий всадник» сопоставили наследие Средневековья, древних цивилизаций и неевропейских культур, примитив, детский рисунок и наметили новые пути диалога между ними. Экземпляр из библиотеки Сергея Щукина свидетельствует, что меценат воспринимал такие пересечения в том числе и с точки зрения искусства авангарда.
Для меня открытием стала вот эта пара работ:
Картина символиста Одилона Редона (1840, Бордо - 1916, Париж) Весна висит в постоянной экспозиции галереи Пушкинского музея. Обнаженная девушка на фоне древа жизни ( это я так интерпретирую). Символы вечной жизни на земле. Для французского художника-символиста искусство Востока оставалось важнейшим источником вдохновения на протяжении всей жизни. Используя технику тонкой клеевой живописи и матовый грунт, он словно добивается сходства своей работы с древним китайским свитком. Возможно, именно такой эффект привлек к этому произведению внимание Сергея Щукина.
Мне и в голову не приходило, что художник следовал здесь моде на китайскую живопись.
Несколько бликует, но иначе не получается сфотографировать. Пионы и фазаны Китай. XVII-XVIII века Шелк, тушь, краски Государственный музей Востока, Москва.
Жанр классической китайской живописи «цветы и птицы», оформившийся как самостоятельный в Х веке, связан с представлениями о гармонии миросозерцания в неоконфуцианстве. Каждый образ и их сочетание имеет здесь глубокое символическое наполнение. Так, «императорский цветок» пион обозначает власть и процветание, а вместе с фигурами фазанов составляет ребус благопожелание, читаемое как «богатство и почет».
И еще один сюжет из китайской живописи.
Чжоу Фан Работал в 780-810 годах. Ян Гуйфэй после купания Китай. Ранняя копия (XVII-XVIII века?). Шелк, тушь, краски Государственный музей Востока.
Согласно легенде, император эпохи Тан по имени Сюань-цзун пленился юной Ян Юйхуань, увидев ее после омовения. Этот сюжет из истории красавицы, ставшей «драгоценной наложницей» (гуйфэй) правителя, вошел в число излюбленных мотивов классической китайской живописи, где изображение наготы в целом встречается редко.
Драгоценная наложница соседствует в коллекции Щукина с картиной Поля Сезана.
Поль Сезанн (1839, Экс-ан-Прованс 1906, Экс-ан-Прованс). Пьеро и Арлекин (Марди-Гра). 1888-1890. Холст, масло. Отдел нового западного искусства ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Знаменитая композиция, изображающая сына Поля Сезанна и его друга в виде персонажей традиционного масленичного карнавала, вошла в собрание Сергея Щукина в 1904 году. Сочетание статичности и внутренней динамики фигур, родственное искусству Востока, было явно подмечено коллекционером.
На нижеследующем фото 1914 года запечатлен зал Сезана в особняке Сергея Щукина в Большом Знаменском переулке.
Павел Орлов. Зал Сезанна в особняке Сергея Щукина 1914. Отдел рукописей ГМИИ им. А.С. Пушкина L'Art décoratif, Revue de l'art ancien & de la vie artistique moderne. 1912. Nos. 164, 167, 172, 179, 182, 185 [Декоративно-прикладное искусство. Журнал о старом искусстве и современной художественной жизни, 1912. № 164, 167, 172, 179, 182, 185].453 Научная библиотека ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Теперь мы переходим в следующий зал, посвященный старой живописи.
Старая живопись
Зал старой живописи - так в архивных документах назывался, наверное, самый необычный ансамбль дома в Большом Знаменском, где соединились и очень непохожие друг на друга произведения, и сами судьбы братьев и сына Щукиных.
Облик этой комнаты, до последнего остававшейся неизученной, запечатлен на одном из снимков, сделанных в щукинском особняке до эмиграции коллекционера.
По насыщенности, сложности ассоциаций, разгаданных и неразгаданных тайн зал занимает особое место среди всех интерьеров дома.
Такие гарнитуры из крупных ваз, носившие название kaststel, нередко украшали интерьеры нидерландских домов. В них отразилась мода на китайский фарфор: голландские мастера воспроизводили форму и сочетание цветов драгоценных восточных ваз в недорогом фаянсе. Роспись также насыщена китайскими мотивами, которые европейские художники копировали, не задумываясь об их символическом значении.
Зал старой живописи располагался в той части щукинского дома, которую пристроил к особняку Лев Кекушев. Мебель здесь, возможно, также была изготовлена по эскизам архитектора.
Стулья Россия. Начало ХХ века.Береза, бронза, золочение, красная кожа, белая эмалевая краска. Государственная Третьяковская галерея, Москва.
В 1930 году два стула из гарнитура были переданы в Третьяковскую галерею как примеры русского декоративного искусства эпохи промышленного капитализма для марксистской экспозиции, которую создавал Алексей Фёдоров-Давыдов.
Зал старой живописи объединял произведения мастеров Италии и Нидерландов, русские шитые иконы, буддийскую икону-танку, делфтские вазы и европейскую керамику XVI-XVIII веков в окружении русской мебели в стиле модерн.
Большинство из входивших в композицию европейских картин до революции приписывали испанской школе или даже самому Франсиско де Сурбарану.
Джованни Баттиста Караччоло, прозванный Баттистелло (1578, Неаполь - 1635, Неаполь). Жертвоприношение Авраама. Холст, масло. Отдел искусства старых мастеров ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Крупное и эффектное полотно при Щукине считали работой Франсиско де Сурбарана, затем приписывали неизвестному мастеру-караваджисту. Имя подлинного автора картины установила Виктория Маркова ( сотрудник музея). Художник работал в Неаполе, находившемся под сильнейшим влиянием Испании, поэтому связь произведения с испанской культурой выглядит не беспочвенной.
Это заставляет вспомнить о серьезном увлечении испанской культурой Ивана Щукина - младшего, «парижского», брата Сергея. Возможно, эти произведения, связанные с его опытами как коллекционера и арт-дилера, входили в его печально известное собрание и оказались в Москве после самоубийства владельца и неудачных попыток распродажи его имущества. Вероятно, на ансамбль также повлияла и деятельность Дмитрия Щукина вдумчивого знатока и собирателя искусства старых мастеров. А ведущую роль в создании этого выразительного сочетания артефактов столь разного происхождения сыграл сын Сергея Щукина Иван Сергеевич - на глазах, а возможно,и при участии, отца.
Алессандро деи Пеши, приписывается.Работал во второй половине XVII начале XVIII века в Риме. Натюрморт с рыбами, черепахой и угрями. Холст, масло Отдел искусства старых мастеров ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Натюрморт вначале относили к испанской школе, а затем приписывали кисти Элены Рекко. Виктория Маркова определила круг истинного автора полотна - мастера эпохи барокко, работавшего в Риме.
Абель Гриммер (1570/1573, Антверпен - 1619, Антверпен ).Проповедь в церкви. 1597 Дерево (дуб), масло. Отдел искусства старых мастеров ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Работа антверпенского мастера изображает сцену проповеди аскетизма и сдержанности, о которых, вероятно, рассказывает прихожанам католического храма монах-францисканец. Несколько схематичная и безыскусная манера Абеля Гриммера вновь привлекла внимание знатоков в начале ХХ века, когда коллекционеры оценили мудрую простоту и у старых мастеров, и у художников-современников, таких как Анри Руссо.
На противоположной от живописи стене размещены иконы : буддийская танка и русские шитые иконы.
Икона-танка «Белый Махакала» Тибет. XVIII век (?) Холст, грунт, роспись минеральными красками. Реставрирована в Государственном музее Востока в 2024 году; реставратор - Юрий Березин. Национальный художественный музей Республики Саха (Якутия), Якутск.
Грозный шестирукий защитник буддийской веры Махакала изображен с атрибутами борьбы: волшебным камнем, ножом-резаком, ритуальным барабанчиком, магическим трезубцем, чашей из черепа и крюком для захвата негативных проявлений. Он окружен тремя своими образами формами (внизу) и фигурами продолжателей своего учения (вверху). В 1920-х годах работа бытовала под гротескным названием «Ад (китайский лубок)».
Бичевание Христа. Москва. Вторая половина XVII века Мастерские Кремля, школа Василия Познанского. Атлас, репс, кружево, крашенина; аппликация, ткачество, плетение, масло. Музеи Московского Кремля.
Не рыдай Мене, Мати.Москва. Вторая половина XVII века Мастерские Кремля, школа Василия Познанского Атлас, репс, кружево, бумага, шнур шелковый, крашенина; аппликация, ткачество, плетение, масло Музеи Московского Кремля
В сложной технике аппликации из различных видов ткани создавали знамена, походные иконостасы, облачения на престол. На шитых иконах эта техника дополнена живописью в духе европейского барокко, а мотив заимствован из Библии Пискатора нидерландского сборника гравюр середины XVII века, что свидетельствует о культурном обмене между Россией и Западом во времена царя Алексея Михайловича.
В насыщенном ансамбле Зала старой живописи, если судить по архивным документам, в момент национализации собрания Сергея Щукина находилась небольшая коллекция европейской деревянной скульптуры XV-XVIII столетий.
Она не попадала в объектив фотокамер ни до, ни после революции. На выставке эта группа произведений, объединенных христианскими сюжетами, собрана в своеобразной камерной «капелле». В описи «художественных предметов» из щукинского дома, составленной в 1918 году, почти вся резная скульптура была обозначена как «испанское дерево».
Это позволяет связать ее с именем брата Сергея Ивановича - Ивана, любителя живописи старых испанских мастеров. Возможно, работы в начале XХ века были приобретены им как испанские и сохраняли эту первоначальную «легенду» Правда, уже начиная с 1920 х годов атрибуция постепенно изменилась: на самом деле скульптура выполнена итальянскими и немецкими мастерами эпохи готики и барокко.
Мадонна с младенцем Христом. Германия. Конец XV - начало XVI века. Дерево мягкой лиственной породы (липа?), резьба, роспись полихромная и позолота по левкасу. Музей архитектуры им. А.В. Щусева, Москва.
Произведение первоначально было обозначено как «испанское дерево», а затем считалось предметом работы «швабской школы». Скорее всего, оно создано мастерами Южной Германии, возможно Ульма. Вероятно, скульптура имела завершение в виде короны или диадемы на голове Марии.
Коленопреклоненные ангелы. Западная Европа. XVIII-XIX века. Дерево (липа), резьба. Отдел искусства старых мастеров ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Парные скульптуры, несомненно, служили обрамлением некоего центра композиции. Это мог быть как сакральный образ, так и эмблема или герб. Слегка суховатая манера резьбы позволяет предположить, что фигуры созданы в эпоху перехода от барокко к классицизму.
Также вероятно, что эти произведения были в числе тех, которые Иван Щукин пытался продать, чтобы избежать финансового краха. По крайней мере, одна из работ - «Голова неизвестного святого» - упомянута в каталоге аукциона, проведенного в Париже перед трагической кончиной Ивана.
Голова неизвестного святого (апостола?) Германия (?). XVII век Дерево (липа), резьба, роспись полихромная. Государственный музей истории религии, Санкт-Петербург.
Первоначально скульптура считалась изображением головы Христа, однако с короткими вьющимися волосами чаще изображали святых, возможно апостолов. Вероятно, произведение было частью небольшой алтарной скульптуры.
Наконец, можно предположить, что впоследствии уже Сергей Щукин принял решение сохранить коллекцию под кровом своего дома как воспоминание о младшем брате. Свою важную роль в этом мог сыграть и сын коллекционера Иван Сергеевич, в то время талантливый молодой интеллектуал, явно неравнодушный к диалогу наследия разных эпох и культур.
Святой Симеон с младенцем Христом на руках (фрагмент сцены Сретения Господня).Испания или Португалия. XVII век (?) Дерево, резьба, роспись полихромная. Отдел искусства старых мастеров ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Возможно, работа входила в ансамбль многофигурного алтаря-ретабло со сценой Сретения Господня. Это единственный скульптурный памятник из особняка Сергея Щукина, испанское происхождение которого подтверждено современной атрибуцией.
В 1924 году произведения в основном поступили в собрание Музея изящных искусств, откуда уже в конце 1930 х в соответствии с духом эпохи некоторые из них были выданы в другие учреждения - Антирелигиозный музей или Госторг для продажи. Сегодня удалось точно идентифицировать большую часть скульптур из щукинского дома все эти предметы представлены в зале.
От теплого старинного дерева мы переходим к холодному и прекрасному фарфору.
Керамика в доме Щукиных.
Как и в любой старинной усадьбе, в щукинском доме было немало предметов из фарфора, которые на дореволюционных фотографиях можно принять за обычные элементы декора и обихода. Однако их роль в истории и даже судьбе щукинского собрания выходит далеко за эти скромные пределы.
Когда в начале 1920 х годов сотрудники ГМНЗИ принялись за инвентаризацию находящихся в доме «художественных предметов», то основную часть среди них занял именно фарфор. Наиболее заметной была группа из более чем десяти крупных ваз Императорского фарфорового завода времен Николая I эпохи расцвета этого предприятия.
Столь роскошные и редкие произведения исторически бытовали в царских резиденциях, дворцах и родовых имениях знати, передавались по наследству. Скорее всего, они составляли часть истории дома до приобретения его Щукиными и изначально принадлежали князьям Трубецким.
Ваза «Спящий пастушок». По живописному оригиналу Алексея Гавриловича Венецианова Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод. 1858. Фарфор, роспись надглазурная, золочение, цировка; бронза, чеканка, золочение ГМЗ «Останкино и Кусково» (Коллекция Музея керамики / Кусково), Москва.
Ваза «Крестьянский мальчик, надевающий лапти». По живописному оригиналу Алексея Гавриловича Венецианова Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод. 1858 Фарфор, роспись надглазурная, золочение, цировка; бронза, чеканка, золочение ГМЗ «Останкино и Кусково» (Коллекция Музея керамики / Кусково), Москва.
Монументальные вазы с тончайшим воспроизведением живописных произведений - наивысшее достижение мастеров Императорского фарфорового завода середины XIX века. Картины Алексея Венецианова в те годы входили в собрание Эрмитажа. Орнаментальные детали с мотивами балалаек и снопов соответствуют сюжетам картин. Первоначально вазы были преподнесены императрице Марии Александровне - супруге Александра II - на Рождество 1858 года.
В начале 1920 х вазы ненадолго вернулись в залы, которые, вероятно, украшали в XIX веке, однако вскоре, уже в середине 1922 го, они были переданы в московский Музей фарфора и сегодня являются гордостью коллекции Музея керамики в Кускове.
После революции дом Щукина стал своего рода убежищем для еще одной коллекции фарфора, хранившейся в особняке по соседству. Эта группа предметов, возможно, принадлежала Людмиле Зиминой - сестре Алексея Морозова, на основе собрания которого возник Музей фарфора, и была передана туда именно из щукинского дома в том же 1922 году.
В экспозиции представлены две пары замечательных ваз 1829 и 1858 годов с живописными композициями из этой группы произведений.
Ваза с изображением чинов Роты дворцовых гренадер в Тронном зале императрицы Марии Фёдоровны в Зимнем дворце Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод. 1829 Фарфор, роспись надглазурная, золочение, цировка; бронза, чеканка, золочение ГМЗ «Останкино и Кусково» (Коллекция Музея керамики / Кусково), Москва
Ваза с изображением барабанщиков Роты дворцовых гренадер в Галерее 1812 года Зимнего дворца Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод. 1829 Фарфор, роспись надглазурная, золочение, цировка; бронза, чеканка, золочение ГМЗ «Останкино и Кусково» (Коллекция Музея керамики / Кусково), Москва.
Вазы относятся к лучшим произведениям николаевского ампира в русском фарфоре. В 1829 году император подарил их князю Петру Волконскому министру Императорского двора и уделов, в ведение которого входил и сам Императорский фарфоровый завод. Волконский также был создателем и бессменным начальником Роты дворцовых гренадер личной охраны царя. Роспись предметов искусно имитирует малахит и бронзу.
А вот судьба керамики, которая, вероятнее всего, украшала интерьеры и сопровождала быт Щукиных в дореволюционные годы, в 1920 е сложилась драматично. Эти вещи, занимавшие драгоценное место в запасниках и востребованные на антикварном рынке времен нэпа, без сожаления отправляли для «ликвидации», то есть продажи, в аукционные залы, а затем в Госторг. По иронии судьбы с керамикой связано и перемещение коллекции Щукина из исторического особняка. Когда в 1928 году I и II отделения ГМНЗИ объединили в бывшем доме Ивана Морозова, в щукинский дворец переехал именно Музей фарфора, занимавший здание с 1929 года по 1930 й.
Путешествуя из залы в залу особняка Щукиных, мы с вами пришли в знаменитую Розовую гостиную.
Розовая гостиная.
Предметы декоративного искусства - художественная бронза, мебель, скульптура - во множестве украшали особняк в Большом Знаменском и при Трубецких, и во времена Сергея Щукина, отнюдь не ощущавшего противоречия между историческими интерьерами и растущим собранием нового искусства. Центром парадной анфилады залов была Розовая гостиная, где детали оформления в стиле ампир соединялись с выполненным в середине - второй половине XIX века пышным декором в духе имитации «стиля Людовика XV».
Вазы в стиле Севрской мануфактуры Франция. XIX век Фарфор, бронза, роспись полихромная, золочение ФГБУ «Российская академия художеств», Москва.
Со щукинских времен эти вазы неизменно считали работой Севрской мануфактуры, хотя они представляют собой более позднюю фантазию на тему ее произведений, выполненную в духе неорококо, вероятно одной из парижских фабрик. Такие предметы, воспроизводящие «стиль Людовика XV», регулярно экспонировались на европейских художественно-промышленных выставках середины - второй половины XIX века.
Комоды-bahuts в стиле Людовика XV Франция. XIX век Розовое (фиолетовое?) дерево, лак «мартен», золоченая бронза, мрамор ФГБУ «Российская академия художеств», Москва.
Производством реплик мебели в исторических стилях занимались различные парижские фабрики, в том числе знаменитая фирма Жозефа-Эммануэля Цвинера, где, возможно, были созданы эти парные комоды. Роспись в технике лакового покрытия «мартен» воспроизводит галантные сюжеты эпохи рококо. Есть вероятность, что этими предметами дополнили обстановку Розовой гостиной уже Щукины, а не Трубецкие.
В ноябре 1911 года, во время поездки в Россию, Анри Матисс вместе с Сергеем Щукиным создал в зале композицию из собственных картин. Яркая живопись французского мастера вступила во взаимодействие со стилевым, цветовым и фактурным многообразием оформления интерьера.
Анри Матисс (1869, Ле-Като-Камбрези - 1954, Ницца). Статуэтка и вазы на восточном ковре (Натюрморт венецианской красной) 1908. Холст, масло Отдел нового западного искусства ГМИИ им. А.С. Пушкина.
Художник включил в натюрморт артефакты культур Востока, которые собирал, и собственную скульптуру «Мадлен» (1901). Картина стала одной из первых приобретенных меценатом у мастера напрямую, минуя торговцев. В раннем варианте композиции Розовой гостиной она находилась за скульптурой «Три грации», что создавало ироничный диалог классицизма и скульптурной работы самого Матисса.
Три грации. Копия XIX века (?) с оригинала Антонио Кановы (1757-1822) Мрамор. Дагестанский музей изобразительных искусств им. П.С. Гамзатовой, Махачкала.
Антонио Канова создал композицию «Три грации» в нескольких вариантах, один из которых находится в Музее Виктории и Альберта (Лондон). Именно с него была изготовлена эта копия, уменьшенная и несколько упрощенная по сравнению с оригиналом. Как часть декоративного убранства Розовой гостиной скульптура, несомненно, появилась там еще в эпоху князей Трубецких.
Наряду с розовой росписью потолка, светло-зелеными стенами, мрамором камина и фиолетовым ковром в новые мизансцены включились предметы мебели, декоративные вазы и скульптура. По воле Матисса ансамбль продолжал развиваться вплоть до 1914 года: художник «дистанционно» дополнял его новыми полотнами.
В результате возникла первая и единственная в мире композиция, целиком задуманная и исполненная этим крупнейшим мастером ХХ столетия. «Даже не знаешь в точности - что здесь чему "помогает": комната Матиссу или Матисс - комнате. Но только общее впечатление такое, что все это… дело рук Матисса, его декоративная инсценировка», - восхищался замыслом отечественный искусствовед Яков Тугендхольд. После национализации собрания Щукина сотрудники МНЗЖ - ГМНЗИ тщательно сохраняли уникальный ансамбль.
Но в результате объединения I и II отделений ГМНЗИ в конце 1928 года коллекция все таки была вывезена из исторического особняка, и композиция распалась. Картины вошли в новую экспозицию, бронзу передали на продажу в Госторг, скульптуру в московские и региональные музеи. В ГМНЗИ удалось оставить только мебель и вазы. После ликвидации музея в 1948 году эти предметы перешли во владение Академии художеств. Собранные в зале произведения на сегодняшний день - единственные известные подлинные элементы декоративного оформления Розовой гостиной, которые объединены с картинами Матисса так, как это было во времена Щукина.
Последняя часть выставки -это иконы.
Судьбы икон.
Сергей Щукин был сопричастен развернувшемуся в начале ХХ века в России процессу сохранения, изучения и реставрации памятников древнерусского искусства, нередко воплощавшемуся в создании музейных экспозиций. Из ближайших родственников коллекционера наиболее серьезно этой темой занимался знаток российской старины Пётр Щукин, в собрание которого входило более сотни икон. На интерес Сергея Щукина к этой сфере могло повлиять и тесное общение с обладателем знаменитого собрания древнерусской живописи Ильёй Остроуховым.
Ангел Хранитель, святой Трифон, преподобная Мария, святой Вонифатий, святой Уар. Начало ХХ века. Дерево, темпера. Государственный музей истории религии, Санкт-Петербург.
Хотя исполнение иконы весьма бесхитростно, она может быть связана с трагической историей семьи Щукиных. В народной традиции Уар покровительствует умершим без покаяния и самоубийцам, а Вонифатий помогает в борьбе с невоздержанностью. Икону мог заказать человек, знакомый с судьбой близких хозяина дома: пропавшего без вести сына Сергея (1905) и покончивших с собой брата Ивана (1908) и сына Григория (1910).
Святой Иоанн Предтеча .Конец XVII - начало XVIII века. Дерево, темпера Государственный музей истории религии, Санкт-Петербург.
Подчеркнутый аскетизм образа святого может быть связан с византийской, балканской и афонской традициями. В свою очередь, облачный фон, надписи на церковнославянском, а также мягкость и уравновешенность трактовки сближают произведение с русской иконописью. Икона входила в ансамбль Зала старой живописи в особняке Сергея Щукина.
В сложении небольшой группы «музейных» икон в щукинском доме мог участвовать и сын коллекционера - Иван Сергеевич. К 1918 году коллекция икон включала девять крупных предметов, входивших в ансамбль Зала старой живописи. По результатам инвентаризации, проведенной в ГМНЗИ в начале 1920 х годов, к ним прибавилось еще более 30 небольших икон, вероятно прежде составлявших камерные иконостасы в частных покоях обитателей особняка. В начале 1928 года музей столкнулся с необходимостью выделить из своей коллекции вещи «экспортного значения» для передачи на продажу в Госторг - и в подготовленном списке самую значительную часть заняли иконы. В комиссию по отбору входил глава отдела памятников религиозного быта Исторического музея, ученый энтузиаст, реставратор и защитник древнерусского искусства Александр Анисимов, старавшийся сохранить уходящее наследие. Пользуясь влиянием, он оставил для своего отдела десять икон и Царские врата.
Створки Царских врат. Вторая половина XVII века с поздними записями XIX века. Дерево, темпера. Государственный музей истории религии, Санкт-Петербург.
Согласно традиции, в верхней части помещена сцена Благовещения с образами архангела Гавриила и Марии. Ниже в клеймах - изображения четырех евангелистов: Иоанна с учеником Прохором, Луки, Матфея и Марка. Рядом с ними нет традиционных символов, они удалены: синодальная и старообрядческая церкви толковали их по-разному, а врата за свою историю могли украшать храмы, принадлежащие обоим этим ветвям православия.
Однако выдача не состоялась: отдел в 1929 году был расформирован, а сам ученый в октябре 1930 го арестован и в 1937 м расстрелян в лагере. Произведения из «списка Анисимова» хранились в ГМНЗИ и ждали решения своей участи более десяти лет. Лишь в 1939 году новый директор распорядился передать эти предметы «религиозного культа» в Центральный антирелигиозный музей. После реорганизации музея и перевода его в Ленинград в послевоенные годы большая часть этой подборки сохранила единство и сегодня находится в Государственном музее истории религии. На выставке она показана практически целиком: Царские врата и икона «Иоанн Предтеча» из «музейной» группы и камерные предметы из «частной». Следы остальных икон из щукинского дома теряются в Госторге в конце 1920-х и пока не обнаружены.
Завершает выставку сюжет, который предложил внук Сергея Щукина, давний друг Пушкинского музея Андре Марк Делок Фурко. Это история двух панно, которые создал Анри Матисс до и после путешествия в Россию.
В начале 1911 года мастер написал для своего русского заказчика крупную картину с изображением собственной мастерской, преображенной розоватым солнечным светом. Эта работа должна была переосмыслить небольшую, лишенную окон комнату аванзал - в щукинском особняке, создав настоящий «эффект присутствия»: здесь меценат словно мог мысленно переноситься в студию художника.
В ноябре 1911 го Щукин принимал Матисса в своем доме; вместе они создали ансамбль Розовой гостиной и обсудили новые панно для аванзала. Знаменитый гость был с восторгом принят и творческими, и светскими кругами Москвы. Но наиболее сильным впечатлением от России для мастера стало знакомство с православными иконами: в московских храмах, собрании Третьяковской галереи, частной коллекции Ильи Остроухова и, конечно, в самом доме Сергея Щукина. Матисс отметил «яркость и проявление большой силы чувства» этих произведений, подчеркнув, что «французские художники должны ездить учиться в Россию».
Встреча с древнерусским искусством изменила творчество Матисса. Вернувшись на свою виллу в пригороде Парижа, он начал работу над новым панно с изображением мастерской.
Анри Матисс (1869, Ле-Като-Камбрези - 1954, Ницца). Красная мастерская. Осень 1911. Музей современного искусства, Нью-Йорк. Фотокопия.
На сей раз он превратил ее в мистическое, сакральное пространство, где бестелесные контуры предметов зависают на интенсивном темно красном фоне, вдохновленном цветом древних московских и новгородских икон. Родился один из ключевых шедевров искусства ХХ века - «Красная мастерская». Вместе с «Розовой мастерской» они должны были образовать своего рода панораму творческой лаборатории мастера.
Уже в конце января наступившего 1912 года Матисс поспешил поделиться своей находкой со Щукиным, отправив ему в письме небольшой акварельный эскиз законченной картины. Однако меценат, как будто не желая возвращаться к уже знакомой ему теме мастерской, произведением не заинтересовался и словно подстегнул дальнейшие поиски художника. «Красная мастерская» сегодня хранится в Музее современного искусства в Нью Йорке, а эскиз к ней на нынешней выставке помещен на фоне, повторяющем цвет и размер той композиции.
На этом выставка Неизвестный Щукин заканчивается. Благодарю, что были со мной и дочитали до конца. С ув.Наталья .