Интервью «МАШБЮРО» с Алексеем ЛЁЛИКОМ Гуриным, лидером группы ШКОЛА (Новосибирск) в "Цоколе" 7 декабря 2024 года. Расшифровка видеозаписи.
Алексей Гурин: – Я родился в республике Татарстан. Мой папа когда-то окончил НИИЖТ, а в советские времена, вы знаете, работников распределяли по всей стране, и отец попал в Татарстан по распределению. Здесь (в Новосибирске – прим.ред.) женился на маме, и они добросовестно поехали в Набережные Челны – там я родился и жил до 3 класса. Потом переехали в Казань. С удовольствием вспоминаю те годы.
Я могу рассказать вам про Казань моего детства. У нас стояли девятиэтажки – типичные коробки такие, а между ними – арки. И каждый вечер чуваки на собаках (в моде были немецкие овчарки, которых запрягали в санки) с монтировками, в телогрейках, залетали из этих арок, и всё – кто не успел спрятаться, они уже не виноваты. Мочилово такое было. Школьники сразу врассыпную… Раз – и никого нет. Я на Горках жил, и в школу мне надо было идти через самый вот этот ад.
В Новосибирск мы переехали осенью 1985 года, по-моему, в сентябре. Это был мой восьмой класс школы.
- МАШБЮРО: – Расскажи, как ты попал в музыку? Когда это случилось?
– Как туда все попадают? С иностранных...
- Слушал Цоя, например…
– Не было никакого Цоя! Был "ДипурплЕ" (так называли советские рокеры группу DEEP PURPLE – прим. ред.), IRON MAIDEN – пластинки с их записями продавали на барахолке.
- Тебе сколько было лет на тот момент?
– Вот как я приехал из Казани, где-то на следующий год. То есть уже в последнем классе школы мы ходили на квартиры друг к другу и слушали музыку. Те, у кого были эти пластинки, они были для нас как бы главными. Потом я пошёл в армию.
- А где служил?
– В селе Старичи Львовской области в 20 км от польской границы. В узле связи. Там располагались связисты, а наша задача заключалась в обеспечении жизнедеятельности объекта. Они связь качали, а у нас был взвод – электрики, дизелисты, водоснабженцы. Там было классно, просто как в раю. Всё чистенько, лес, природа... Такой кайф! Мы там собирали малину, чабрец… Ничего плохого не могу сказать. Я даже на экскурсию туда бы съездил. Смок меня расспрашивает все время про армию. А он был в каких-то танковых войсках, причем не на танке ездил, а ремонтировал технику. Говорит, такой ужас, дедовщина... А я служил – никакой дедовщины, ничего подобного не было. У нас была форма специальная, «облегчёнка» называлась: брюки с карманАми (сейчас таких нет), типа джинсовая курточка с карманами, носки белые и черные сандалии. На куртке написано: «Электрик, рядовой такой-то».
- Первую песню ты когда придумал?
– В армии. У меня была девушка из Казани, Аида ее звали. Я писал тексты на русском, она переводила их на английский язык. Тогда модно было писать на английском, мы же обслушивались «ДипурплЕ» все… У меня был целый альбом этих песен, я правда, не знаю, где он сейчас.
Есть такой барабанщик Латинос, который с Захариком играл в громких группах… Тогда же как было: всем раздали ваучеры эти. Кто-то их в недвижимость вложил, а мы купили у чувака колонки, барабаны, микрофоны, рижскую ударку и арендовали помещение в студии саксофониста Сергея Поспелова «Серпос». И кайфовали там. Это был простой Дом пионеров, мы ещё вели там дискотеки для молодежи.
В самом первом составе играл Сергей Мищенков – Мищ, у которого была своя группа ПАНКРАТ. А у меня тогда не было никакой группы, но зато был подвал, и я там пописывал что-то. Моя англоязычная группа развалилась, люди куда-то подевались, Димка и Латинос исчезли, а подвал остался – с оборудованием, со всеми делами.
Началось все с того, что Индеец, Корпс и Мищенков (гр. ПАНКРАТ), однажды репетировали в подвале. Мы выпили немного вина, я попел ребятам песен, и они, узнав, что состава у меня нет, предложили помочь подыграть.
Правда, Мищенков на первую репетицию пришел, а на вторую – нет. Он звезда тогда был уже, обещал просто помочь, ну и, вроде, не получилось. И Корпс говорит: «У меня есть парень знакомый Толик, давайте его попробуем».
А тут как раз День города намечался, можно было выступить. Тогда и случился наш первый концерт. И как-то получилось, что у нас совершенно не было времени думать над названием. Пока шли от точки до парка, кажется, Корпс спросил: «А как же мы называться будем?» А я и сам не знал. У меня первая студия была в школе № 8, и я предложить назвать группу ШКОЛА. Так и прижилось это название.
- Когда день рождения группы?
– Получается, на День города, 1997-й год. Странно так получилось. Мищенков, вроде, договаривался, а перед концертом подошел к нам и сказал, что не получается согласовать с организатором наше выступление (имеется в виду включить в программу – прим. ред). А у меня уже люди заряжены, уже стоим там с расчехленными гитарами…
Я подошел, уточнил, оказалось, все было можно, они ничего и не знали. Мищенков потом, правда, извинился – просто ему тогда было не до нас.
Мы же, музыканты, все друг друга знали, все спали на одних диванах в подвале нашем, вместе поэтические вечера делали... И Костюшкин предложил сыграть две песни за счет их времени. Так что мы выступали за счет группы КОРИДОР. Они отдали нам минут 20, сами немного меньше выступили.
Мы отыграли две песни – все были на ушах. Сыграли «Кукушку» и «Море». Я-то первый раз, мне вообще страшно: темно в глазах, ничего не вижу... Но зато Индеец, Корпс и Толик – они, как машины, – прут волной. До того классно! Помню, первая песня – и тишина, а потом люди такие опомнились, закричали… Я думаю: «О, черт, получилось, что ли у нас?» Вот так было. Потом нас начали приглашать на «Маёвку» в Академгородок, например.
Но люди, конечно, если говорить про начало, все без исключения – классные ребята были! Индеец, Корпс – все заряженные, рок-н-ролл у них в крови! Им не нужно ничего: ни шоколада, ни мармелада, как будто они флаг держат! Вообще то время – особенное для меня. Само оно, может, ушло, но для меня не умерло. Люди из того времени, если посмотрят интервью, согласятся со мной и подтвердят, что ничего никуда не делось.
- Лёлик, у тебя половина программы сейчас – это песни Смока и Индейца…
– Это наши друзья, их творчество дорого мне, поэтому мы тащим этот «пакет». Я просто почувствовал, что мне нужно это сделать. Мы поем сейчас песни Смока, Индейца, Лукича. Эти вещи должны звучать вживую, а не просто на кассете. Меня прет, я делаю всё с удовольствием.
Нас с Индейцем благословил дядя Сережа (Сергей Полянский, отец Кузи – примечание МАШБЮРО): «Лёльчик, – говорит, – вы с Русей хоть не отпускайте материал Антохи». Мы согласились. Прошло много лет, и мы реши спеть кузину песню, хотя я ее по-другому маленько вижу. Принес на репетицию и предложил Толику.
У нас эта песня звучит уже совсем по-другому, чем у Кузи, но классно звучит. Надеюсь, Кузя не против. Мы сейчас делаем «Таракана» к концерту, скоро будет пару песен наших. Одна называется «Нас мало», а вторая – «Корабли из листьев». Это старая штучка, мы ее не играли со ШКОЛОЙ ни разу, их никто не слышал.
Когда я сам окунулся в музыку, понял, насколько это прикольно и очень просто. Люди сидят ночами, у них – азарт, придумывают что-то... Вот, к примеру, мы с Индейцем сидим, и он говорит: «Лёльчик, смотри, как классно!» Я действительно вижу, что это здорово. И у меня сразу рождается текст, который точно отражает то, что он сыграл. Мы могли так целыми ночами что-то играть, показывать друг другу стихи… И особенно, когда они ложатся на музыку потом, смотришь: в этом синтезе есть какая-то красота. Его музыкальная мысль и моя поэтическая вдруг искру дают.
За что я благодарен Богу, так за то, что дает возможность выступать, и люди дают, и мы счастливые в этом смысле. Главное, что есть концерты, движуха. Когда ты играешь на концерте, – это кайф. Если говорить про кайф настоящий такой, честный – вот для меня он так выглядит.
И есть люди! Толик… Или Корябыч, например, играет с нами со школы. В 11 классе купил бас, Корпс ему что-то показывал и сам где-то натренировался. Я благодарен судьбе! Он в такого мощного музыканта вырос, руководит процессом на репетициях, наш Сереженька Корябыч.
Или Рыжков! С нами происходят какие-то чудеса просто! Серега приносит в группу жизни. Кладет палочку с таким азартом, что у нас у всех аж мороз по коже идет. Он много делает для группы, страницу ведет...
И вот эти люди – они все в теме. Главное, что всем нам до сих пор интересно, этот азарт никуда не девался. Мы можем в какие-то моменты спорить и даже ругаться. Чисто технически. Так смешно, конечно, это всё.
Продолжение следует.
Больше материалов читайте на канале Машбюро: сибирское сообщество рок-н-ролла. Мы в ВК. Присоединяйтесь! ПИШЕМ СТАТЬИ о музыкантах и их поклонниках
Группа ШКОЛА в ВК
Читайте продолжение