Глава 4. Сквозь года…
Вся книга "Двери" в подборке - https://dzen.ru/suite/d8e2e5b0-90a6-45bf-ba74-59da3cbd4912
Эта дверь была, есть и будет в каждом доме, зачастую она такая же, как и все остальные двери, снаружи её даже не отличить. Изнутри ситуация в корне меняется, словно, открывая её, ты попадаешь совсем в другой мир.
В мир хаоса и зашторенных окон…
Да, да, да.
Как правило, именно в этой комнате окна наглухо закрыты плакатами, занавесками, жалюзи, одеялами или всем, что попадётся под руку.
Это дверь в комнату обычного снаружи человека, но с бунтарским, взрывным содержимым изнутри.
Подростковый максимализм…
Противоречие во всём…
Самая загадочная пора — бури гормонов и самопознания, взрывы чувств и эмоций, порядок и хаос, свет и тень, слабость и лидерство…
Уже не дети, но ещё и не взрослые!
Мой сын прожил свой подростковый период под девизом: «Не учите меня жить!»
Дочь проживает его со словами: «Как надо? Как лучше?»
А я… я жила с правилом: «Отстаньте от меня все, у меня убийца, оказывается, нифига не дворецкий…»
Родителям с подростками очень непросто, но поверьте мне... им гораздо сложнее и тяжелее пережить этот период.
Нашей главной героине Машке, в самом разгаре переходного возраста, случилось увидеть ЕГО…
Первого сентября он безмятежно зашёл в её класс и улыбнулся. Классная руководительница начала что-то говорить о прекрасном дне, о новом ученике, о чём-то ещё, но Маша, сидя на второй парте среднего ряда, вообще ничего не слышала.
Поток адреналина, дофамина и окситоцина обжигающей волной хлынул сначала ей в голову, а потом, рухнув вниз по телу, выжег всё изнутри. Она смотрела на новенького и мысленно сравнивала его со всеми известными красавчиками в мире. Все красавчики в мире, ожидаемо, проиграли новичку с треском, а смольно-чёрные глаза врезались в её сознание и мысли.
Ситуацию срочно надо было спасать, поэтому на первых секундах перемены Машка подбежала к своей лучшей подруге Юльке и, хотя чувствовала бурю волнения и страха, нарочито спокойно сказала:
— Юль, ты опять весь урок кидалась записками с Ромкой! Ну ничего за лето не изменилось! Как восьмой класс на записочках закончили, так и девятый начали!
— Аха-ха-ха, — Юлька поправила белый бант на голове и подмигнула Роме через плечо Маши. — Да! Мы так и не повзрослели.
— А чего это к нам новенького засунули? Я, пока свежие учебники перелистывала, даже не заметила его, — сердце Машки почти остановилось от переживания.
— Ага, такой ушлёпок… Всем девчонкам без разбора улыбается. Даже Таньке-ботаничке! Мы с Ромой ему уже пять кличек-обзывалок придумали и ни одной приличной. — Юлька засмеялась и полезла в карман за записочками. — Вот смотри. Антон-тампон, батон, облом… А ещё с его фамилией вообще зверски звучит — Безголосов… Это надо же так сына не любить, чтоб Антоном назвать. Короче, будет «молчаливым тампоном».
Юля заливисто засмеялась и, вытирая с глаз выступившие от смеха слёзы, начала готовиться к следующему уроку.
Маша, почувствовав острую неприязнь к подруге, после сказанных ею насмешек, впервые за несколько лет обиделась и решила минимизировать их общение, ведь Антон… Антон был просто нереальным парнем, и ей всё время казалось, что завтра он исчезнет.
Открыв социальные сети на телефоне, она половину урока искала его профиль, чтоб разузнать о нём побольше.
«Безголосов, уникальная фамилия, — размышляла она. — И явно дворянская… вон как он держит спину, как смотрит прямо, как улыбается».
Досидев уроки, Маша шла домой, воодушевлённая мыслями об Антоне, поэтому, открывая дверь квартиры своим ключом, она никак не ожидала подвоха. Дома была мама!
Это фиаско! Почувствовав, что настроение падает уже куда-то ниже плинтуса, девушка постаралась прошмыгнуть в свою комнату, где её ожидал ещё более неприятный сюрприз.
Во-первых, там стояла мама, во-вторых… она там прибралась!
Это был верх наглости со стороны родительницы, и Маша сразу решила высказать всё, что у неё накипело:
— Ты прибиралась тут? — на всякий случай уточнила она, глядя на мать.
— Ну конечно! — судя по интонации, у мамы тоже порядком накипело от непорядочного беспорядка.
— Я же просила не делать этого!!! — Мария быстрым движением руки задвинула шторы, создав в комнате романтический полумрак.
— А я просила убираться тут хотя бы раз в месяц! — мама распахнула шторы обратно.
— А я просила не лезть в мою жизнь!
Шторы закрылись.
— А я не могу этого не делать, потому что по нелепому стечению обстоятельств ты моя дочь!
Открылись.
— Спасибо, что родила! Стакан воды в старости принесу! А теперь я могу уединиться в МОЕЙ комнате?
— Маша! Ну нельзя так жить! У тебя в чайных кружках за компьютером уже новая цивилизация развивается!
— И чо?
— А то, что представители этой расы живые и начинают вылетать из ТВОЕЙ комнаты в МОЮ в поисках пропитания!
— Я положу им хлеб!
— Где? — у матери заканчивались силы спорить, видя непоколебимость дочери.
— В одной из кружек!
— Что он там будет делать?
— ЛЕЖАТЬ!!!
— Маша, можно хотя бы съедобные остатки убирать? Ну дома уже самый настоящий свинарник!
— Мам, выйди из комнаты! Это МОЯ комната.
— Доченька! Неужели тебе нравятся горы грязных носков под кроватью?.. Трусы в шкафу вперемешку с кофтами?.. Куртка, запиханная в ящичек для носков?..
— Это ящичек для куртки! Мама, это порядок, который меня устраивает!
— Поэтому тебя устраивает и тот срач, который остаётся после тебя на кухне?
— Где ты там срач видела?
— Горы грязной посуды каждое утро — это порядок? — голос матери срывался на истерические нотки.
— Не убирай… — равнодушно ответила Машка, пытаясь найти в комнате очень важные для всех подростков вещи, которые пропали с привычных мест обитания.
— Ну как не убирать, Маш?
— Ну вот так, приду со школы — помою…
— Так ты не моешь её после школы!
— Ну, значит, помою вечером.
— Так ты и вечером не моешь!
— Ну, значит, завтра.
— Маша, ты когда вообще посуду мыла последний раз?
— Мам, где красные закладки с клейкой стороной?
— Всю канцелярию я сложила в верхний ящик стола.
— Зачем???
— Чтоб не валялись на столе, среди мушек и каких-то опарышей.
— Всё ясно. Можно я останусь одна?
— Маш, — голос матери сменился со злобного на примиряющий. — Пойдём, поможешь мне с уборкой…
— Так чисто же дома! Пусть папа поможет.
— Папа на работе, а под кроватями пыль, надо пропылесосить и помыть.
— У меня домашка. Я занята.
— Хорошо.
Мать вышла из комнаты, понимая и успокаивая себя тем, что это переходный возраст и скоро всё закончится…
Только вот с течением времени ссоры становились чаще, и Маша всё глубже уходила в свою скорлупу отрешения от реальности. Ей всё больше мерещились везде заговоры, непонимание, тупость окружающих, злость, равнодушие и сплошные требования ко всему.
Лучшая подруга откровенно обзывала и ненавидела Антона, а ведь он был единственным лучиком в тёмном царстве Марии. Она старалась встать рядом с ним в столовой, ждала его на крыльце школы, делая вид, что разговаривает по телефону или просто читает учебник. Здоровалась с ним и даже просила помощи в некоторых вопросах по предметам, которые он хорошо знал.
Всё было впустую. Антон отвечал неоднозначно, улыбаясь и через секунду отворачивался, уходя от разговора.
Однако даже такие минутки общения приносили Маше большую радость.
Больше всего времени он уделял своей страничке в Инстаграме, где публиковал проделки младшего брата. Почему именно брата, она никак не могла понять. Ну что крутого в косоруких рисунках?.. В непонятных слепках пластилина и в «о чудо, Кирюха сам моет посуду!»… Хотя поймала себя на мысли, что ей нравилось наблюдать за жизнью Антона в его доме, поэтому она просиживала часами, смотря, как «мамин младшенький разобрал крупу в шкафу».
Однажды Машка всё-таки спросила Антона в школьной раздевалке, почему он ведёт Инстаграм с видосами братика, на что тот ответил:
— Эксплуатировать детский труд, именно таким образом, законодательство нашей великой страны не запрещает, — и улыбнулся, глядя прямо ей в глаза.
— Тогда предлагаю создать пару роликов на тему: «Кирюха против съёмок», «Кирюха читает Конституцию Российской Федерации», «Кирюха снова моет посуду».
Антон искренне рассмеялся и, подмигнув Маше, предложил:
— Поможешь?
— Конечно!!!
— Тогда вечером в семь у меня! Обещаю вкусный кофе. Сразу бери проект по английскому.
— Тебе помочь сделать проект? — удивилась она.
— Это тебе надо помочь сделать! Я видел на проверке, что у тебя там куча ошибок.
— Вау! — Маша впервые за последнее время получила предложение в помощи вместо тычков «обязана», «сделай», «быстро», «так надо» и «мне бы твои проблемы»…
— Не вау, а просто моя благодарность за несколько новых идей.
Маша улыбнулась, покраснела, опустила глаза и боялась утонуть в море счастья и внимания. Для неё это всё было в новинку, и она летела домой как на крыльях! Очень хотелось поделиться своей радостью со всеми на свете! С мамой!!! С подругой! И даже с соседкой по лестничной клетке.
Однако дома её ждала чисто убранная комната, которая и создала когнитивный диссонанс с настроением. В итоге вечные требования и нарушения личных границ в семье с треском выиграли.
Это был предел терпения Марии. Разозлившись на чересчур чистоплотную мать, она схватила свой проект, выгребла отложенные богатства из копилки и, послав воздушный поцелуй квартире родителей, безоговорочно сделала выбор в пользу Антона и жизни где-нибудь… только не тут.
Хоть где!!!
Хоть на лавочке вокзальной!
Здесь сплошные правила и непонимание, указы и придирки, абсолютное нежелание признавать её «правильное» мнение и вечная занятность родителей.
А там, с Антоном: помощь с английским, кофе, весёлые видео и свобода.
Подростки самые загадочные существа в мире, они ещё по-детски хотят внимания и помощи, но уже по-взрослому требуют внимания и равноправия.
Они уже выросли!!!
Они принимают только верные решения!!!
Им не нужна наша гиперопека!
Ну если только чупик и мороженку… вон ту… Ну ма-а-а-ам…
В голове у Маши чётко созрела мысль пойти и снять себе жильё, зарабатывать деньги, окончить школу и жить нормально, без всяких родительских нравоучений!..
План казался безупречным, поэтому настроение летало выше неба.
Даже выше солнца.
Просидев дома у Антона до самого вечера, Мария была воистину счастлива и даже не вспоминала о родительском доме до того момента, пока не пришлось покидать гостеприимный мир одноклассника.
На улице же откровенно вечерело…
Уверенность в правильности своих действий начала стремительно покрываться полумраком улиц.
Позвонив по нескольким номерам из объявлений о сдаче жилья и подсчитав свои «мильёны», Маша задумчиво присела на скамеечку и закурила украденную у отца сигарету.
О «нормальных», а не дурных привычках дочери родители, естественно, даже не подозревали.
«Всё равно в этом нет ничего плохого, вон полстраны курит, и ничо…»
Смеркалось.
Антон уже выложил первый видеоролик из отснятых сегодня. Вот, даже кусочек её ноги видно на седьмой секунде… вот… за Кириллом…
Машка улыбалась, вспоминая эти золотые моменты.
Мама и отец по очереди позвонили ей уже тысячу раз.
— Типа волнуются, — съязвила она, глядя на сотню пропущенных звонков. — Поди, опять некому после ужина посуду помыть, вот и вспомнили про меня.
Потом было холодно и хотелось кушать. Оказалось, что спать на скамейке в парке неудобно, больно и страшновато.
И она пошла домой.
Подъезд, дверь, мама, слёзы… ванна, пересмотр видеороликов, его смех…
Антон встретил её перед уроками, на следующий день, хвастаясь, что их тандем вызвал бурю эмоций у подписчиков и теперь она его главная помощница, тем более что Кирилл приготовил для неё роль в следующем сценарии.
И всё начало меняться.
Машу перестали узнавать учителя и родители.
Умница и красавица, выправилась по учёбе, с лёгкостью щёлкала задачи по ненавистной химии и с удовольствием помогала маме по дому, снимая ролики под названиями: «Я помыла пол, как Кирилл» и «Сегодня я — Золушка».
Всё перестало меняться так же стремительно, как и начиналось.
После девятого класса Антон ушёл в медицинский колледж, а вместе с ним ушёл смысл всего. Мария опять закрылась в своей скорлупе нелюдимости и плотно запахнула шторы в комнате…
Она сутками смотрела его страничку в сети и бóльшую часть времени молчала.
Если год назад жизнь была прекрасна, то вот сейчас…
Вы скажете, что и в тридцать лет разбитое сердце приносит много боли и равнодушия. Как бы не так!
С каждой потерей мы становимся черствей, менее ранимыми, рассудительней и отлично понимаем, что впереди будут новые встречи, возможно не такие, но будут… Возможно, гораздо лучше и продолжительней…
В пятнадцать лет, когда твоё сердце ещё не знает потерь, оно болит по-настоящему, сильнее, что ли… пронзительнее, больнее… На разрыв… на крик…
Это первая потеря, первая дверь расставаний, первая обида, первое искреннее непонимание и первая ступень из детства в зрелость…
Становиться большой всегда больно. Начинаются первые шаги в реальную самостоятельность.
С течением времени боль утихала, Мария всё реже заходила на его страницу в Инстаграме, а на первом курсе института случилась вторая ступень Машиного взросления: Антон женился на светловолосой однокурснице из своего медицинского колледжа.
Ещё один слой боли и чёрствости…
Она сильная!!!
Она справится!!!
Хоть это и не было справедливым жизненным уроком, но через него проходят все люди.
К двадцати двум годам Мария работала старшим администратором в туристическом агентстве и всё ещё любила полумрак в комнате. Днём окна её квартиры озарялись солнцем, но, где-то в душе, она любила вечер с задёрнутыми шторами, с затемнённой лампой. Это позволяло ей мечтать, размышлять и лениво строить дальнейшие планы.
Постепенно жизнь вошла в размеренную колею.
Она вышла замуж за прекрасного молодого человека и даже любила его… но вдруг… зачем-то… зашла в ЕГО Инстаграм.
Там уже не было смешных видео о братике, но появилась весёлая серия с дочерью. В последнем ролике Антон тщетно пытался объяснить дочери, почему когда из пенала достали один карандаш, то там осталось четыре, а не пять, как мама купила.
Его голос стал чуточку грубее, но также манил недолюбленным эпизодом в её жизни.
Мне нравится называть резко оборвавшиеся чувства — недолюбленными. Они остаются в душе человека неким шрамом… словно вырвали кусок и всё криво-косо срослось… Когда люди расстаются по обоюдному решению, вследствие угасания чувств, это отношения, закономерно пришедшие к финалу… словно цветок отцвёл, засох и упал на землю.
Когда кто-то (время, обстоятельства) срывают этот цветок в самый разгар любви, стебель ещё долго стоит зелёным, стараясь восполнить и воссоздать оторванный бутон. Он не сохнет. Очень долго растение пытается реанимировать ущерб.
Так и с чувствами.
Именно в случае с Машей они оказались недолюбленными до конца… оторванными… Поэтому она по-доброму и с улыбкой продолжала смотреть на Антона, который считал карандаши.
Так мило.
Однако было одно «но», которое её удивило. Увидев его спустя столько лет, она не испытала совсем никаких чувств. Совсем. Вот «хоп» — и пустота.
Маша улыбнулась. Она перемотала видео и посмотрела ещё раз.
Ничего. Просто радость за бывшего одноклассника.
Многолетняя тяжесть ушла… отпустила.
Цветок переродился, и, расправив шторы в комнате, Мария окончательно повзрослела…
***
То, что творится за подростковой дверью, всегда окружено загадками и тайнами, даже для самих обитателей этих комнат. Во время этого страшного гормонального шторма происходят удивительные вещи, которые зачастую остаются надолго в головах и сердцах «уже не детей, но ещё и не взрослых».
Они могут жить как Маугли, в полном хаосе, но всегда находить в бардаке нужную вещь…
Они могут есть по ночам и не толстеть…
Они могут влюбиться до слёз и ненавидеть до крика одного и того же человека…
Их настроение меняется в доли секунды…
Как же всё-таки сложно быть подростком и как же это важно! Ведь они учатся быть взрослыми, хотят быть как мы… но и не хотят быть похожими на нас.
Иногда проблемы того возраста преследуют очень долго, как и те чувства, как и те эмоции, те переживания. Это не удивительно… ведь они были очень важными, очень искренними, очень первыми!
Кто-то из моей университетской группы, на защите диплома, обречённо сказал:
— Страшно не то, что мы теперь взрослые, страшно, что взрослые теперь мы…
Предыдущая глава: https://dzen.ru/a/Z4O2tetimWl3U1kD
Следующая глава: https://dzen.ru/a/Z4O4GpS2LSjFtXN3