Часть 1. Шафировы. Лучшего дипломата страны сначала одарили землями, потом пожелали отсеч голову. Читать здесь
В 1740 году Петровское переходит железным магнитам Демидовым.
Но задолго до этих событий, Шафиров уже встречался на дороге судьбы с Демидовым. Их династия была ещё неизвестна и были они обычными кузнецами.
Одна встреча изменила жизнь семьи и стали они известны по всей России и за границей.
Начало
В 1664 году умирает отец Никиты Демидова, Демид. Его родитель занимался кузнечным делом в городе Тула.
Тогда Никите было всего восемь лет.
Шли года и Никита пошёл по стопам отца. Он успешно торговал железом и имел железнодельный завод. Поднимался из простых крестьян, имел статус в обществе.
И вот его встреча с Петром Павловичем Шафировым изменила всю его жизнь. По легенде, Никита починил Шафирову немецкий пистолет и ещё изготовил точную копию.
После Никита был представлен Петру I. Так и начался подъём великой династии Демидовых.
Дела пошли ввысь. Появились заводы на Урале. Стали поставлять для русского флота пушки, якоря и оружия.
Всё нажитое он передаёт двум сыновья Акинфию и Никите. Два сына продолжают великое начинание отца.
Мы остановимся на ветви Акинфия, который приумножит состояние Демидовых. Откроет заводы на Урале, Алтае. Разработает рудники.
Он же станет отцом трех сыновей: Прокофия, Григория и Никиты.
Младший сын Никита станет инициатором строительства усадьбы Петровское - Княжищево.
Каменный крест на месте рождения наследника
Родился, Никита по дороге из Тулы на Урал, на берегу реки Чусовая, в 1724 году.
На месте рождения наследника по указу Акинфия установили деревянный крест.
Через 55 лет уезжал Никита с Урала, понимая что в горное гнездо он больше не вернётся. Тогда приказал вместо деревянного креста на месте своего рождения установить каменный крест.
Прошло восемь лет и в 1779 году крест был установлен.
Многие из тех, кто в наши дни проплывал мимо этого памятника, не знают, что первоначально крест был развёрнут надписью не к реке, а к дороге, проходящей вдоль берега. В 1920-х годах, в расцвет борьбы «победившего пролетариата с памятью об эксплуататорах царского режима», жители деревни Ёква спрятали крест, уронив его парой лошадей на кучу валежника и валежником же прикрыв. За несколько лет куча обросла кустарником и не бросалась в глаза. В середине 1930-х крест поставили на место, но по ошибке повернули текстом к реке.
На этом приключения памятного креста не закончились. В первом послевоенном голодном 1946 году неизвестные опрокинули крест, надеясь найти под ним тайник с демидовскими сокровищами. Спустя некоторое время свердловские историки и археологи крест подняли, но снова установили его неправильно.
(Текст взят из спецпроекта МЕЖДУ СТРОК, Дмитрий Кужильный)
Листайте галерею
К сожалению дороги давно уже нет по которой проезжали Демидовы. Кругом леса и горы. И доступность к кресту дана лишь тем, кто сплавляется по реке Чусовая.
Кто архитектор усадьбы Петровское - Княжищево ?
Умер Акинфий Демидов в 1745 году, оставив после себя огромную железную империю.
Всё богатство было разделено между тремя сыновьями по завещанию.
Никите доставались Нижнетагильской, Высокий, Лайский, Висимо-Шайтанский и Черноисточенский заводы. Также два доходных дома в Москве.
Прожил он на Урале почти всю свою жизнь. Приумножил своё наследство. Но решает изменить свою жизнь, а также место жительства и переезжает с третьей женой в Москву.
Такое решение было ещё необходимо для улучшения здоровья супруги Александры Евтихиевны.
Уже в Москве пара Демидовых решают отправиться в путешествие за границу, где более мягкий климат и посетить лекаря.
Перед отъездом Никита Демидов даёт распоряжение в Петровском - Княжищево выстроить усадьбу, которая напоминала райский уголок с аллеями и парком.
До сих пор неизвестен архитектор, который работал над усадьбой.
Но вот то что Демидов и Михаил Фёдорович Казаков были близки, подтверждается в записи метрической книге о рождении сын архитектора.
"В доме статского советника Никиты Акинфиевича Демидова у живущего в доме его архитектора Матвея Федоровича Казакова родился сын Матвей. Крещен ноября 11 числа. Восприемником был архитекторский помощник Константин Семенов".
Можно предположить, что именно Казаков был архитектором усадьбы Петровское - Княжищево.
Так же есть версия, что Никита Демидов даже побывал на молебне по случаю установки закладной плиты и поручив присматривать за строительством родственникам, уехал с любимой женой в путешествие.
Закладной камень усадьбы Петровское-Алабино (Княжищево) был обнаружен в цокольном этаже во время ремонта дворца в 1910 году. На нём обозначен год начала постройки — 1776 и имя жены заказчика и владельца усадьбы — «Александры Евтихиевны, сожительницы статского советника и св. Станислава Никиты Акинфиевича Демидова».
На торце закладного камня полустёртая надпись — «Архите… Козаковъ». Фамилию «Казаков» прочитал Игорь Грабарь в 1910 году.
В настоящее время камень находится в Государственном научно-исследовательском музее архитектуры имени А. В. Щусева.
В Европе Демидовы пробыли 2 года и 8 месяцев, нашли лекаря для Александры Евтихиевны и в поездке у них родились дочь и сын.
Никита Демидов с помощью секретаря фиксировать на бумаге все дни в путешествие.
Перед своей смерти в 1786 году он издаст "Журнал путешествия". Это был ограниченный тираж. Сегодня эта редкость хранится в крупных книжных фондах страны.
Вот некоторые отрывки из издания
Учредя 1771 года все свои дела и испросив высочайшее позволение от ее императорского величества всемилостивейшей нашей государыни, удостоены были к руке, после чего марта 17-го числа пополудни в три часа из Санкт-Петербурга выехали. Потом ночевали первую ночь с выезда в Красном селе. 19-го числа приехали ночевать в Нарву, где, пробыв без малого двои сутки, призывали славного доктора Зандерса и с ним советовали<сь> о болезни Александры Евтиховны и взяли от него консультацию.
3-го июня 1771 года приехали в Диссель-Дорф
16-го был в редуте бал, и курфирстина сделала честь Александре Евтиховне и Никите Акинфиевичу, говоря с ними немалое время ласково и обходительно. На бале находилось премножество людей, и время проводили со удовольствием. Оттуда заезжали к ее высокопревосходительству Наталье Володимировне Салтыковой и возвратились домой. 17-го и 18-го числа пробыли дома по приключившейся вдруг жестокой болезни Александре Евтиховне, от которой пользовал ее приехавший с курфирстиною доктор господин Вольтер и по своему искусству немалое сделал ей вспоможение.
Сентябрь 1771 года
4-го сентября. По окончании летнего времени и принятия вод выехали из Спа с намерением, чтобы советовать о болезни Александры Евтиховны с славным в Лейдене живущим доктором Гаубиусом, а между тем и видеть столь коммерциею обогатившуюся землю Голландию.
Октябрь 1771 года
3-го октября, по приглашению был у нас г. профессор Гоубиус для советования о состоянии Александры Евтиховны. Он прежде никак не хотел прописать лекарства, покамест не узнает прямого источника ее болезни, почему приходил во всякое время поутру и ввечеру, примечая нашу пищу. Потом, как сведом был обо всем, и тогда еще не приступил к предписанию ей лекарства, но сперва, найдя в ней великую сухость, велел пить ишачье молоко для наведения тела. После, увидев, что она стала пред прежним полнее, дал он ей железные капли для утверждения нервов и надеялся, что как скоро укрепит их, то освободится она от прежестокой истерики, в чем действительно он и не ошибся, для того, что Александра Евтиховна с того времени почти совсем не имела тех припадков, кои у ней были доселе.
Париж 4 го января 1772 года
Около сего времени к чувствительной Никиты Акинфиевича радости по всем признакам Александра Евтиховна оказалась беременною, о чем уведомили господина Гаубиуса, которой и прислал наставление, каким образом надлежит ей себя беречь.
30-го королевский портретный живописец Рослейн начал писать портрет с Александры Евтиховны.
Февраль 1772 года
20-го. Никита Акинфиевич ездил к Рослейну списываться. Он его чрезвычайно сходственно написал с таким искусством, какого лучше желать не можно
Апрель 1772 года
19-го. Вознамерясь ехать в Англию, писали к г. Гоубиусу и требовали от него совета, может ли Александра Евтиховна по причине своей беременности с нами туда ехать по морю, и просили, чтоб он уведомил нас о том немедленно.
Май 1772 года
2-го числа получили письмо от г. Гобиуса в ответ на наше преждеписанное к нему, в коем он не токмо не советовал, но всячески запрещал ехать в Англию Александре Евтиховне, находя по слабому ее сложению великую в беременности опасность при переезде чрез Рукав из Кале в Дувр .
Сентябрь 1772 года
Наконец приблизился и день, столь для Никиты Акинфиевича радостный, то есть с 25 числа с девятого часу вечера начала Александра Евтиховна чувствовать боль, а 26-го поутру в середу в пять часов и десять минут разрешилась благополучно от бремени, и даровал бог к их утешению и всегдашнему желанию дочь, нареченную Екатерину, которую и крестили в воскресенье 30 числа в 5 часов за полдень в том же доме, где мы стояли, при смотрении многих французов, любопытствующих видеть образ нашего совершения сего таинства.
Ноябрь1772 года
В ноябре месяце начаты делать Никиты Акинфиевича и Александры Евтиховны мраморные бюсты русским пансионером г. Шубиным, из Рима возвратившимся. И чтобы более иметь время работать, то господин Шубин переехал к нам жить. А между тем всегда расказывал Никите Акинфиевичу о древностях римских и о всех достопамятных вещах, чем возбудил охоту видеть и Италию. А как новорожденная не в состоянии была понести беспокойства дорожного, то и оставили ее с хорошим присмотром в Париже.
Май 1773 года
10 мая Демидовы возвратились в Париж. Их путешествие по Франции, Италии и Швейцарии длилось пять месяцев и одну неделю.
18-го числа майя поутру в 8 часов, оставив вторично маленькое дитя на руках господина Берлила и его сожительницы и взяв для путевого случая доктора Пуасонье, 27-го числа в третьем часу, после обеда, приехали в Кале и того же дня на вечере, севши на яхту, пустились чрез морской перешеек, разделяющей Францию с Англиею. И лишь только отвалили от берега, то господин медик вместо того, чтобы помогать на море, которого пути Александра Евтиховна сносить не могла, сам — напротив того — чуть было, замучившись рвотою, на тот свет не отошел, не могши защититься своими запасными лекарствами. А как, по счастию, ветер был благополучный и способный, то и приплыли скоро на аглинский берег в три часа с четвертью и выбрались в город Довер, в коем и ночевали.
Июль 1773 года
19-го числа, то есть в четверток, благополучно приехали обратно в Париж в 4 часа после обеда.
24-го Александра Евтиховна по приключившемуся болезненному припадку и в рассуждении последних дней ее беременности никуда не выезжала 28 дней. В сие время посещали ее знакомые дамы, русские и француженки.
По возвращении из Англии Демидовы прожили в Париже еще почти полтора месяца, но настроение было уже, что называется, чемоданным.
Во-первых, они соскучились по родине и мечтали о том, чтобы поскорее увидеть снова родные российские просторы.
Во-вторых, без малого два с половиной года, проведенные в дороге, вне родного дома, не могли не утомить их, хотелось вернуться к домашнему очагу, в лоно семьи.
Наконец, Александра Евтихиевна ждала ребенка, и встретить это ответственное в жизни семьи событие все же лучше было бы дома, а не в дороге, где случай приведет.
Ноябрь1773 года
6-го. Приехали в Нарву, где пробыли два дня.
8-го. В самую полночь прибыли в сельцо, называемое Чирковицы, принадлежащее его превосходительству Петру Ивановичу Мелиссино и находящееся в 80 верстах от Петербурга.
9-го поутру не могли уже отсюда выехать по причине, что Александра Евтиховна с осьмого часу начала чувствовать приближение ею родин, для чего послали немедленно по бабку, а между тем упросили и почтмейстерскую жену о неоставлении в сем случае вспомоществованием. А в 9 часов с четвертью благополучно разрешилась от бремени, и к неописанной радости ее супруга даровал ему Бог сына, как бы в награждение за его столь дальнее и многотрудное путешествие, предприятое им единственно для ее исцеления. Новорожденной же по прочтении молитвы наречен Николаем.
И снова на Родине
По приезду на родину, строительство усадьбы в Петровском - Княжищево ещё продолжалось.
К сожалению здоровье Александры Евтихиевны ухудшилось. Она мечтала хоть немного успеть пожить в их райском уголке. Иногда приезжала и наблюдала за строительством, гуляла по лесным тропинкам и наслаждалась тишиной.
После приезда из путешествия, Александра родила вторую дочку Марию.
За два года до окончания строительства усадьбы в 1778 году, Александра Евтиховна Демидова умерла.
При возведении усадьбы, перестроили и церковь Петра Митрополита Московского, которую в дереве строил Шафиров.
Листайте галерею
Под алтарём церкви Святителя Петра был устроен просторный склеп, в котором, согласно воле Никиты Акинфиевича, должны были быть похоронены он сам, его жена Александра Евтихиевна, а в дальнейшем и их дети — Екатерина, Николай и Мария.
Первым, в 1778 году, в склеп опустился гроб с телом Александры Евтихиевны. Через 11 лет, в декабре 1789-го, рядом с любимой супругой был похоронен Никита Акинфиевич, а в 1832 году в склепе была похоронена Екатерина Никитична.
С храмом выстроили отдельно стоящею колокольню.
После смерти Александры Евтихиевны, горем убитый Никита Демидов остался один с маленькими детьми: Екатериной 6 лет, Николаем 5 лет и Мария 2 года.
В течении ещё двух лет продолжалось строительство усадьбы. Однако жить в ней без своей жены Никита не смог. Приезжал в Петровское редко и ненадолго. Погулять по лесным тропинкам парка, по долгу сидел у могилы Александры и уединялся в библиотеке, которая была богата редкой литературой.
Большую часть времени Демидов проводил в Москве. А в поместье тихо текла жизнь без хозяина. Сотни работников при усадьбе вели хозяйство. Ухаживал за парком и домом, разводили тонкорунных овец, оленей, выращивали овощи. Всё это доставлялось к столу Никиты в Москву.
Теперь Москва стала домом Демидова. Он перебрался на ул. Мясницкую д. 40. Здесь оборудовал также богатую библиотеку, в комнатах стояла дорогая мебель, скульптуры и картины. Разводил заморские растения и завозил экзотических птиц.
Завещание Никиты Акинфиевича Демидова
Так проходили одинокие года Никиты Демидова. Умер он 1787 году и был похоронен рядом с любимой супругой.
Ещё при жизни он соорудить для себя надгробный памятник.
13 ноября 1784 года «собственною Ея Императорского Величества рукою» было подписано завещание статского советника «Никиты Акинфиева сына Демидова»
«железоделаемые заводы: нижнетагильской доменный и молотовой, выиской, черноисточинской, верхнесалдинской, верхнелайской, жижнелайской, висимошайтанской, висимоуткинской» должны были отойти к единственному сыну Николаю, дочерям Екатерине и Марии села: в Нижегородском наместничестве – старшей, в Вятском наместничестве – младшей, а также обеим «сверх того денег сто тысяч рублей. Бриллиантовых вещей платья и мебели на тринадцать тысяч рублей»
Также было прописано, что если одна из дочерей, «раньше совершеннолетия, или замужества умрет, то назначенное ей имени должно отойти другой, а деньги отходят к сыну» 3, если не станет обеих дочерей, то все их наследство переходит к Николаю. В случае кончины сына заводы «без раздробления» (и в этом решении Никита Акинфиевич подобен своему отцу) переходят старшей дочери Екатерине, а младшей Марии «отдать непринадлежащие к заводам вотчины и сверх того в уравнение выплатить из заводскаго дохода денгами».
В будущем младшая дочь Мария составила партию с обер-гофмейстером Дмитрием Николаевичем Дурново.
Старшая дочь Екатерина стала супругой генерала от инфантерии Сергея Лаврентьевича Львова.
Так сын Николай становиться наследником огромного состояния, в которое входила и усадьба Петровское - Княжищево.
Будучи юным, Николай распоряжался финансами безответственно, стали появляться долги. Огромное наследство таяло на глазах.
Но в 24 года женился он на юной Елизавета Александровне Строгановой. Этим он улучшил своё материальное положение и взялся за ум. Семейное дело не было потеряно.
Жили молодые в Москве на улице Мясницкой в доме 40, там где до смерти проживал его отец.
После супруги уехали в Париж. Там его жена Елизавета открыла салон, который неоднократно посещали Наполеон и Жозефина Бонапарт.
А в 1812 года Николай Никитич вернулся в Россию, сформировал "Демидовский полк" и вместе с четырнадцатилетним сыном Павлом били Бонапарта.
Всё это время усадьба Петровское - Княжищево стояла забыта своими наследниками и хозяевами. Так оно и не стало не для кого дорого, как для Никиты Акинфиевича Демидова.
И в 1868 году имение переходит к Мещерским.
Возможно это было ещё одно совпадение на дороге жизненных сплетений.
Правнук Никиты, Павел Павлович 1867 году состоял в брак с Марией Элимовной Мещерской. Она была первой женой Павла, их брак длился всего лишь год. А до свадьбы она перенесла сердечное предательство от будущего императора России Александра III, который был обязан женится на другой. В браке с Демидовым у них родился сын, а на следующий день Мария Элимовна умерла.
Так Петровское обретает новых хозяев.
Июнь 2024 года
Информация взята:
Между строк. Спецпроект Дмитрий
Кужильный.
История Нижнего Тагила от основания до наших дней.
ВК. Усадьба Петровское-Алабино (Княжищево). Александр Александрович Останин, кандидат юридических наук, заместитель председателя Щербатовского Нарского исторического общества.
С вами была Татьянка на канале ЯпростоЯ
До новых встреч 👋
Здесь третья часть об усадьбе Петровское-Княжищево. Как богатая, но забытая усадьба встретила свой закат. Мещерские последние хозяева имения. И расскажу легенду о кровавых серьгах.