Меня зовут Книжная Полка. Именно так! С большой буквой "Ка" и с большой буквы "Пэ". Или даже так: КНИЖНАЯ ПОЛКА! Я настоятельно требую говорить обо мне с благоговением и восхищением, например, так: "Ах! Какая чудесная КНИЖНАЯ ПОЛКА!"
Каждая буква в моём имени особенная, словно драгоценный камень в ожерелье непреложных истин! Все они — главные, заглавные, прописные.
Мой внешний вид безупречен: я изготовлена голландскими мастерами из дубового массива природного оттенка с лёгким градиентом и декоративными кариатидами. Стилистически я тяготею к эстетике неоренессанса, что проявляется в характере орнамента и общем колорите. Моя поверхность отполирована до блеска, отражая свет так, что кажется, будто я сама излучаю мудрость и свет.
На мне должны стоять только избранные книги — романы викторианской эпохи, а рядом лежать партитуры Шопена. Я требую, чтобы хозяйка соблюдала эти условия, ибо я не просто вещь, я — сокровище!
Я говорю это не из пустого тщеславия. Когда меня внесли в этот дом и пронесли через комнаты, я успела оценить богатство библиотеки. Но все книжные шкафы и полки этого дома ничтожны по сравнению со мной, ибо меня поместили в дальней комнате, и это знак моего величия и уникальности. Здесь царит полумрак, придавая обстановке таинственность и романтику.
Ой, что это! Немедленно погасите свет! Мне больно от яркого света! Я требую к себе уважения и достойного обращения!
В комнату вошли двое: высокий мужчина с мужественными чертами лица и женщина, нежная и с добрыми глазами. Мужчина огляделся, словно что-то искал, и наконец произнес:
— Аннушка, ты мне про эту полку говорила?
— Да, дорогой, — ответила женщина. — От тетушки покойной осталась. Посыльный только что доставил. Я уж и так и этак думала, куда её пристроить, да всё не получается. Не вписывается она в наш дом. Попросила пока повесить здесь.
Мужчина подошёл к полке, провёл по поверхности рукой, словно желая почувствовать её тепло. Затем обернулся к жене и спросил:
— Аннушка, верно ли, что полка сделана голландскими мастерами из дубового массива, как всегда утверждала твоя тётка? — он постучал костяшками пальцев по дереву. — По-моему, сосна обыкновенная.
— Ты прав, дорогой, — улыбнулась женщина. — Про то, что полка изготовлена в конце восемнадцатого века голландскими мастерами — это семейное предание. Ты же знаешь, тётушка моя, актриса по профессии и по жизни, была мастерица на эффектные позы и фразы, любила пыль в глаза пустить. Эту полку она заказала в семидесятые годы двадцатого века у столяров драмтеатра, они ей её и сколотили.
— Мастера бутафории! — рассмеялся мужчина и ковырнул ногтем декоративную кариатиду. — Ну надо же! А все эти вензелёчки — они же из пенопласта!
Женщина взглянула на него с улыбкой, в которой смешалась нежность и лёгкая грусть.
— Да, дорогой, — сказала она тихо. — Но тётушка так любила эту полку... Она говорила, что это не просто мебель, а часть её души.
Мужчина усмехнулся, но промолчал. Он знал, сейчас проявлять остроумие неуместно, да и не хотел этого: семейное счастье дороже. Вместо этого он подошёл к ящику со старыми подшивками научных журналов и, взяв большую стопку, положил её на полку.
— Знаешь, Аннушка, я тут подумал...— с улыбкой произнёс мужчина, нежно обнимая жену. — Давай оставим эту полку здесь, как память о тётушке. Пусть на ней хранятся старые подшивки газет.
Мужчина и женщина, наслаждаясь близостью друг друга, постояли в чулане еще несколько мгновений, а затем, погасив свет, вышли, оставив за собой лишь тишину, сумрак и книжную полку, погруженную в глубокие раздумья.
_____________
© Канал "Красная Палатка"
________________________________________________
Является интеллектуальной собственностью авторов.
Запрещается без разрешения авторов цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной сказки.
Все персонажи вымышленные, совпадения случайны.