Грэг Айлс. Кровная связь. – Харьков: Книжный клуб «Клуб семейного досуга»», 2008 г. С чего начинается убийство? С нажатия на курок? С появления мотива? Или все-таки оно начинается намного раньше, когда на долю ребенка выпадает больше ненависти, чем любви, отчего его жизнь и он сам меняются необратимо? Страх хуже смерти. Смерть – это всего лишь окончание жизни, и мне это хорошо известно. А с тем, что я знаю, я могу сражаться. Можно справиться со всем, что имеет имя и названо вслух. Но с тем, что скрывается в тени, нельзя сражаться, как нельзя вынести его. Знание, обретенное через боль. Незваная и непрошеная мудрость. Сны всегда приносят больше вопросов, чем ответов. Прошлое никогда по-настоящему не становится прошлым. Если бы прошлое действительно оставалось прошлым, в мире не было бы скорби и печали. Война всегда варварское занятие. Меняются только инструменты ее ведения. Конечно, зверя можно научить демонстрировать послушание, но тот, кто верит, что хищника можно лишить свирепос
Грэг Айлс. Кровная связь. – Харьков: Книжный клуб «Клуб семейного досуга»», 2008 г.
С чего начинается убийство?
С нажатия на курок? С появления мотива? Или все-таки оно начинается намного раньше, когда на долю ребенка выпадает больше ненависти, чем любви, отчего его жизнь и он сам меняются необратимо?
Страх хуже смерти. Смерть – это всего лишь окончание жизни, и мне это хорошо известно. А с тем, что я знаю, я могу сражаться. Можно справиться со всем, что имеет имя и названо вслух. Но с тем, что скрывается в тени, нельзя сражаться, как нельзя вынести его.
Знание, обретенное через боль. Незваная и непрошеная мудрость.
Сны всегда приносят больше вопросов, чем ответов.
Прошлое никогда по-настоящему не становится прошлым. Если бы прошлое действительно оставалось прошлым, в мире не было бы скорби и печали.
Война всегда варварское занятие. Меняются только инструменты ее ведения.
Конечно, зверя можно научить демонстрировать послушание, но тот, кто верит, что хищника можно лишить свирепости, обманывает себя.
Есть ли на свете что-нибудь более уязвимое и хрупкое, чем мужская гордость?
В какой-то момент становится уже неважно, через что тебе пришлось пройти. Нужно взять себя в руки, завязать шнурки на ботинках и жить дальше. Потому что никто не сделает этого вместо тебя.
Когда мы знаем, что с нами происходит, с этим легче справиться.
Даже во лжи должна присутствовать толика правды.
Зачатие ребенка более не является таинством. Простая комбинация неосторожности и вожделения.
Мы судим и наказываем, исходя из фактов, но факты не являются истиной. Факты похожи на скелет, который кто-то откопал спустя много лет после захоронения. Истина гибка и подвижна. Истина жива. Для того чтобы познать истину, требуется понимание, это самое трудное умение, доступное человеку. Для этого требуется увидеть все вместе, воедино, до и после, как это свойственно одному Господу.
Нам всем есть что скрывать. Иногда даже от самих себя.