…В этой и следующих статьях мы поговорим о донорстве и не только.
…Потому что донорство и «другое» имеет к проблеме «рака» самое прямое и непосредственное отношение. И это не анекдот.
Я понимаю недоумение людей, которые прочли эти строки…
Мол, как же так?!! Как может донорство(!!!) укоротить жизнь, наполнить ее страшными физическими мучениями?!!
Ведь официальная медицина говорит прямо об обратном: не просто о безвредности этого дела, но о его якобы несомненной пользе! Мол, организм с каждой последующей донацией только омолаживается…
Хм… Да не хрена он не омолаживается. Тут дело обстоит ровно с точностью до наоборот: подавляющее большинство доноров с каждой порцией своего биоматериала существенно укорачивают себе жизни, т.к. вместе с этим «материалом» (кровью, костным мозгом, органами или их частями) они отдают и несколько лет жизни собственной, начинают преждевременно стареть.
Но мне могут немедленно возразить, указав на реальные случаи, когда почетные доноры (т.е. люди, которые всю жизнь сдавали кровь) жили долго и даже не болели. А есть и вовсе уникальные образчики. Например, Джеймс Харрисон.
…Этот австралиец сдавал по литру(!!!) крови каждые две недели в течение 60 лет своей жизни.
Последний раз он сдал кровь в 81 год, назвав этот день «самым печальным днём в своей жизни…»
Хм… Даже если героизм этого старика сильно преувеличен, отмахнуться от самого факта его существования всё равно не получится. Такие люди есть. Например, после «отставки» Дж. Харрисона, его место не опустело. Его тут же заняли 20 человек с такой же, как у легенды, «золотой кровью». Дело в том, что плазма крови Дж. Харрисона и его приемников обладает уникальным свойством: в ней находятся особенные антитела, помогающие в решении пресловутого «антирезуслого конфликта». Благодаря такой донорской крови (точнее, изготовленным на ее основе препаратам) смогли родиться миллионы(!) совершенно здоровых детей. И наоборот, не было бы этих доноров – не было бы и детей. Они, даже родившись, погибли бы от гемолитического синдрома…
Теперь вопрос: как соотносятся эти факты с тем, что пишу я? Когда не просто утверждаю, но настаиваю на своём утверждении, что для подавляющего большинства нормальных людей донорство есть фактически самоубийство. Только несколько пролангированное по времени. Впрочем, для многих не требуются и годы, - в их случае всё заканчивается за минуты…
Для того, чтобы объяснить этот парадокс, надобно вернуться несколько назад и вспомнить, о чем вы читали в прежних моих статьях. В частности, о людях-«иисусиках». Тогда я рассказывала об особой человеческой когорте – жертвователях. Которые, так же как в своё время Иисус, то и дело приносят себя в жертву, чтобы остальные жили. Они, умирая, отдают свою «темную» жизнеобеспечивающую материю социуму, чтобы он процветал. Так вот доноры – из этой самой «оперы». Это те же «иисусики» (или «данко», который, если вы помните из литературы, ради людей вырвал из груди собственное сердце), но «данко»-«иисусики», которые для процветания и прогрессивного эволюционирования разумного вида, делятся с ним своим «светлым» веществом. Это буквально «светлые» «иисусики». Донорство – это их собственная, личная(!), сверхзадача, с которой они посланы в этот мир Высшей Силой, для сохранения «образа и подобия» Самого…
Так вот проблема заключается в том, что таких, уполномоченных Лично Творцом, жертвователей органики чрезвычайно, на самом деле, мало. После ухода «в отставку» упомянутого выше Дж. Харрисона во всей Австралии набралось всего 20 человек, которые смогли его заменить. Однако даже они, эти сверхогромные «стволовые бомбы» не дотягивают до рекорда знаменитого своего собрата, сдают кровь много реже и в гораздо меньших объемах.
В общем, истинные доноры - это исключительно «штучный товар».
И я ничего не утрирую.
Я даже не стану задавать вопроса: сколько из тех, кто читает эту статью, смог бы раз в две недели сдавать литр крови?.. Так как, во-первых, заранее знаю ответ – никто. А, во-вторых, сама жизнь давным-давно ответила и на другую заморочку: какова плата за такой героизм?..
…Несколько лет назад мне довелось побывать на старом, закрытом еще в 80-е годы, кладбище (пошла «за компанию» с приятельницей, - чтобы ей было не страшно, - проведать могилы ее давно умерших родителей).
Точнее, кладбище было ни таким уж и старым – послевоенным. И сразу, едва я стала рассматривать соседние захоронения, в глаза бросились даты, - практически все умершие были по нынешним меркам далеко не старыми людьми – 40 - 50 лет…
Ну, причин такой смертности, было, понятное дело много. Это и производственный травматизм (страна, возрождаясь после военной разрухи, не особо заботилась о соблюдении правил техники безопасности на предприятиях, выжимала из работяг последние соки…), это и традиционные во все времена ДТП, и болезни, и инфекции, а еще полученные на войне ранения. Они «догоняли» своих хозяев даже через десятилетия… (Об этом феномене мы поговорим отдельно, чуть позже).
Вот только всё равно смущал возраст умерших. Не старые же еще люди. А еще огромное количество именно женских захоронений.
Короче, я стала интересоваться историей «вопроса». И очень скоро ответ нашелся. Причем в той стороне, где я никогда не додумалась бы его искать… Помог случай.
...Конечно, со мной можно спорить… Хм… Вот только доказать неправоту моей догадки, практически невозможно…
Всё дело в донорстве.
…Когда одни в годы ВОВ воевали на фронте, другие – сдавали для них кровь. И сдавали ее не раз и не два. Лозунг: «Всё для фронта, всё для победы!» был тогда не шутовским, а буквальным. Отдавали последнее – имущество, деньги, силы, здоровье, работая до изнеможения под открытым небом и в зной, и стужу. А еще отдавали кровь. Да не «норму», а столько, сколько было нужно.
Впрочем, такими сознательными были не все. И тогда власть принудительно загоняла на пункты ее сдачи толпы студентов, курсантов и работяг из заводских цехов. А некоторых и загонять не было нужды. Сами приходили. Голод, как известно, не тётка. Голодающих в те времена было много больше, чем патриотов и студентов вместе взятых. И, соблазнившись на доппаёк для доноров, они сдавали свой «биоматериал» практически ежемесячно. А каков был главный контингент военных доноров? Хм… Конечно же, женщины. И особенно женщины, имеющие детей. Чтобы спасти их от голода, матери не брезговали ничем, добывали средства к их существованию где и как только могли…
Ну, а результат такой жертвы – ранняя преждевременная смерть.
К слову сказать, врачам старой практики данный феномен был хорошо известен. И они всегда были против массового и частого донорства, т.к. знали: буквально через пару десяткой лет у очень многих жертвователей откажет печень…
Самое печальное в этой ситуации то, что проблема, связанная с жертвенностью, - проблема вневременная. Так как надобность в ней не исчезла и в нашей современности…
…На приёме женщина. Предельно изможденная. У нее горе. Огромное! Которое не высказать никакими словами, не выплакать никакими слезами…
…Умирает ребенок. Дочь. Семнадцатилетняя красавица. У нее рак. Точнее, не рак, а почти рак. Крови. И врачи настаивают на немедленной трансплантации костного мозга. Говорят, это может излечить. Болезнь, мол, уйдёт навсегда. Важно подобрать только хорошего донора. А он есть. В их же семье! Причем такой, что и желать лучшего не надо! Во-первых, имелась 100% совместимость; во-вторых, он был сиблингом(ближайшим родственником); в-третьих - мужчиной, чей костный мозг, в отличие от женского, как утверждает наука, приживается максимально(!) полно. Короче, в качестве потенциального донора выступал 15-летний родной брат умирающей.
Но мать колебалась соглашаться на его донорство. Сердце сжималось от предчувствия чего-то «совершенно страшного!» и желания не навредить.
Ей нужен был мой совет: как правильно поступить?..
И тогда я подвинула к ней гору научной медицинской литературы, попросила прочесть очерченные красным карандашом выдержки и цитаты. Она забрала всё это домой, несколько дней изучала…
…А дальше девочка умерла. Как считают некоторые «доброжелатели» и врачи не столько от своей болезни, сколько от «нереализованного своего шанса». Когда мать не разрешила сыну стать для нее донором…
(Продолжение следует…)