Отец Ричард Рор объясняет, почему ролевые модели и личные примеры часто вдохновляют на изменения более эффективно, чем правильные идеи и убеждения:
Правильные идеи и церковные заповеди не могут вызвать те изменения, которые нужны душе. Душа нуждается в живых примерах для роста, в образцах, излучающих энергию любви. Люди, готовые любить, меняют нас на глубинном уровне. Только они способны одновременно открыть для нас пространство ума и сердца. Когда мы находимся в этом особом состоянии — а это именно состояние, — мы становимся открытыми для направлений и возможностей, которые раньше не допускали или не представляли себе.
Когда я изучал схоластическую философию в семинарии, нам преподавали, что существуют формальные причины вещей, материальные причины, действенные причины, примерные причины и конечные причины. После появления ньютоновской физики многие стали считать, что действенные причины — единственный способ объяснить происходящее, например, сильные руки, выталкивающие камень из поля. Но та причина, которая особенно привлекала меня, — это примерная причина. Такой тип причинности подразумевает, что кто-то или какое-то событие, просто существуя, будучи примером или моделью, «вызывает» последующие события.
Конечные причины действуют схожим образом, притягивая нас через привлекательность и увлечение. Конечные причины «вызывают» определённые изменения и эволюцию, предлагая идеалы, модели и соблазны, которые увлекают нас вперёд. Святой Бонавентура учил, что наша судьба или цель (telos) в конечном счёте определяет наш смысл. Если наша конечная цель ясна, у нас есть наша Полярная звезда, которая направляет нас к осмысленной жизни. Это действительно и неизбежно направляет нас вперёд и задаёт чёткую траекторию.
Когда я преподавал в Южной Африке, снова и снова я слышал, как Нельсон Мандела стал катализатором культурного скачка для многих африканских мужчин, особенно когда они видели фотографии, где он работает в поле мотыгой — делом, которое считалось «женским трудом». Он был прекрасным примером и примерной, и конечной причины. Он изменил направление и возможности для многих людей.
Я верю, что само Евангелие и францисканское видение Евангелия в первую очередь передаются через богатую символику человеческой жизни, которая становится притягательным примером: через действия, совершённые с любовью; через ненасильственный, смиренный, простой и освобождённый образ жизни; через радостное единение с бедными и исключёнными; через очевидную радость; через конкретных людей, которые дают другим «причины для духовной радости», как сказал Франциск, когда тёр две палки, чтобы сыграть на воображаемой скрипке, или как поступал Папа Франциск, умывая ноги заключённым, женщинам и мусульманам. Когда такие люди говорят или действуют, их слова зажигают сердца, а действия убеждают!
Безусловно, это то, что Иисус имел в виду, когда говорил быть «светильником на подставке» или «закваской» и «солью» (Матф. 5:13–15, 13:33). Он знал, что святость передаётся через соприкосновение.