Время – это деньги? Ничего подобного! Время дороже денег. Так было не всегда, но теперь – так.
Например, я неделями не могу подстричься. Как только я звоню или пишу мастеру, начинаются сложные переговоры, словно договориться о чем-то пытаются по меньшей мере лидеры ведущих держав. У мастера в ее сложном графике есть окно во вторник с трёх до пяти через неделю, у меня, как назло, именно тогда важная встреча. Я не то чтобы какая деловая – наоборот, затворница и почти социофоб, но раз в год и палка стреляет. Следующее удобное время для мастера – в среду, но уже через две недели и уже с одиннадцати до часу. И тут без вариантов. Хоть через две недели, хоть через пять в это время у меня уроки, и так до конца мая. Мастер смотрит, что там у нее есть через месяц – я всерьез задумываюсь, не побриться ли мне налысо в домашних условиях. А что? Дёшево и креативно.
Может сложиться впечатление, что мастер стилист от бога, и потому ее рвет на части полгорода и очередь выстраивается на месяцы вперёд. Но – нет. То есть специалист, и правда, хороший: к моим волосам она подход нашла, а многие – нет. Но это судьбоносное совпадение, каких мало. Истинная же причина в том, что парикмахер работает всего два-три дня в неделю. Честно говорит: клиентов немного, но размазывать их на пять-шесть дней никакого смысла – больше времени уйдет на дорогу до салона и обратно. И вот вынужденная оптимизация.
Деньги сами идут в руки – а их не берут
Я прекрасно понимаю, о чем она. Иногда мне звонят или пишут родители бывших учеников. И заводят свою печальную песню про последнюю надежду. Последняя надежда – это я. Педагог, каких больше нет. Это по версии пишущих и звонящих, конечно. Сама-то я более скромного о себе мнения. Родители хотят, чтобы я подготовила их кровиночек к страшным-страшным экзаменам.
И вот я рассуждаю. Экзамены совсем не страшные, не сдать их могут только совсем скорбные умом. Мои бывшие ученики – не они. Значит, одного занятия в неделю им хватит, а все остальное – развод и вымогательство. Взять по рынку я с бывших учеников не смогу тоже. Черт знает, почему, но не смогу, не позволит совесть. Вот если бы этого Васю, которого прижало сейчас, объединить бы с Ваней, мама которого обращалась ко мне месяц назад, а к ним бы добавить ещё Олю с Машей, которым надо было полгода назад и замкнуть компанию абстрактным Петей, получилась бы отличная мини-группа, тогда каждому все веселье обошлось бы в несчастную тысячу, а я бы не угрызалась, что занимаюсь благотворительностью, которую не могу себе позволить. Но! Ване, Маше и Оле уже не надо. Петя, как уже было сказано, абстрактный, считай призрак – где-то он, конечно, бродит, грустный, перелопачивая объявления репетиторов в соцсетях, но обо мне он пока не знает.
А если бы даже всем нужны были знания, которые, как известно, свет, прямо сейчас, то едва ли удалось собрать всю честную компанию в одно время, в один день недели. Тасовать карты хорошо, когда их хотя бы полсотни, а когда пять потенциальных клиентов – это вообще все что, есть на руках, тут, уж извините, игры не выйдет, банк не сорвать. Насобирать полсотни учеников – это время и труд, причем труд неоплачиваемый, так сказать, работа на перспективу. А у меня сейчас другие заботы и радости, и с учетом их сложно выстроенный график на 3,5 дня в неделю, я этот баланс несколько лет выстраивала и рушить не хочу.
И тогда я отвечаю маме Васи, что я бы с радостью помогла, но не могу. Ну вот не могу. О том, что и не хочу, умалчиваю. Но ведь не хочу. Не хочу связывать себя обязательством быть как штык у монитора в условную среду в условные пять часов за жалкие полторы тысячи, потому что в месяц это жалкие шесть тысяч. Да, знаю, как это выглядит со стороны: люди совсем зажрались, деньги сами идут в руки, а им лень руку протянуть. А вот операторы ПВЗ сидят по 12 часов за две тысячи и не жужжат. А в Африке вообще голодают дети.
Стратегия «десять старушек – рупь» больше не работает
Но то операторы, а что насчет человека с образованием и квалификацией, который как-то с переменным успехом все же работает по специальности? Да полторы тысячи за услуги профи – это вообще ни о чем. Потому что все равно никогда, как ни оптимизируй график, не будет полной загрузки. Потому что она и невозможна, ведь ещё нужно время на подготовку к урокам, проверки домашних работ, поиск новых учеников. Если все в совокупности посчитать, полторы тысячи получится уже не за час, а за два, то есть в час уже 750. А это совсем смешно. Точнее, конечно, грустно. Потому что когда от стратегий «курочка по зёрнышку клюет» и «десять старушек – рупь» поедет крыша, то за те же 750 рублей вас не примет ни один уважающий себя психотерапевт. А выкатит он вам тысяч пять.
Ладно, не будем о совсем уж грустном. Но и радостного ведь нет. Ни за 750 рублей, ни за 1500 никому сегодня не соберут шкаф, не починят батарею, не сделают массаж (медицинский, а не какой-нибудь там). Банально, чтобы до аэропорта доехать, этих денег может не хватить, и пусть дорога не займет больше сорока минут. Каково осознавать, что время, которое ты отрываешь от себя, от семьи, от детей, от радостей жизни, ты обмениваешь на разные скучные необходимости по столь невыгодному курсу?
Вот и не рвут больше пятую точку те, кто хоть что-то соображает, и кто не приговорен работать какую-нибудь пятидневку за совсем уж копейки, за пресловутую среднюю зарплату.
Кстати, о средних зарплатах. В 2024 году она едва превысила 84 тысячи рублей. Это до вычета НДФЛ. То есть на руки 73 тысяч с копейками. Да и то в лучшем случае. Сейчас придут возмущаться, где, мол, где я видела такие зарплаты? Люди выживают на тридцатку! Кто-то скажет чуть более сдержанно: 73 – норм, жить можно, вся провинция так живёт. И будет не так уж не прав. И не только по поводу провинции. Тот же парикмахер в Питере может столько же за месяц выстригать. Но при работе два-три дня в неделю.
Тут мы подходим к одной важной мысли. Значение имеет заработок не за месяц, а в час. Следите за руками. Берем уже упомянутую среднюю зарплату, делим на 180 часов и получаем… трам-пам-пам! Получаем… 400 рублей. Четыреста (сумма прописью), черт возьми, рублей.
Что такое 400 рублей? Два стаканчика кофе на вынос! Или чашка в каком-нибудь заведении. А что такое чашка кофе с точки зрения времени? Пять минут удовольствия! А вкалывали, напомню, час. Абсурд.
Когда деньги совсем не деньги
И вот, собственно, главная мысль этого сочинения, пресловутое «что хотел сказать автор». Время стало дороже денег, потому что деньги, как бы это помягче выразиться, перестали быть деньгами. Труд неприлично дёшев. И значит, время лучше тратить не на него. Ну то есть совсем без труда никак, и не потому что он сделал из обезьяны человека (это, знаете ли, очень спорное утверждение), а потому что рыба из пруда по-прежнему ловится не без усилий, а есть что-то надо.
Короче, в сформировавшихся условиях стратегия работать два-три дня в неделю, но продавать свое время дороже, точно лучше, чем гробиться за полтинник в месяц по 40 часов в неделю. Жаль только, что о потолок повышения своего рабочего часа стукаешься очень быстро. Засада в том, что основная масса потребителей – это люди, зарабатывающие в час 300-500 рублей, и отдать 5000 за час работы какого-нибудь специалиста они могут позволить себе примерно раз в пару месяцев. Ну или пару раз в месяц, если совсем прижмёт, и то с кредитки.
В общем, такая вот жизнь-боль. Платежеспособных клиентов мало. И горе тому, у кого их полтора землекопа. Тогда все равно придется колотиться в найме за среднюю зарплату. И хорошо, если барин (зачеркнуто) начальник попадется добрый, и коллектив будет состоять из чудесных милых людей. А если нет, надо, конечно, усиленно рыть подкоп, чтобы полтора землекопа, с которыми развлекаешься во вторую смену, размножились хотя бы до пяти-семи. Потому что, если таким составом они дадут вам столько же, сколько добрый барин, но не за 180 часов в месяц, а за 40, можно считать, что жизнь удалась. Потому что тогда человек обретает больше, чем деньги – время. А время – это свобода.
Ладно. Я в парикмахерскую. Даже не спрашивайте, как мне это удалось. Может быть, я особо ценный клиент, как никак больше десяти лет хожу к одному мастеру.