Давно это было. Я только-только начала с мужем выезжать на дачу его родителей. Северянка, я сразу влюбилась в неё, но мало что понимала в растениях и больше занималась прополкой.
И вот, как-то осенью, когда я одна случилась на даче, вижу, у нашего заборчика нарисовалась какая-то женщина и о чём-то меня просит. Я здесь мало кого знала. Женщина лет 50, одета очень по-дачному – серо-сине-чёрные треники-кофточки, шерстяные носки, обувь какая-то невнятная. Мнётся, жалобно смотрит на меня, подзывает настойчиво. Что ей надо, что я могу ей дать? Я не люблю отказывать, но сейчас, наверное, придётся это сделать. Вяло иду к ней, даже не могу стереть с лица кислое выражение от предстоящего непонятного разговора. Подхожу ближе. Вижу, женщина что-то держит в руке, похожее на растение.
- Пожалуйста, возьмите у меня хосту, – говорит она и протягивает мне листок, – она очень красивая.
Я узнала это растение. Видела на Юге, когда с родителями туда ездила. Помнила кусты заморённых широких листьев с пучками завявших цветов, торчащих из центра, как оглобли. Похоже, те хосты маялись от жары, также, как и я тогда.
А женщина продолжала уговаривать меня взять её хосту. Что-то рассказывала. Кажется, о том, как она рассаживала её, и у неё образовались лишние корешки. Вот она и решила поделиться со мной.
Но зачем мне южное растение в нашем северном Подмосковье? Я начинаю её убеждать в том, что оно мне не нужно, да и не вырастет у меня. Здесь же не Ялта или Сочи. Не знаю, где она выращивает свою хосту. Может, в теплице. Но мне это не интересно.
- Вырастет, вырастет! Вот увидите, какая она будет потом красавица, – настаивает женщина, умоляя взять её веточку.
В общем, чтобы эта дама, наконец, от меня отстала, я взяла у неё корешок. Женщина тут же исчезла, как будто её и не было. А я взяла в сарае лопату и с большой неохотой (мартышкин труд!) небрежно (неглубоко и без подкормки) прикопала подарок – почти на том же месте, где мы стояли с этой дарительницей. То есть под яблоней, рядом с огромной елью. Там была хорошая тень, и я была почти уверена, что этот корешок, уже довольно подвявший, не приживётся.
Но он прижился.
Прижился и весной пустил бодрые свежие ростки. Потом с каждым годом хоста активно разрасталась и довольно быстро превратилась в шикарный куст – зелёная листва с жёлтыми разводами, цветы сиреневые. Я её зауважала, даже полюбила.
«Вот оказывается как! – Подумала я. – Значит, и у меня могут расти хосты. Да ещё в таких неудобствах, под деревьями, в тени. Здорово!»
«Тогда мне нужны ещё хосты, – решила я, – тени у меня полно».
И я зарядилась на их приобретение. Сначала получала росточки хост от соседей, потом стала покупать их везде, где только можно. Практически всё из вновь приобретённого прирастало. Единственно плохо, много было пересортов, особенно в пакетиках из Ашана, в которых растюшки были буквально с ноготок. Эти хосты очень долго поднимались. Причём при росте хосты часто изменяются, и поэтому, не сразу поймёшь, что за сорт.
Каждая хоста у меня имеет свою историю, и я с трепетом вспоминаю, к примеру, какая добрая-предобрая была соседка, что рубанула мне кусок от своего куста. Пытаюсь через интернет установить неизвестные названия сортов – так удобнее общаться с продавцами и любителями хост.
На данный момент у меня уже достаточно много хост, чтобы уже успокоиться и не гоняться за ними. Кое какие хосты уже и раздаю. У меня их порядка 50, однако и список хотелок тоже включает 50 наименований. Но, как говорил Кузьма Прутков, – «Нельзя объять необъятное». Сортов хост вывели великое множество, а сажать некуда.
Хосты прекрасны, я их обожаю. Своими пышными юбками напоминают купчих с картин Кустодиева. Голубые, зелёные, с разводами и без, с белыми или сиреневыми цветами, разных размеров.
Надо вам сказать, что первая хоста у меня стала пускать реверсы, то есть сбоку появлялись её предки. Приходилось их откапывать. Однажды мне это надоело, и я отдала свою первую хосту соседке – начинающей хостоманке.
Но я часто вспоминаю ту женщину у забора, которая одарила меня первой хостой. При мысли о ней мне становится неудобно за то, что я так долго ломалась, не принимая её подарка. Я её больше никогда не видела, и всё чаще мне мерещится, будто это такой ангел от хост посетил меня со своим подарком. Чтобы сделать меня счастливой. Спасибо ему!