- Ваня, сегодня мы идём в гости! - Оля бесцеремонно вошла в мою комнату. Я вздрогнул от неожиданности и оторвал взгляд от экрана ноутбука. Мама всегда стучала, прежде чем войти.
С Олей мы познакомились примерно полгода назад. Вернее, тогда я впервые увидел её, невесомую блондинку, летящую по осеннему парку с маленькой сумочкой на тонком ремешке. Каблуки сапожек, казалось, не касаются устланной рыжими листьями земли. Я стоял как зачарованный и, наверное, глупо улыбался, потому что она окинула меня насмешливым взглядом и пролетела мимо, как маленькая фея.
- Вань, ты что, влюбился? - Спросила мама, когда я в тот день вернулся домой. - У тебя появилась девушка?
Я помотал головой и ушёл к себе. С девушками, как бы мягче сказать, у меня не складывалось с самой школы. Уже давно остались в прошлом прыщи и прочие подростковые комплексы, и я даже видел, что некоторые из однокурсниц поглядывают в мою сторону с интересом, но что-то внутри удерживало меня от обычного флирта с ними. Может быть, просто ещё не встретил ту самую.
А после зимней сессии я встретил девушку из парка в коридоре нашего института. Это было настолько неожиданно, что я растерялся и шагнул навстречу.
- Привет. Я Иван.
- А я Оля. Привет.
Оля перевелась к нам из другого института. Её сестра с мужем жили в этом городе, и она решила переехать поближе к ним. Ну и подальше от родителей.
- Задушили своей опекой. - Пожаловалась она. - Только и делают, что прививают мне какие-то ценности. А тебе не надоело жить с мамой?
Я пожал плечами. Мы всегда жили вдвоём, и меня никогда это не напрягало. У отца давно была другая семья, а мама, хоть и заботилась обо мне, но с тех пор, как я вырос, проявляла максимум такта и старалась не вмешиваться в жизнь своего взрослого ребёнка, то есть в мою.
- Нет. У меня довольно понимающая мама.
Однако, с тех пор, как Оля появилась в институте и в моей жизни, всё вокруг заиграло совсем другими красками, и я даже пожалел, что потерял зря столько времени, не встречаясь ни с кем. Мама насторожилась.
- Ванюш, всё же защити сначала диплом. Умоляю. Ведь последний год, сын.
- За это не волнуйся, мама.
Но через некоторое время Оля предложила жить вместе.
- Вань, нам обоим пора начинать свою жизнь. Мне неудобно у сестры. И тебе надо оторваться от... мамы. Снимем квартиру, платить будем пополам.
Я не видел в этом смысла, мне хорошо жилось дома, часть денег с подработок я отдавал маме, хотя сомневаюсь, что она их тратила. Скорее всего, как обычно, откладывала для меня. Но Оля мне очень нравилась, даже больше, и я согласился. Мама вздохнула, но отговаривать не стала.
- Тебе решать, Ваня. Ты мужчина.
У нас у каждого было по комнате. Для меня это был ценный опыт жизни с кем-то ещё, кроме родного человека. Я быстро понял, что теперь все мои интересы подчинены интересам Оли. Мы ели то, что хотела моя девушка, шли туда, где было интересно ей, смотрели мелодрамы и комедии. Я не возражал, было даже забавно. Единственное "но" заключалось в том, что у меня с моей работой и нашей совместной жизнью совершенно не оставалось времени на диплом. Научный руководитель сердился и, кажется, недоумевал, потому что ранее я никого никогда не напрягал своим учебным процессом...
- Вань, ты слышал?
- Оля, у меня диплом. И сроки. Я обещал Павлу Леонидовичу закончить работу вовремя.
- Ничего не случится с твоим дипломом. Полежит ещё денёк. Я обещала сестре, что познакомлю их с тобой.
- Оля, а в другой раз нельзя?
Она надулась.
- Ты совсем не любишь меня? Тебе твоё личное дороже, чем наше общее. Тебе не важно, чем я живу!
- Да не дороже. - Тоскливо вздохнул я. - Мы пойдём.
- Ой, Вань, слушай, тогда давай пораньше поедем. В магазин зайдём. Давай купим то вино, помнишь, в коробке, которое было у Юрки на днюхе. Оно такое классное. И дорогое. Пусть Юля с Андреем видят, что ты не жмот какой-то. Это вообще важно, что о тебе подумают.
Вино было дорогое, но я даже не слушал. Думал о том, насколько поздно мы вернёмся оттуда и успею ли я закончить начатое. Я не мог подвести Павла Леонидовича и выглядеть в его глазах человеком, не держащим слово.
* * * * *
- Проходите. - Симпатичная молодая женщина, похожая на Олю, окинула меня пристальным оценивающим взглядом. - Очень приятно, Иван. Оленька о вас много рассказывала.
- Мне тоже приятно. - Я протянул цветы, пакет с вином и некоторым дополнением к нему. Оля выбирала всё самое дорогое, и в какой-то момент я испугался, что нам не хватит денег на обратную дорогу. Это было бы весьма неловко просить на такси у будущих родственников. Но, кажется, на этот раз обошлось.
Я пожал руку мужу Олиной сестры, когда заметил маленького мальчика, скромно стоящего за взрослыми. Оля упоминала, что у неё есть племянник, но как-то вскользь, и сегодня я совсем упустил из виду, что нужно что-то купить для ребёнка.
- Мы ничего не привезли твоему племяннику. - Шепнул я. - Надо было купить игрушку.
- У него каждая игрушка стоит больше, чем твоя зарплата. - Поморщилась она. - Мы купили икру. Макс обожает икру. Да, мелкий?
Мальчик кивнул. Я наклонился и, как взрослому, протянул ему руку.
- Иван. Если хочешь, Ваня.
- Максим. - Он улыбнулся застенчивой щербатой улыбкой и протянул мне свою маленькую ладошку. Она была тёплой и очень мягкой.
- Макс, ну иди поиграй. - Оля подтолкнула его в комнату. - Дай взрослым поговорить.
Он покорно скрылся за дверью.
Разговоры затянулись. Женщины болтали, не умолкая. Андрей молча подливал спиртное, не забывая обильно закусывать. Я практически не пил, стараясь, чтоб мой бокал всегда оставался хотя бы наполовину полон. Устав от обсуждения чужих доходов, покупок и путешествий, я осторожно посмотрел на часы и встал, надеясь, что Оля вспомнит о своём обещании не слишком долго задерживаться в гостях. Но она, увлечённая разговором с сестрой, даже не посмотрела в мою сторону.
- А где...
Андрей показал рукой в сторону коридора. Санузел я нашёл быстро. Плитка с позолотой говорила о претензии на некоторый пафос. Выйдя оттуда, я заглянул в комнату, где скрылся мальчик.
- Тук-тук. Можно к тебе?
Он снова улыбнулся и кивнул. Я огляделся. Игрушки стояли на своих местах. Оля была права. Они действительно оказались дорогими: модельки, роботы, трансформеры, да много чего ещё. Максим же сидел и собирал что-то из кубиков конструктора. Я опустился на пол рядом с ним.
- Что собираешь?
- Самолёт. - Вздохнул он. - Не по картинке, а так просто. Не получается.
- А что не получается? Хочешь, попробуем вместе?
- Давай. - Обрадовался Максим.
Мы в четыре руки собрали что-то, отдалённо напоминающее летательный аппарат, но он остался очень доволен.
- Ты хорошо собираешь самолёты! - Похвалил мой новый маленький друг.
- Мне они нравятся. - Признался я. - Когда маленький был, модельки клеил, из бумаги складывал. Те, что из бумаги, кстати, летали даже лучше.
- Из простой бумаги? - Уставился на меня малыш.
- Ну да. У тебя листочек есть?
- Тетрадка для цифр. Я в ней пишу.
- Давай. - Я деловито осмотрел тетрадку. - Вырывать лучше из середины. Листов два, и никто не заметит, пока не посчитает. Больше одного раза из такой тетрадки лучше не вырывать. Она тонкая.
Он смотрел на меня, открыв рот. Я разделил листы и протянул один из них Максиму.
- Повторяй за мной.
Он складывал самолётик, старательно сопя. Даже язык высунул от усердия.
- А теперь запускаем. Смотри.
Когда первый самолёт сделал круг по комнате, мальчик замер в восхищении.
- Летает! Ваня, он летает!
- Конечно. - Удивился я. - И должен.
- Без пульта! Без мотора! Из простого листика! А мой?
- Запускай. Видишь, твой полетел ещё лучше.
Самолётик неожиданно врезался носом в одну из игрушек. Максим испуганно подскочил, поставил упавший трансформер обратно на полку и оглянулся на дверь. Но из соседней комнаты раздавался смех, и мальчик вздохнул с облегчением.
- А то мама будет ругаться. - Объяснил он.
- Что, играть в игрушки нельзя? - Не понял я.
- Можно. - Серьёзно сообщил Максим. - Только не ломать и не разбрасывать. Они дорого стоят. Знаешь, Ваня...
Он вздохнул и добавил.
- Только они иногда сами ломаются. Поэтому лучше не надо.
- Ну и зачем тогда они нужны? Может быть, другие покупать, подешевле.
- Как зачем? - Удивился Олин племянник. - Чтобы всем показывать. А другие и так у всех есть.
Он приблизился ко мне и прошептал прямо в ухо.
- А хочешь, я покажу тебе свои ценности?
Я кивнул, размышляя, что уж может быть ещё ценнее для потомка новоявленных олигархов. Ну не солдатики же с позолотой.
Максим полез куда-то в шкаф и вытащил плотную картонную коробку с разноцветными детальками на крышке. Конструктор. Я вздохнул с облегчением. Ну да, мальчишке явно нравится мастерить всякие штуки. Но Макс с таинственным видом открыл крышку, и я замер. Смотрел внутрь и чувствовал, как поднимается в душе тёплая щемяще-грустная волна. Большой гладкий камень, шишка, серо-чёрное, слегка испачканное перо, блестящая солдатская пряжка со звездой, бумажная трубочка-дуделка для детских дней рождений...
- Здорово... - Прошептал я.
Максим вскинул на меня глаза. Смотрел вопросительно-радостным взглядом, словно не верил в эту нечаянную искренность.
- Тебе нравится? - Спросил осторожно.
- Да. - Я взял в руку камень. - Тяжёлый. Это настоящие сокровища. Самые ценные.
- Этот камень я достал сам. - Максим погладил гладкий серый бок в моей руке. - Когда на море папа учил меня нырять. У меня получилось, и он похвалил. Сказал, что я настоящий водолаз.
Я бережно вернул камень на место.
- А эту шишку, знаешь, кто принёс? Белка. Мы однажды видели белок в парке. Они брали еду у людей из рук. Белка взяла у мамы из руки орешек, а шишку положила. - Он улыбнулся широко и счастливо. - Все смеялись. Мама тоже смеялась, а потом выбросила, а я подобрал. Ведь это белка подарила. Подарки нельзя выбрасывать. Правда, Ваня?
- Правда. - Подтвердил я. - А перо? Какое оно огромное!
- Это перо вороны. - Важно сообщил мой собеседник. - Мы видели её в садике. И только я один нашёл такое. Ирина Владимировна рассказала нам всё про ворон. Дети подходили ко мне, и я всем давал подержать его. Мама не разрешала брать домой. - Он перешёл на шёпот. - Но я принёс потихоньку. Ты не говори ей, ладно?
- Не скажу. - Я взял в руки трубочку. - Дай угадаю. Это был твой классный день рождения.
- Не угадал. - Максим засмеялся. - И не мой, а Настин. И трубочка тоже Настина. Мы играли в прятки и вместе убежали в тёмную комнату. Там было страшно, но я держал Настю за руку. Нас никто не нашёл.
Он замолчал смущённо. Потом притянул моё ухо и зашептал.
- А потом Настя положила эту трубочку на стол и меня поцеловала. Я на ней поженюсь, когда вырасту. Как ты на Оле.
- А кто тебе сказал, что мы поженимся?
- Это Оля маме сказала. Что ты хоть и мамин сын, но никуда не денешься, и ещё, что ты престиктивный. Ваня, а почему ты мамин сын? Ты любишь свою маму?
- Люблю, Макс. Знаешь, у меня тоже раньше была такая коробка. И там тоже было всё очень ценное. И даже шишка была. Только большая, от крымской сосны. Я нашёл её, когда мы с мамой на юг ездили. Иногда мы с мамой садились и вместе рассматривали мои сокровища, как вот сейчас с тобой.
- И она тебя не ругала?
- За что?
- Мама говорит, это мусор. - Горько вздохнул мальчик. - Поэтому я прячу всё в такой коробке. Конструктор мама не выбросит...
За дверью раздались шаги. Максим встрепенулся. Торопливо сунул в свою сокровищницу самолётики и закрыл крышку.
- А пряжку мне дедушка подарил. - Шепнул он. - Она настоящая, он с ней в армии был.
- Играете? - В комнату вошла Оля. - Вань, куда ты пропал? Не наигрался в детстве? Макс, ты его совсем заболтал. Иди лучше лопай свои бутеры с икрой.
- Я потом. - Мальчик спрятал коробку в шкаф.
- Видишь, какой послушный у меня племянник. - Оля усмехнулась. - Не мешает взрослым, игрушки за собой убирает. Наш сын будет таким же.
* * * * *
У нас с Олей не родился сын. Он родился у меня, вернее, у нас с моей женой. И жену мою зовут Люба, Любовь. С Олей мы расстались ещё до защиты диплома. Слишком разные люди, слишком разные ценности.
А своего сынишку я всё же назвал Максимом, как того маленького мальчика, хранившего когда-то в коробке из-под конструктора не просто камень и шишку, а похвалу и внимание отца, смех матери, счастливый день в детском саду, поцелуй любимой девочки и память о дедушкиной молодости. И мой бумажный самолётик.
Сейчас, когда мой сын носится по всему дому, разбрасывает и иногда ломает игрушки и по сто раз в день говорит, что любит меня, я иногда вспоминаю Олиного племянника и очень надеюсь, что он сохранил не только свои ценности, но и ту искренность, с которой прошептал, прощаясь со мной.
- Ваня, ты очень хороший. Спасибо за самолётик. Ваня, а ты сможешь сказать им потом, что я терпеть не могу икру?
******************************************
📌 Подписка на канал в Телеграм 🐾
***************************************