Лето 1866 года. Работая в Британском музее член-корр Императорской академии наук, востоковед Даниил Абрамович Хвольсон нашел неизвестную ранее рукопись. Оня является частью большого сочинения Абу Али Ахмеда бен-Омара ибн-Даста под названием «Книга драгоценных драгоценностей». Следует отметить, что это сочинение не упоминалось ни в одном каталоге восточных рукописей. Но сейчас не о том. Нам интересно содержание этой рукописи.
А содержится в нем рассказ о буртасах, хазарах, булгарах, мадьярах, славянах и русах. Последние интересуют нас больше всего. И начнем мы со славян:
От земли Печенегов до земли Славян 10 дней пути. В ближних краях земли Славянской находится город, по имени... Путь туда идет по степям, по местам бездорожным, через ручьи и леса дремучие. Земля Славян есть равнина лесистая; в лесах они и живут.
Славяне не имеют ни виноградников, ни пашен. Из дерева выделывают они род кувшинов, в которых находятся у них и ульи для пчел, и мед пчелиный сберегается.
Зовутся эти кувшины улилщ и заключают в себе каждый около 10 кружек меду. Разведением свиней занимаются они, ровно как (другие) овцеводством.
Изучая данный материал Хвольсен позволил себе не согласиться с рядом утверждений. Прежде всего он обратил внимание на то, что не все славяне не знали винограда. Тем более, что Константин Багрянородный прямо указывал, что были среди славян и те, кто занимался виноделием.
Большинство историков не согласны и с тем, что славяне не знали пашен. По сути, славяне были земледельческим народом, и земледелие составляло главный элемент их жизни. Правда Ибн-Даста, далее, сам напишет, что славяне сеяли просо.
Славяне занимались скотоводством. Ибн-Даста подчеркивает занятие свиноводством, что его, как мусульманина, удивило больше всего.
Когда умирает кто-либо из них, они сжигают труп его. Женщины их, когда случится у них покойник, царапают себе ножем руки и лица. На следующий день по сожжении покойника, отправляются на место, где оно происходило, собирают пепел и кладут его в урну, которую ставят затем на холм. Через год по смерти покойника берут кувшинов двадцать меду, иногда несколько больше, иногда несколько меньше, и несут их на тот холм, где родственники покойного собираются, едят, пьют и затем расходятся.
Известный славист профессор Александр Александрович Котляревский, изучив рукопись Ибн-Дасты, заметил полную историческую правдивость. Столь подробную запись мог оставить лишь очевидец, либо записать со слов достоверного очевидца. Тем более он отметил, что обычай резать себе лицо и руки существовал и у гуннов, и у скифов.
Если у покойника было три жены, то та из них, которая утверждает, что она особенно любила его, приносить к трупу его два столба и вбивает их стоймя в землю, потом кладет третей столб поперек, привязывает посреди этой перекладины веревку, становится на скамью, и конец этой веревки завязывает вокруг своей шеи: тогда скамью вытаскивают из под неё, и женщина остается повисшею, пока не задохнется и не умрет. После этого труп её бросают в огонь, где он и сгорает.
Подобный ритуал описан и в записках Ибн-Фадлана, относящийся к описанию русов. О подобном обычае говорят и Геродот, и Маврикий, причем относят его к разным народам.
Все Славяне — огнепоклонники. Хлеб, наиболее ими возделываемый, — просо. В пору жатвы кладут они просяные зерна в ковш, поднимают его к небу и говорит: «Господи, ты, который даешь нам пищу, снабди теперь нас ею в полной мере»!
А вот здесь Хвольсен совершенно не согласен с арабским автором. Арабы вообще имели смутное представление о язычестве, поэтому Ибн-Даста, вероятнее всего, просто не стал вдаваться в подробности.
А вот насчет проса, Хвольсен отмечает, что подобный факт находит подтверждение у Маврикия.
Есть у них разного рода лютни, гусли и свирели. Последние длиною в два локтя, лютня же их восьмиструнная. Хмельной напиток приготовляют из меду. При сожигании покойников предаются шумному веселью, выражая тем радость свою, что Бог оказал милость покойному (взяв его к себе). Рабочего скота у них мало, а верховых лошадей имеет только один упомянутый человек. — Вооружение их состоит из дротиков, щитов и копий; другого оружия не имеют.
Находит Хвольсен объяснение и веселью во время сжигания покойника. По-видимому славяне верили в загробную жизнь после смерти, а саму смерть считали милостью.
Говоря о скудном вооружении, Ибн-Даста имеет ввиду простолюдинов, а вот у знати, с вооружением, был полный порядок. Об этом он напишет в следующем отрывке.
Глава их зовется супанеч (жупан). Ему они повинуются, и от приказания его не отступают. Жилище его находится в средине земли Славян. Помянутое выше лицо, которого титулуют они «главою глав» (великий князь), зовется у них Святополк. Это лицо стоит выше супанеча (жулана), который считается лишь его наместником. Он (т. е. великий князь) имеет верховых лошадей и питается исключительно кобыльим молоком. Есть у него также прекрасные, прочные и драгоценные кольчуги. Город, в котором он живет, зовется Джерваб. Здесь у Славян происходят ежемесячно, в продолжение трех дней, торг: продают и покупают.
Здесь Ибн-Даста, по всей вероятности, говорит о моравском князе, умершем в 895 году. После своей смерти он оставил довольно сильное государство. Город Джерваб Хвольсон ассоциирует с моравским городом Градище.
Ибн-Даста оставил еще множество свидетельств о нравах и быте славян. Но всю информацию невозможно уместить в одну публикацию.
Подписывайтесь на мои каналы Телеграм, Однокласниках, Вконтакте