Роман Софьи Саркисян. 18+
Глава 26
Никогда еще за восемь лет жизни в Хургаде не было у Карима такого удачного дня, как сегодняшний. Он ликовал. Стояла прекрасная погода, днем было не жарко, по вечерам прохладно, с пустыни или с моря дул легкий ветерок, потоки туристов прилетали и улетали, сменяя друг друга, жизнь курортная бурлила днем и ночью. Работы у него было много, и даже излишек денег появился за последние, ведь он экономил на оплате за квартиру, которую и за обслуживание дома в том числе Алевтина оплатила на год вперед. В которой он теперь жил один.
На еду уходила незначительная сумма. Целыми днями он колесил по Хургаде, развозил туристов по отелям, ресторанам, дискотекам, пляжам. С недавних пор стало гораздо легче работать, общаясь с туристами. Почти исчезли проблемы с языками. Он достаточно хорошо понимал и мог изъясняться на русском языке, а из России туристов всегда было больше, чем из других стран, в этот сезон более, чем достаточно. И за годы жизни на курорте овладел довольно сносно английским и немецким. Да и постоянных клиентов у него становилось все больше и больше.
Виртуальные общения с его любимой Алевтиной приносили Кариму невыразимую радость. Он приходил с работы, ел что-нибудь, приготовленное им самим на скорую руку. Затем усаживался за письменный стол, включал ноутбук, в котором запускалась эта волшебная программа, и, наконец, зелененький значок Skype оповещал, что где-то там, в далекой России, его Хабибти ждет у своего компьютера в такой же программе. Он видел ее изображение на мониторе компьютера, как в фильме, и это не переставало его удивлять. Видно и слышно было очень хорошо, вот только коснуться ее было невозможно... Это очень огорчало Карима. Но такова жизнь, всякое бывает...
И разлуки в том числе. Она уехала, сейчас она далеко. Инша Алла, наступит такой день, и она вернется... Вернется к нему с их Шади.
Карим был преисполнен нежности, думая о малышке, которая вот-вот должна появиться на свет, и тосковал по Алевтине. Квартира ее стала пустой и неуютной. Ему не хватало тепла и заботы, тщательно сервированного стола с неизменно белоснежной скатертью и изысканными блюдами, блестящими приборами, фарфоровыми тарелками, высокими стаканами из тонкого цветного стекла и накрахмаленными салфетками. Он с тоской вспоминал, как она его встречала после работы. Элегантно одетая, с высоко уложенными пышными волосами, ухоженным лицом и гладкими руками, встречала его лаской и нежностью, со своей особенной доброй улыбкой. Молча прижималась к нему всем телом, обняв за шею прохладными руками и упоенно целовала в губы, невзирая на то, что возвращался он домой весь в грязи и пыли. Его уже ждал накрытый для ужина стол, с ароматами такими, что слюнки текли и кружилась голова, как только он переступал порог их квартиры. В духовке всегда выпекалось что-нибудь вкусненькое – мясное или рыбное...
Алевтине, как хорошей хозяйке, очень нравились всякие кулинарные изыски и разнообразие, и она не упускала случая побаловать своего Карима чем-нибудь новым, до умопомрачения вкусным. На плите – кастрюли с дымящимся супом и соусами. На гарнир всегда подавались овощи и зелень, приготовленные именно так, как привык и любил Карим, обязательно рис или картофель. Не было сил удержаться и не наброситься на еду сразу же... Алевтина это знала, и сразу же в полушутливой торжественной манере приглашала голодного, утомленного дневной жарой и работой Карима к столу. Он с теплотой вспоминал, как научился правильно пользоваться ножом и вилкой... Ведь тоже благодаря ей. Правда, поначалу это было не очень привычно, и кушать с их помощью получалось не очень вкусно. Однако сама она с таким естественным изяществом использовала все эти блестящие приборы... Так элегантно направляла ко рту вилку с насаженными на нее кусочками овощей или мяса, так красиво отрезала маленькие кусочки, и легким движением отправляла их в рот, что невозможно было удержаться и не научиться всему этому.
А ее фирменный фантастически вкусный лимонад! Охлажденный горько-кисло-сладкий... В нем плавали искрящиеся кристаллики льда, желтые и зеленые дольки лимона и лайма в изобилии и листочки мяты, придающие этому божественному напитку такой пряный и пикантный вкус и аромат! Что может быть лучше стакана этого холодного вкусного напитка после жаркого трудного дня! Она его подавала в высоком хрустальном графине, доставая из холодильника непосредственно к его приходу, и сразу же после объятий и поцелуев подавала ему полный стакан этой прохлады, как преподносят кубок победителю....
Такая у них сложилась традиция. Алевтина знала, как именно Карим любит пить: жадно, один стакан за другим, пока графин не опустеет наполовину. Она стояла, с улыбкой глядя на него, и смотрела, как он наслаждается лимонадом. Смотрела взглядом, полным любви и нежности...
А сейчас она далеко...
Но сегодняшний день был насыщен новыми событиями в жизни Карима, которые сулили в будущем немалые деньги. Он все уже обсчитал... Был так занят, так увлечен, что ни разу и не вспомнил о своей русской Хабибти. И вечером не включил ноутбук, потому что был всецело погружен в расчеты. Один из друзей предложил ему партнёрство в небольшом бизнесе. Он, Абдул и Карим втроём возьмут в складчину машину-такси. Первоначальный взнос с каждого составлял всего тысячу долларов. Деньги эти были немалыми для Карима, но если представить себе, какие они сулят барыши в будущем, сумма виделась вполне приемлемой. Да и один из приятелей с готовностью ссудил ему эти деньги. Ежемесячно, в течение двух или трёх лет, придется выплачивать равными долями. А когда все полностью будет погашено, они втроём становятся собственниками машины. Кариму очень понравилась эта бизнес-идея, и он радовался тому, насколько выгодным оказалось предложение друзей. Ведь таким образом, через два-три года он станет совершенно самостоятельным и не будет зависеть ни от каких начальников! Только нужно теперь вкалывать втройне, чтобы умудриться не просрочить ежемесячные платежи с процентами за заём, и пересылать оставшиеся деньги в деревню на прокорм своей разросшейся семьи .
«Ну что ж... Я смогу, Инша Алла. Туристы есть и будут.... Да поможет мне Аллах!» – не сомневался в себе Карим, так же, как и его друзья.
Сделка была заключена. Карим возвращался домой на подъёме, чувствовал себя будущим бизнесменом. Время пролетит незаметно, скоро он сможет много зарабатывать, и семья его всегда будет обеспечена. Карим вздохнул с облегчением. Он представлял себе довольную Марву и улыбался..
***
«Что делать?... И еще этот дождь!! Повезло... Саша оставил машину в гараже. Но достаточно ли бензина? Справлюсь ли я одна?», – задавала себе вопросы Елена Павловна, понимая, что, может быть, от нее сейчас зависит жизнь человека.
С мужем по телефону связаться она не смогла – его мобильный был вне зоны действия сети. Она понимала, что времени терять нельзя ни секунды, зная ситуацию с проблемной пациенткой мужа.
Муж ее – врач от Бога. У него золотые руки и светлая голова. Скольким детишкам он подарил жизнь за всю свою практику, скольких рожениц вытащил с того света! Это знала не она одна... Александром Викторовичем восхищались коллеги с кафедры, где он преподавал, и весь медперсонал роддома.
Елена Павловна порадовалась, что вспомнила, где живет пациентка ее мужа. Он как-то ей показал домик за оградой, когда они проезжали мимо и рассказал о ней.
Она посмотрела на часы. Было около часу ночи. За окном хлестал ливень. Елена Павловна с любовью наклонилась к спящему сыну и слегка коснулась его плеча.
– Миша... Мишенька... Проснись, ты мне нужен. Я без тебя могу не справиться... – пыталась она разбудить сладко спящего молодого человека.
Она с гордостью смотрела на сына. Как быстро вырос ее мальчик. Послезавтра ему исполнится семнадцать... Он открыл сонные глаза, сел на постели и уставился на мать непонимающим взглядом.
– Одевайся, скорее сынок... Мне понадобится твоя помощь. Повезем с тобой папину пациентку в роддом... Рожать, – прошептала Елена Павловна.
«Если уже не поздно», – подумала она.
Пока сын одевался, Елена Павловна собирала сумку-аптечку с необходимыми препаратами, складывала в большой пакет старые простыни и чистых тряпок побольше, на всякий случай...
Они подъехали к калитке дома Алевтины. На их счастье она оказалась незапертой, и они смогли войти. Входная дверь тоже открыта... Они зашли в дом, погруженный в полную темноту. Хорошо, что Миша догадался захватить фонарик. На ощупь, спотыкаясь о различные предметы, пробирались к дальней комнате, где слабо брезжил свет ночника.
Елена Павловна первая зашла в комнату, оставив сына снаружи, не зная, что ее там может ожидать. Ей не хотелось травмировать психику молодого человека. Она оказалась права. То, что предстало перед ней, ввергло ее в шок. На полу у кровати лежала беременная женщина в достаточно почтенном возрасте.
«Срок – около семи», – автоматически определила Елена Павловна, бегло оглядев живот.
Темное пятно... Одеяло было откинуто, и вся эта картина представляла собой жуткое зрелище, усугубленное тусклым светом ночника. Надо было срочно что-то предпринимать. Первый порыв – вызвать скорую. Елена Павловна взялась за мобильный телефон, но вдруг ей вспомнилось, что муж рассказывал об этой пациентке: о её возрасте, о её беременности, о её смятении, о ее стыде и неловкости из-за всей ситуации, в которую она так нелепо умудрилась попасть. И как ей стало понятно тогда из разговора с мужем, что лучше, если всё замкнётся на нём и на их роддоме. Она специально просила.
Так! Значит, никаких скорых!
«Нашатырь!.. Надо ее привести в чувство и срочно везти в роддом!»
Так она передаст роженицу в руки мужа, а он уже знает, как ей помочь.
Да, и нужно не забыть захватить ее мобильный телефон для возможной связи с родственниками.
Елена Павловна присела перед Алевтиной и поднесла к ее ноздрям тампон с нашатырем. Веки задрожали, она приоткрыла глаза, глубоко вздохнула, поморщилась и чуть дернулась. В полутьме комнаты она смутно, как в тумане, разглядела встревоженное лицо женщины, склонившейся к ней.
– Вы слышите меня?.... Я Лена, жена Александра Викторовича... Мы отвезем Вас в роддом... Сможете сами дойти до машины? Я помогу подняться....
Алевтина попыталась пошевелиться.
– Миша, зайди сюда, дорогой...Теперь уже нужна твоя помощь..., – Елена Павловна поняла, что без помощи сына ей не обойтись, одним рывком прикрыла одеялом темное пятно на постели, прежде чем молодой человек зашел в спальню.
Они вдвоем помогли Алевтине подняться и, аккуратно взяв под руки, повели к машине, которую предусмотрительно оставили возле калитки.
Дождь лил, не переставая, завывал холодный ветер... Дорога была трудной, вода стучала в лобовое стекло, заливая его. Почти ничего не было видно. Но во что бы то ни стало ей нужно довезти Алевтину до роддома.
Вскоре больничная каталка уже везла её в родильный зал.
***
Елена Павловна стояла в вестибюле больницы, наконец-то, с удовольствием затянувшись сигаретой и, смотрела, как за окном хлещет ливень.
«Что за отвратительная погода... Ни одного солнечного дня эти недели... Господи, сделай так, чтобы с этой женщиной все обошлось...».
Она отдавала себе отчет, что о ребенке не может быть и речи.
В кармане ее куртки завибрировал телефон. Это был телефон Алевтины, который она догадалась взять с собой. Надо не забыть передать его медсестрам... На экране мобильника высветилось имя «Танечка». Елена Павловна нажала на кнопку ответа.
– Мама... – услышала она в трубке приятный женский голос.
Так... Значит, это дочь Алевтины.
– Нет, это не мама... Меня зовут Елена. Я супруга врача вашей мамы. Вы Татьяна? Вам нужно срочно приехать в роддом, – Елена Павловна назвала адрес клиники.
– В роддом? Вы не ошиблись?... Ок. Я буду через двадцать минут...
Татьяна ничего не понимала... Почему, собственно говоря, ей надо ехать в роддом? Кто рожает? Она была уверена, что у мамы на сегодня назначена плановая операция... Ей удалят миому, которая давно беспокоила. Именно поэтому она и вернулась из Египта, где находилась уже больше года. Слава Богу, приняла правильное решение – оперироваться на родине. Какие в Египте врачи, Татьяна была наслышана от самой матери...
«Минуточку...»...– мысль Татьяны лихорадочно работала. Но ведь подобные операции делают не в роддомах, а в гинекологических отделениях клиник. А эта женщина назвала адрес роддома, который почему-то совпадал с адресом той клиники, где маму должны оперировать.... Что, собственно, происходит? И почему эта Елена ответила ей по маминому телефону, а не мама? Беспокойство охватило Татьяну... Ее ночной рейс Москва-Санкт-Петербург вылетел без задержки .
Самолет приземлился в Пулково полчаса назад. Она прибыла специально к этой дате, чтобы немного побыть с матерью до операции и самой отвезти ее в клинику к назначенному времени следующего дня.
Братья про операцию ничего не знали. Зачем их тревожить? Дело-то женское. У нее с мамой был давнишний тандем, они старались не беспокоить своих мужчин с их семьями по пустякам.
Татьяне не хотелось звонить матери из аэропорта так поздно, а сразу ехать домой, но мама убедительно просила при прилете обязательно позвонить ей, потому что волновалась.
Она и позвонила... Никак не укладывалось в голове сочетание слов «мама»
и «роддом». Что за бред! Она испытала неприятное чувство, что с ней жестоко шутят...
И еще этот проклятый дождь. Такая сырость кругом...
Вскоре она оказалась в родильном отделении клиники. По смятению в глазах вбежавшей в вестибюль в насквозь промокшем плаще дамы, Елена Павловна поняла, что это и есть дочь Алевтины. Она подошла и коснулась ее руки.
– Здравствуйте... Татьяна?
– Да. Вы Елена, да? Что с моей мамой? Где она? Я хочу ее видеть... Почему она здесь?
– Боюсь, к ней сейчас нельзя... Ваша мама уже в родильном зале... –
тихо проговорила Елена Павловна.
– Что???... Да что вы такое говорите??? – казалось, женщина начинает задыхаться, голос
ее дрожал.
– Это какая-то чудовищная ошибка!!! Я хочу видеть свою мать! – почти кричала Татьяна, но голос ее был хриплым от волнения и срывался.
Елена Павловна вдруг почувствовала бесконечною жалость к роженице... Внезапно она поняла причину, по которой Алевтина до последней минуты скрывала от дочери факт своей беременности. Само по себе это выглядело настолько нелепо и неестественно, и даже уродливо, что невозможно было представить себе, как Алевтина признается своей взрослой дочери, которая вполне может скоро сама стать бабушкой, в том, что у нее скоро родится сестренка... Дочери Алевтины, которая сейчас стояла рядом с ней и сходила с ума от непонимания, что происходит, вероятно, лет сорок...
Елена Павловна с трудом подбирала слова, чтобы объясниться с Татьяной.
– Послушайте, Татьяна... Успокойтесь...Ваша мама... Она сейчас рожает. Нужно ждать. Сколько – никто не знает... Все определится... Мой муж – прекрасный акушер. Все будет хорошо с вашей мамой... Поверьте...
– Рожает??? Что вы такое говорите...– Татьяна задыхалась, она перешла на крик, – Как можно? Зачем вам это?! Вы знаете возраст Алевтины Васильевны?! У нее давно... Менопауза!!!
– Татьяна... – лицо Елены Павловны было серьезным и грустным, – Да, знаю... Ей много лет... В таком возрасте не беременеют. Но это произошло. Каким-то чудом...
Я не понимаю, как... Думаю, никто не понимает...Да об этом уже поздно думать...
Это первый такой случай у моего мужа... Алевтина – уникальная роженица... Надеюсь, все пройдет благополучно... Сейчас я вас проведу в отделение. Пойдемте.. Возьмите мобильник вашей мамы...И... Прошу вас... Держите себя в руках, – Елена Павловна старалась сохранять спокойствие, которое давалось ей с трудом после всех пережитых за последние несколько часов трудностей. Самым важным было то, что они успели довезти пациентку до роддома. Беспокойство и страшное чувство неминуемой потери терзали Татьяну, мешая сосредоточиться. Но в любом случае, она понимала, что ей ничего другого не остается, как только ждать... Только время решает все. Время и Господь Бог. Она не была верующей, никогда не ходила в церковь.
Продолжение следует...